«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Боясь загадывать, Амелин все же надеялся, что его трехнедельное пребывание в Чемкаре близится к концу, и обмен наконец состоится. Но в последующие дни произошли события, которые полностью изменили ситуацию.

Глава 4

Массивный, песочного цвета джип Амира Довлатова шел с большой скоростью, поднимая за собой полосу бурой глинистой пыли. Амир не слишком задумывался о соблюдении собственной безопасности. Но после его заявления о намерении баллотироваться в президенты вопросом охраны вплотную занялись люди из ближайшего окружения Довлатова.

Теперь в поездках его сопровождал УАЗ с четырьмя охранниками, а купленный недавно джип был частично бронирован. Кроме водителя, вместе с Довлатовым сидел его помощник по военным вопросам (будущий министр обороны) Мамажанов. УАЗ двигался в ста пятидесяти метрах впереди.

Довлатов не любил разговоров в дороге, предпочитая молча обдумывать свои мысли. Остальные тоже молчали, не мешая ему.

Перевалили через деревянный мост. Под тяжестью массивных автомашин доски прогибались и скрипели. Внизу, под дубовыми опорами, матово поблескивала мутная вода. От полноводной мутной речки, напитанной горным ледником, почти ничего не осталось. Темные лужи да комья высохшего ила.

Пока джип, сбавив скорость, перебирался через мост, машина охраны стояла на береговой круче. Начальник личной охраны Рустам, по-гусиному вытягивая шею, внимательно разглядывал окрестности в бинокль. Его ладную широкоплечую фигуру перехлестывали ремни портупеи. Камуфляжный берет был лихо сдвинут набок.

Рустам успел закончить три курса военного училища и был отчислен за политическую неблагонадежность, а точнее, за принадлежность к одному из враждебных президенту и правительству родовых кланов. Таких людей старались отодвигать подальше от военных и административных должностей. По этой причине многие из них примыкали к оппозиции.

Рустам мечтал об офицерских звездочках, и Довлатов как-то в шутку пообещал повесить по четыре на каждый погон: «Будешь сразу капитаном! Считай, что лейтенантский срок ты уже прошел за эти два года, что мы вместе».

Машины въехали в небольшой кишлак, где их сразу обступили люди. Рустам, встав на подножку, пытался организовать нечто вроде охранного кольца. На него не обращали внимания, а Довлатов добродушно посоветовал:

— Отдохни, Рустам, не суетись. Здесь друзья.

— Друзья, — подтвердил один из местных старейшин. — Гостя охраняет каждый мужчина, тем более такого дорогого, как Амир-Ходжи!

Мамажанова утомляли эти бесконечные встречи в кишлаках и маленьких городках, где речь шла об одном и том же. Что будет с землей, почему такие высокие налоги, откроют ли снова бесплатные больницы, когда выплатят зарплату тем, кто еще числится в колхозах? Часть колхозной земли и техники уже разделили, но все уплыло невесть куда, а крестьянам фактически ничего не досталось.

Но главным вопросом оставалась война. В газетах ее называли обтекаемо и осторожно — «противостояние сепаратистов». Но от этого легче не становилось. Основная масса солдат призывалась из забытых всеми кишлаков, а сюда не возвращались даже трупы. Экономя на транспортных расходах, их хоронили там, далеко на юге, где шли бои, и было непонятно, почему ничего не делается, чтобы наконец прекратить войну.

Довлатов, в своей полувоенной робе с танкистскими эмблемами на рукаве, говорил неторопливо, делая частые паузы. Его слушали внимательно. Он был для них близким человеком, вышел в люди из такого же нищего, затерянного в пустыне кишлака.

Мамажанов, наиболее искушенный в политике (когда-то дошел до заместителя военного министра республики, но был сброшен и примкнул к Довлатову), замечал в речи своего шефа слабые места и неточности. Но не мог не признать, что в целом Довлатов верно оценивает обстановку, не питая излишних иллюзий и не выдавая желаемое за действительное.

