— Да черт ногу сломит с этой моделью! Не думал, что после сложнейших программ в бизнесе, я смогу застрять на вот этой дорогой бытовой игрушке!
— Давай, я сварю тебе кофе в турке? Или кастрюльке, в конце концов? Кастрюли здесь точно найдутся…
— Да разберусь как-нибудь. Это уже дело принципа. — Он поднял голову от агрегата, с которым воевал. — А у тебя что приключилось?
— Платье. — Не хватало сил, чтобы выговорить вслух просьбу.
— А что с ним?
— Не снимается. — Вот как объяснить это постороннему человеку? Меня же, кроме Глеба и, давным-давно, бабушки, никто не раздевал…
— А. Ну, вот, наконец-то. А я уж думал, ты знаешь какой-то специальный способ, чтобы из него выползти…
— Ты что, с самого начала знал, что мне потребуется твоя помощь?! — не было предела ошеломлению.
— Ну, а за каким фигом я сюда приперся, по-твоему? Почитать тебе сказку перед сном? Или предъявить права на первую брачную ночь?
— Не знаю. Ничего такого я не думала. И мысли твои не читаю, к сожалению.
— Зря. Я на эти ленточки на твоей спине весь день смотрел. Притягивают взгляд, знаешь ли…
Я сглотнула нервно. Это что, такая попытка флирта? Или флирт в чистом виде?
— Да не пугайся ты так! Нормальная мужская реакция: чем сложнее конструкция, тем интереснее будет с ней разбираться…
— Как с кофемашиной?
— Типа того. Ладно. Тебе прямо здесь его развязывать? Потом до комнаты доберешься?
— Не знаю. Я уже ничего не знаю, Игорь.
— Понятно. Пойдем. Где там у тебя спальня и вещи? Обещаю, что подглядывать не буду.
Не знаю, куда он смотрел и как. Через какое-то время стало понятно, что смотреть на мое тело под платьем Игорю просто некогда: он слишком долго чертыхался и пыхтел, пытаясь победить узел. Злобно плюнул, приказал ждать и ушел. Вернулся с кухонными ножницами.
— Что ты хочешь делать?
— Резать буду. Если ты не планируешь спать в этом бронечехле. Или тебе жалко его портить?
— Да сделай ты уже хоть что-нибудь, наконец! Хоть все его в клочья кромсай, только дай выдохнуть!
Видимо, в клочья резать эту красоту Игорю стало жалко. Он еще долго что-то там ковырял за моей спиной, пока узел не поддался, и туго затянутый корсет не начал расползаться по сторонам.
— Ты знаешь, Настя, я очень рад, что мы женаты фиктивно.
— Только сейчас осознал?
— Да. Если бы я хотел с тобой что-то делать после свадьбы, то вся хотелка после таких раздеваний давно бы сдулать…
— Если бы у тебя была настоящая хотелка, ты бы давно уже эти шнурки порезал. Они легко меняются, платье от этого не пострадает.
Я не видела его лица: боялась повернуться и нечаянно выпустить из рук корсет. И так уже ощущала себя практически голой. Слышала только голос.
— Знаешь, не самое время вести с тобой светские беседы. Можно ведь и до хотелки договориться, до настоящей…
— Что?! — Не выдержала. Повернулась. Получилось сделать это, не потеряв стыда и одежды.
— Ну, а что ты думаешь? Если брак фиктивный, это как-то влияет на мой организм? Стоит передо мной девушка. Явно без бюстгальтера под платьем. Сразу становится интересно, а что там с остальным бельем?
Конец ознакомительного фрагмента.