«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет, он предлагал расписаться, она сама не хотела. Тут что-то другое.

— Вы ж, поди, оставались когда-нибудь вдвоем…

— Не-ет! Ни на минуту нас одних не оставляла. Даже когда ей в уборную приспичивало, и то дверь оставляла открытой — нисколько не стыдилась. Представляете?

— Ну, а за вином когда ходили? Ольги же с вами не было?

— Тогда он еще трезвый был, — Щеглов многозначительно улыбнулся. — Трезвый он только о выпивке и думает.

— И вы сами ни о чем таком его не спрашивали?

— Зачем? — удивился Щеглов. — Это сейчас всякие мысли в башку лезут, а тогда у меня никакого любопытства не было. Это сейчас… Я даже что думаю? Может, он из-за Лешки терзался?

— Вы так думаете?

— Я и говорю: сейчас чего только не лезет в башку! Хочешь не хочешь, а…

Брянцев смотрел на Щеглова в упор, а тот не уводил глаз в сторону.

Игорь рассказал, как занес в пятницу Митрофанову повестку на допрос к следователю и как тот, повертев ее в руках, обронил с пьяной шутовской усмешкой:

— Билет на тот свет…

Вывод, к которому пришел после предварительного осмотра трупов судмедэксперт, свидетельствовал о причастности Митрофанова к убийству Полунина: если Алик удавил свою красивую молодую сожительницу, то что мешало ему проявить жестокость по отношению к опустившемуся собутыльнику? К тому же, Полунин был удавлен тем же способом, что и Квасова. Аккуратно, «чисто».

Многое, многое сходилось: Митрофанов последним (исключая жену и детей) видел Полунина за несколько часов до убийства. И у Митрофанова весьма сомнительное алиби, а вернее сказать, нет у него никакого алиби, потому что Квасова в данном случае свидетель ненадежный. До какого-то времени они дружно дудели в одну дуду, а минувшей ночью, возможно, меж ними и впрямь случилась пьяная ссора. Возможно, Квасова по какой-то причине решила изменить свои прежние показания и сообщила об этом Митрофанову, а пьяный Митрофанов дождался, пока сожительница уснет, отхватил ножницами кусок веревки и задушил ее. Затем, приняв еще малую толику спиртного, сделал петлю для себя, ввернул в стол шуруп и повесился.

— Все в цвет? — пряча в усах усмешку, Брянцев покосился на Горелова.

Они шли по улице. Моросил холодный дождь. У Брянцева был зонт, и он держал его так, чтобы хватило на двоих.

— Похоже, блин, ваша взяла, — самокритично признался Горелов. — И что теперь, будем спускать все на тормозах? Да и отпуск у вас.

— Какой, к дьяволу, отпуск! — отмахнулся Брянцев. — Я и думать о нем забыл. А дело… Кое-что мне еще неясно, подождем, что скажут эксперты.

— А что тут может быть неясного? — пожал плечами Горелов. — Факт налицо. Просто так в петлю никто не полезет.

— Ты наверняка знаешь, из-за чего Митрофанов полез? — спросил Брянцев.

— Ну, я при этом не присутствовал…

— И я тоже. Поэтому не могу сказать, сам Алик полез в петлю или его в нее втолкнули.

— Думаете, Щеглов мог?.. — оперативник неожиданно остановился, и струйка воды с зонта слилась ему за шиворот.

— Щеглов или еще какое-то третье лицо — не знаю, — сказал Брянцев.

Некто Мистер Икс

Брянцев проснулся среди ночи от шума дождя. А может, оттого, что увидел нехороший сон: будто расхаживал он по квартире Митрофанова и что-то искал: впрочем, пробудившись, он тотчас сообразил, что именно искал: обрезки веревки, из которой были изготовлены петля и удавка.

Он с нежностью погладил теплое плечо Нины, которая тихонько посапывала рядом, затем осторожно приложил руку к ее животу. Прислушался. «Нет, рано еще», подумал он.

Шкварчали по мокрому асфальту шины. По потолку скользили полосы света.

…Куда же, в самом деле, подевались остатки веревки? Самому Митрофанову навряд ли пришло бы в пьяную голову, перед тем как сунуть ее в петлю, позаботиться о сокрытии улик. И вообще зачем ему было думать об уликах?

В уничтожении следов преступления мог быть заинтересован только кто-то третий. Тот, кто задушил обоих и убийство Митрофанова имитировал как самоубийство. В практике такая имитация случается. Хотя и редко.