Через неделю должна была состояться очередная встреча Довлатова с представителями Офицерского союза. Армейцы раздумывали, выставлять ли своего кандидата в президенты или отдать голоса Довлатову. По информации, имеющейся у Мамажанова, дело склонялось к второму варианту. В числе условий, выдвигаемых Офицерским союзом, было освобождение отрядами Довлатова всех пленных и прекращение военных действий против правительственных войск.

Довлатов был готов принять эти условия, хотя выполнить их было довольно сложно. Слишком разномастным был состав полевых командиров. Часть из них Довлатов уже заменил, но такие, как Абазов, имели за плечами мощную поддержку непримиримо настроенного крыла оппозиции.

Из кишлака выехали уже за полдень. Старейшины угостили группу хорошим обедом. Мамажанов дремал под мерный шум двигателя. Довлатов рассеянно смотрел в окно. Из приоткрытой треугольной форточки врывался холодный, настоенный на запахе полыни ветер. Песчаная дымка поднималась над руслом высохшей реки.

Начальник охраны Рустам остановил УАЗ, одновременно сделав знак водителю джипа остановиться. Навстречу, со стороны Чемкара, двигался грузовик ЗиЛ-130 с наращенными дощатыми бортами. В таких грузовиках обычно перевозят зерно и домашний скот. Рустам, опоясанный блестящей портупеей, стоял во весь рост, подняв правую руку. Рядом — у тяжелого, на треноге пулемета НСВ-12,7 — застыли двое охранников, металлическая лента была заправлена в приемник. Водитель грузовика затормозил, не доезжая полусотни метров до УАЗа.

— Иди проверь, что за люди, — негромко приказал Рустам.

Второй номер пулемета, небольшой, крепкий и округлый, как медвежонок, подхватил автомат и перескочил через борт вездехода. Из кабины ЗИЛа спрыгнул парень в клетчатой рубашке и расстегнутом кожаном плаще. Улыбнувшись, он помахал Рустаму, как старому знакомому. Двигатель грузовика продолжал молотить на холостом ходу, иногда срываясь на повышенные обороты.

Третий человек, сидевший рядом с водителем ЗИЛа, передвинулся к окну. Рыжебородый, в рабочей брезентовой куртке, он спокойно разглядывал УАЗ и ствол пулемета, направленный прямо на него. Дверца кабины грузовика была приоткрыта.

Рустам, начальник охраны кандидата в президенты, был молод и не успел получить на погоны ни одной звездочки. Но годы, проведенные с Амиром Довлатовым, кое-чему его научили. Он вдруг понял, что встреченный в степи грузовик — не случайная машина. Длинный расстегнутый плащ на улыбающемся парне… Под ним удобно прятать оружие. Почему так спокоен рыжебородый? У него тоже выгодная позиция. Толкни локтем дверцу и бей с подножки, прикрытый массивным радиатором, или скатывайся под колеса, где тоже укрытие и есть возможность выпустить автоматный магазин, прежде чем тебя поймают в прицел.

— Возьми мой автомат, — шепнул Рустам охраннику, застывшему у пулемета. — Держи на мушке этого, в плаще. Кабина — моя!

Прижав к плечу рамочный пулеметный приклад и держа на прицеле кабину, он крикнул:

— Всем выйти из машины! Руки за голову!

И сразу же, приседая, выдернул из-под плаща автомат парень в клетчатой рубашке. Он был в десяти шагах от посланного Рустамом охранника и шагах в двадцати от УАЗа. Не раз отрабатывая свою будущую лихую стрельбу с колена, он действовал быстро, и автомат его с удлиненным на сорок пять зарядов магазином был заранее снят с предохранителя. Он в одиночку был готов расстрелять, изрешетить всех четверых охранников.

Несколько автоматов ударили одновременно. Стрелял круглый, похожий на медвежонка охранник, парень в расстегнутом плаще и второй охранник рядом с Рустамом. И секундой позже тяжело замолотил крупнокалиберный пулемет.

Первым был убит парень в плаще. В него попало не меньше десятка пуль. Киношного, стремительного уничтожения предателей, прихвостней Амира Довлатова, изменника веры и своего народа, не получилось. С обеих сторон, крича от боли и страха, умирали люди.