- Митрофан Лапушенко, - повторил он.
Я резко вскочил и сел на кровати.
- Зачем ты здесь?!
- Пришел к вам. Дело есть, - невозмутимо ответил он.
- Какое у нас может быть дело с тобой! - возмутился я.
- Самое обыкновенное. Вы тут собрались выловить бандита, так я пришел помочь по этому делу.
- Как помочь? Ты же с ним заодно!
- Ошибаешься ты, паря, не заодно я с ним.
Я задумался. Что привело его сюда? Что ему надо? Ведь он стрелял в меня и наверняка считал, что убил. Что-то тут неладно, надо как следует собраться с мыслями. «А где Тася, Евлампий и, наконец, Чернов?» Мурашки побежали по спине: «Неужели?..»
- Так ты же меня избил, стрелял, а теперь услуги предлагаешь! Как это надо понимать? - громко сказал я в надежде, что меня кто-нибудь услышит.
Лапушенко как-то странно хмыкнул и почесал затылок.
- Из ревности я тебя побил, думал, ты с Мотькой того… а она моя баба.
- Зачем стрелял?
- Если бы не я стрелял, то Сенька бы прикончил тебя, - спокойно сказал он и добавил: - Вверх я выстрелил…
Хотя я был убежден, что Лапушенко стрелял в меня, но по какой-то случайности промахнулся, его поведение сейчас заставило меня глубоко задуматься, а в душе зародилась искорка доверия к нему. С каждой минутой я убеждался, что не может этот мужик так тонко притворяться.
- Ты же с бандитами якшался!
Лапушенко пожал плечами, хмыкнул.
- Что я с ними якшался? Самогонку заставляли добывать. А не захочешь, тряхнут - и поминай как звали. Делами ихними я не интересовался, не нужны они мне.
- Значит, помочь хочешь?
- Не пришел бы.
- А как?
- Мы тут обговорили уже с твоей девкой и Черновым, порешили схитрить малость, а то бандюга этот дюже осторожный - еле меня одного отпустил.
- Где Чернов и девушка?
- Ушли к Терентьевне лошадей просить.
Я понял, что они решили поймать бандита без меня. Однако я не собирался отлеживаться, когда друзья идут на опасное дело. Я встал и, пошатываясь, добрел до окна. Голова кружилась, в теле чувствовалась слабость. Но я все-таки решил пойти с ними.
- Что же вы порешили? - после паузы спросил я.
Лапушенко встал, выбросил окурок в окно, прислонился к косяку и ответил:
- Я пойду к Матрене, поговорю с ней и заставлю ее пойти в зимовье. Сенька там. Пусть она передаст ему мое предупреждение, что скоро в зимовье нагрянет милиция. В тайгу он не пойдет. Без коня и харчей там делать нечего. А пойдет на Ушумун или Такшу, чтобы там добыть себе коня - я же коня-то ему не оставил. Чертов мост никак не минуешь - тут его и надо подстеречь.
- А если окружить и взять его в зимовье? Так надежнее…
- Нельзя так. Слышно в тайге хорошо, не подкрадешься к зимовью. Собаки у меня там остались - будут гавкать. Да и он хитрый: не сидит в зимовье, а караулит где-нибудь поблизости.