Читать книгу «Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26» онлайн.

На небольшом портрете, к которому Игорь Михайлович подвел художника, была изображена молодая женщина в черном платье с высоким, почти до подбородка, стоячим воротником. На груди у нее была приколота красная роза, резко контрастировавшая с темным задним планом картины и черным бархатом платья. В руке женщина держала изящный костяной гребешок.

— Что это, по-твоему? — живо поинтересовался Стрельцов, когда Василий закончил осмотр картины.

— Испания, конец восемнадцатого — начало девятнадцатого века. Очевидно, кто-то из подражателей Гойи. У него есть очень похожая картина, она висит в музее Прадо в Мадриде.

— Может быть, это и есть… Гойя? — улыбнулся Стрельцов.

— Сейчас на учете находится каждая, даже самая незначительная работа Гойи, — нахмурился Василий. — Кроме того, эта картина — произведение мастера, талант которого явно не равнялся дарованию великого испанца. Заметны огрехи в технике, подборе красок, освещении, совершенно недопустимые для Гойи.

Игорь Михайлович призадумался. Он стоял в центре комнаты, слегка раскачиваясь на носках, и о чем-то сосредоточенно размышлял. Когда Василий осмелился наконец напомнить о своем присутствии легким покашливанием, Биг Босс очнулся и радушно предложил:

— Пошли, выпьем кофе с коньяком.

Карина принесла из кухни кофейник, быстро разлила по маленьким фарфоровым чашечкам ароматный напиток и с улыбкой подала его мужчинам. Долив себе в кофе немного французского коньяка и отломив кусок шоколада, Василий наслаждался изысканным напитком.

— Хотел бы я знать, — произнес Стрельцов, удобнее устраиваясь в кресле, — сможешь ли ты исправить огрехи этого неизвестного испанского художника так, чтобы я смог выдать эту вещь за произведение Гойи?

Заметив, что с губ Василия готово сорваться возражение, он остановил его движением руки:

— Я не случайно приобрел эту картину. Она, может быть, и плохая, но подлинная. Холст, краски, подрамник и рамки относятся к тому времени. Значит, остается лишь подправить рисунок, и успех обеспечен.

— Не могу, — прошептал Василий, широко открытыми глазами глядя на Игоря Михайловича.

— Жаль, — спокойно, как будто речь шла о совершенно обычном деле, проговорил Стрельцов. — А я-то думал, что у тебя есть желание заработать тысячи две-три… — Он выдержал паузу. — Четыре-пять…

Василий молчал.

— Ну, хорошо, — тускло сказал Стрельцов. — Вольному — воля.

Василий сумрачно откланялся. На улице он поднял руку в надежде остановить такси, но неожиданно рядом с ним выросла фигура Хромого.

— Шеф приказал доставить вас прямо к дому, — сообщил верный слуга Биг Босса.

Они сели в машину Хромого и доехали за двадцать минут. Хромой шустро обежал «Жигули», раскрыл над головой художника большой цветастый зонтик, чуть ли не под ручку довел до подъезда.

Вечером Лена объявила мужу, что одна ее сослуживица продает итальянские туфли — за сто двадцать рублей и зимние сапоги — за триста, а еще обещала достать «писк моды» — кофточку с широким кожаным поясом и брюки-галифе. Выпалив всю эту информацию, Лена внимательно посмотрела на Василия.

Однако муж лишь сухо поджал губы: совсем недавно ему пришлось потратиться на кисти и краски голландской фирмы «Рембрандт», необходимые для работы.

Лена разрыдалась и убежала на кухню. Василий заперся в мастерской, сел на табуретку, обхватив голову руками, и надолго застыл в такой позе, всем своим видом символизируя отчаяние и безнадежность.

Нет, он действительно не имел возможности не только удовлетворить просьбы Лены, но и выполнить собственные заветные желания — заиметь катер на Клязьминском водохранилище, куда на этюды ездили почти все его знакомые, подремонтировать уже основательно запущенную квартиру. Но все это требовало солидных капиталовложений, а средств между тем не хватало на самое необходимое…

«Теперь Лена будет долго сердиться», — подумал Василий и, сняв трубку телефона, медленно набрал номер Игоря Михайловича.

…Стрельцов встретил Звенигородского в прихожей. Через несколько минут туда вошел Хромой с картиной в руках.

— Берешься? — пытливо глядя в глаза Василию, спросил Биг Босс.

— В прошлый раз я сказал, что это невозможно, — виновато улыбнулся Василий. — В конце концов, англичанин Томас Китинг на протяжении двадцати лет снабжал ведущие лондонские галереи поддельными шедеврами известных мастеров, главным образом, чрезвычайно популярного в Великобритании художника прошлого века Самуэля Палмера. Китинга подвела лишь нелепая случайность… Даже сам Пикассо не мог определить подлинность своих произведений! — Василий вздохнул: — Короче, я попробую. Но на это уйдет немало времени. Да и краски нужны особые…

— Если все будет хорошо, ты получишь семь тысяч, — сказал Игорь Михайлович. — Три, когда привезешь готовую картину, и четыре после ее реализации. Краски, кисти… будут оплачены отдельно. — Он помолчал, потом безапелляционно закончил: — Даю тебе две недели.

— Хорошо.

— Если я увижу, что работа стоит этих денег, заказы будешь получать постоянно, — добавил Стрельцов. — Нужно, кстати, сделать несколько копий Брюллова, Венецианова, Аргунова. За ценой, как говорится, не постоим.

Проработав над полученной от Стрельцова картиной в течение пяти дней, Василий объявил жене: «Передай подруге, что через неделю купишь понравившиеся тебе вещи». Лена сразу посветлела лицом и бросилась целовать мужа. Мир был восстановлен.