Ответ вырвался раньше, чем Гейл его осознал.
— Так, — медленно сказал Лаудер, отпуская его руку.
Он отодвинул тарелку Гейла в сторону, вытащил у него из пальцев и отбросил туда же столовые приборы, жалобно звякнувшие. Гейл проводил их глазами, незаметно сглотнув слюну.
— Попробуем еще раз, — предложил Лаудер. — О чем я вас только что просил?
— Не говорить слово «сэр» при обращении к вам, — послушно повторил Гейл.
— Вы способны удержать это в голове хотя бы пять минут? Или не по силам?
— Способен, сэр.
Гейл не понял, как у него снова выскочило проклятое слово, он искренне хотел выполнить требование, но годы учебы вбили в него это обращение в отношении Лаудера насмерть, хотя со стороны это выглядело как издевка. На несколько секунд за столом воцарилась тишина.
— Эндрюс, как давно у вас проблемы с памятью? — сочувственно спросил Лаудер, принимаясь за свое ризотто. — Или с распознаванием речи?
— У меня нет проблем, сэр.
— Вижу. Повторите еще раз, что от вас требуется.
— Не употреблять обращение «сэр» по отношению к вам.
— Что-нибудь непонятно в этой задаче?
— Все понятно.
— Готовы?
— Да, сэр.
Гейл покраснел и закусил губу. Проклятое обращение так и норовило пролезть в каждое предложение, и сейчас выскочило совершенно самостоятельно. Дьявольщина какая-то.
— Поставим вопрос по-другому: сколько времени вы не ели? — спросил Лаудер, глядя на него поверх бокала.
— Около одиннадцати часов, — ради макарон Гейл зубами вцепился в готовое вырваться запретное слово.
— Недостаточно, чтобы мозг отказал от отсутствия питания, но в целом ощутимо. Очень голодны?
— Да.
Лаудер немного подождал продолжения и удовлетворенно кивнул.
— Ешьте, — приказал он.
— Спасибо, сэр, — благодарно пробормотал Гейл.
— Отставить!
Гейл отдернул руку от тарелки.
— Для дрифтера не существует ничего вне контроля, — вдруг жестко сказал Лаудер. — Даже когда он не в дрифте. Вы постоянно лажаете, стоит вам на секунду забыться, напоминаете рыбу из стеклянного шара, которую выпустили в океан, но она и там нарезает круги диаметром в свой аквариум. О чем это говорит?
— Я не могу контролировать все и всегда, — хмуро ответил Гейл. — Иногда нужно расслабляться.
— Все контролировать нельзя, — согласился Лаудер. — Одного себя — можно. Но простейшая задача, которая состоит в бытовом отказе от употребления одного слова, вам сейчас не по силам. Сказать, почему?
Гейл плотно сжал губы, чтобы опять не проговориться, и кивнул.