Мой любовник меня просто бесит. Он говорит, что есть люди, чьи умонастроения он разделяет намного больше, чем мои. Он прищуривает свои прекрасные огромные глаза.
«Ну, и кто же тогда твой ближайший друг?»
«Мой самый дорогой друг… уже с детства… конечно, Киара».
«Ну, конечно».
Я рассматриваю висящий на стене графический лист с изображением лошадей.
«А если бы в один прекрасный день Киара превратилась в кучу навоза, что бы ты тогда делал? Она имела бы человеческий образ и могла бы говорить, она хотела бы находиться поблизости и говорить с тобой, но она была бы сделана из навоза».
«Неужели ты такая ревнивая?»
«Нет, я серьезно. Что бы я стала делать, если бы мой друг… вдруг оказался сделанным из дерьма? У него был бы тот же взгляд, те же взгляды, та же… искренность, например, но он бы невыносимо вонял. Ты мог бы преодолеть подобную дуальность тела и духа?»
Еще и эта Киара — и зачем я о ней вспомнила?
Где-то я прочла о Стендале, что ему, испытывающему любовные муки, все уродливое причиняло особую боль. И правда, от несчастного следовало бы тщательно скрывать функционирование убогой жизни. Трагику и красивую кровь — это можно допустить, но не аутистов, пингвинов, студенистую плоть. Черт побери. Каждый человек — кузнец своей судьбы и литейщик своего несчастья. Я порывисто поднялась.
Дотянувшись до кресла, взяла сумочку, достала из нее телефон. Включила, приглушила ладонью сигнал Nokia. «Хей, Аллен…» Нет, лучше напишу «Дорогой…»
«Dear Allen, if you happen to be somewhere around at this hour, I’d love to join you and offer you a drink;)»
Отправила.
На часах было 2.54.
Я слушала часы и ждала.
Ответ не пришел.
Может, мне просто исчезнуть. В темноте закину вещи в чемодан и поищу себе какой-нибудь отель. Ведь какой-то из них должен быть открыт. Надену самый солидный жакет. Я не запомнила, шнепперный ли замок на входной двери, тогда я с полной ответственностью захлопну дверь за собой. Я уже встала и нащупала на спинке стула джинсы, но снова заставила себя лечь. Еще пару часов… всего час-другой… я же не сломаюсь так легко.
Спокойно. Спокойно. Спокойно.
Все вещи заражены телами! Все вещи заражены духом!
Завтра подарю им красивую сувенирную бутылку водки «Виру Валге».
Часы тикают, а резиновый матрац подо мной буквально обжигает. Может ли воздух внутри резинового матраца по какой-то причине начать нагреваться? Ркк-ркк-ркк-ркккк. Часы озвучивают свои причудливые смещения фаз.
Спасииии-те-спасиии-те-спасиии-те-спасии-те-спасии…
А утром Анна спрашивает, как я спала.
«Хорошо».
«Но ты выглядишь совсем разбитой».
«Правда? Я по утрам всегда сонная, это оттого, что у меня низкое давление».
«Нет. Этот совсем не из-за этого, нет-нет».
«Хм. Ну как же нет… Я просто еще не проснулась».
«Я вижу, что ты очень устала. У тебя осунувшееся лицо, будто ты за всю ночь даже глаз не сомкнула, ни минуты не поспала».
«Я поспала. Честно, поспала…»