И только стоя перед регистратором, который зачитывал торжественную речь, я поняла: назад дороги нет. Все, Настя, сейчас ты станешь не Астафьевой, и не Ольховской, как до последнего мечтала, а Залесской. Я ведь, где-то в глубине души, надеялась, что Глеб узнает о моей свадьбе, одумается и придет. Я даже ломаться не стала бы, если б он попросил прощения. Ощущала себя последней тряпкой, но верила, все равно. Отчего-то вспомнилась фраза Игоря о том, что очень много браков происходит потому, что кто-то не решился сказать «нет» вовремя… Но эту мысль я прогнала. Сказала твердое «да» и трясущейся рукой поставила подпись, на мою настоящую подпись не похожую совсем.
Первый поцелуй — а для нас он действительно был первым — запомнила плохо. Благо, Игорь понял, что со мною творится, и вел себя очень скромно. А потом я и вовсе прикрыла лицо букетом и мы просто стояли, прижавшись друг к другу.
Если бы не Залесский, я бы потерялась в происходящем где-нибудь через полчаса. Плохо понимала, что за люди вокруг, зачем они здесь бродят и что-то говорят. Но он меня поддерживал, то за талию, то за локоть. Иногда шептал на ухо указания, что нужно делать. Подбадривал. Уводил от всех в сторону, позволяя передохнуть. Он мог бы стать, наверное, самым лучшим мужем на свете — внимательным и заботливым. Если бы я его любила.
Глава 32
Я кое-как дожила до момента, когда можно было с чистой совестью свалить с банкета. Игорь, похоже, как и я, не сильно стремился там задерживаться: стоило лишь намекнуть, что пора бы уже уходить, как он начал со всеми стремительно прощаться.
Слава богу, мероприятие было очень продвинутым и светским. Никто не провожал нас похабными стишками и наставлениями, никаких двусмысленных шуток не звучало. А я побаивалась, что придется наслушаться чего-нибудь скабрезного. Не знаю откуда, но в моих мозгах засел стереотип, что без этого свадеб не бывает.
Мама посматривала на меня обеспокоенно, несколько раз уточнила, не нужно ли поехать со мной. Почему-то ей казалось, что без ее помощи не обойдусь.
— Марина Сергеевна, я вас умоляю! Вашу дочь не нужно будет ни от кого спасать. А уж переодеться в домашнее и лечь спать она и сама сможет. — Игорь был непреклонен в этом вопросе, и никаких сопровождающих видеть не хотел. — Или я чего-то не знаю о своей жене?
Он, как обычно, с серьезного разговора съехал на шутки.
— Настя, ты самостоятельно спать не укладываешься? — и подмигнул. Должно было выглядеть залихватски, наверное, но получилось немного устало.
— Ага. Мне обязательно няня нужна. Чтобы на горшок усадила и сказку рассказала на ночь. И еще чтобы за руку держала, пока я не усну. — Выпалила ненароком свою детскую мечту. Вообще-то, все это делала бабуля для меня, и проблем не было. Но всегда хотелось, чтобы это была не бабушка, а мама.
Кажется, она поняла, о чем я… А может, я просто нечаянно зацепила и ее больную мозоль. Слишком больным взглядом полоснула.
— Мамуля, не переживай. Пора уже мне становиться самостоятельной, в конце концов! И потом, у меня уже есть такой опыт. Я ведь жила совсем одна какое-то время, справилась же? — не стала уточнять, чего мне это стоило. Здесь уж ни мама, ни отец, ни кто-то еще другой не виноват. Только моя собственная глупость.
На вычурном лимузине Игорь привез меня к огромной новостройке в элитном квартале, где я была до этого всего один раз — перевозила свои вещи накануне свадьбы. Поднялся вместе со мной до нужного этажа, помог открыть дверь, зашел внутрь. Осмотрелся.
— Неплохо вышло, кажется. Даже похоже на то, что мне показывали на картинках.
Дизайнер, действительно, постарался: всего за каких-то полтора месяца умудрился из бетонной коробки сделать что-то очень модное и современное. Совсем не обжитое и пахнущее, как мебельный магазин. Нет, не клеем и краской, конечно. Похоже, что были расставлены какие-то освежители или ароматизаторы, запах приятный. Но совсем не похожий на то, как пахнет в жилье.
— А ты сюда ни разу не заглядывал, что ли?
— А зачем? Меня устроил проект. А последний платеж дизайн-студия все равно получит лишь в случае моего полного одобрения. Не в их интересах халтурить.
Я скинула туфли, от которых безумно устала за этот день, побрела в сторону ванной. Хотелось умыться и побыстрее лечь. Но как об этом сказать Игорю, который имел полное право здесь находиться, никак не могла придумать. Вроде бы, парень понятливый, но кто знает, что у него там на уме?
— У тебя здесь есть продукты какие-нибудь? — он огорошил вопросом, которого уж никак не ожидала услышать.
— Есть. На первое время должно хватить. А ты голоден? — Странно. После такого-то банкета…
— Кофе сварю. Пока ты переодеваешься. Если хочешь, можешь даже в душ сходить, я не спешу.
— Э… На ночь глядя — и кофе? Спать потом сможешь? И я могу принять душ позже, мне завтра не нужно никуда, поэтому не спешу…
— А камуфляж и боевая раскраска не надоели? — Он усмехнулся, окидывая мое лицо и платье. — Иди уже, кофе мне точно не помешает. Еще поработать хочу, целый день из жизни выпал…
— Мне казалось, что макияж сделали очень скромный и ненавязчивый… Что, реально похож на раскраску? — Отчего-то, меня расстроил этот комментарий. Вроде бы, и неважно было, что думает Игорь, а все-таки…
— Нормальный макияж, не парься. Просто вижу, что тебе это все надоело. А беременным женщинам вредно себя насиловать. Иди в душ, Настя. Обо мне не беспокойся.
Я совсем не ожидала, что придется заниматься интимными вещами, когда в квартире находится Залесский. Мы же так не договаривались. Но спорить уже просто не осталось сил.
Неожиданно оказалось, что без помощи Игоря мне никак не обойтись. Кто бы мог подумать, что шнуровка на платье будет так жестко зафиксирована, и я просто не смогу развязать ленты своими руками? Я просто не смогла до них дотянуться…
Пришлось несколько раз вдохнуть и выдохнуть, прежде чем приняла этот провал, собралась с духом и снова побрела к Игорю. Тот уже вовсю жал кнопки на кофемашине. Чертыхался, чем очень меня удивил.
— Что-то случилось?