— Чудно все равно, вот навроде все понимаю, видно же по вам, что вы другие, но не воспринимает мой мозг всю эту историю, кажется, что фантазируете вы… — задумчиво протянул Ваня. — Жив буду, если не загину, и доживу до Гагарина, тогда, может, и поверю.
Явившийся через три дня Леш как-то долго и напряженно вглядывался во всех, особенно долго смотрел на Варю, потом кивнул сам себе и улыбнулся:
— Так даже лучше.
— Ты нас пугаешь, Леш, что случилось? — Иван настороженно смотрел на Лешего.
— Хочу сказать вам, други мои, вы начали молодеть.
— Это как?
— Время вспять, особенно это заметно по Варе и Николаичу, вы-то все помоложе, а вот они лет по пять скинули…
— И чё? — вылупился на него Игорь, — мы тут вторую неделю, если по пять лет зараз, то я через полтора месяца младенцем стану? Во попали!
— Да ты-то как раз не изменился, а с этой щетиной отросшей старше кажешься, да и Костик в своих годах остался. Может, это только на самых старших действует, омоложение-то?
— Я чё-то в школе читал, там из уродца карлика красивый мужик получился, дальше ни фига не помню, вроде потом назад опять страшилкой стал? Варь?
— Ты знаешь, не помню, классе в пятом читала и забыла, помню, что звали мужичка Тони Престо.
— Во, если так ща помолодеешь, а дома бац и опять старушка.
— Обрадовал, не хочу ни молодеть, ни стареть, какая есть — мои года-моё богатство!
— Ладно, Варюш, нам с тобой пошептаться надо немножко, пойдем вон там, на пенечках посидим. Матюш, разбери сидор пока, да там поаккуратнее, в кулечке семена Ефимовна дала. Огородик вот свой посодим, я ж каждый год лук, чеснок, морковку, свеклу, всякие травки-приправки сажаю.
Пенечки были любовно выпилены типа деревянных креслиц, сидеть в тени высоких кустов было очень приятно. Леший помолчал, потом вздохнул:
— Варюш, я тебя в приживалки договорился, в Раднево, но только прежде чем ты туда пойдешь, надо много чего запомнить. Ты же в оккупации не была, а проколоться в один момент можно, стукачей развелось видимо-невидимо. Вот смотри! — он достал из внутреннего кармана своего лапсердака какую-то серую книжицу, протянул Варе.
Она взяла: на безобразной бумаге, невзрачная, на обложке красовался орел держащий в лапах свастику в круге и ниже надпись PERSONALAUSWEIS, внутри фотография женщины, очень похожей на Варю, только вот прическа… Гладко прилизанные, темные волосы, а так да, похожа и имя такое же — Варвара Матвеевна Язвицкая, сбоку от фотографии два отпечатка пальца, а на правой части документа на немецком перечислялись приметы, даже цвет глаз не забыли.
— Варюш, это просто чудо, у тебя и цвет глаз и рост подходящий. Этот аусвайс мне достался от погибшей женщины, так что тут бояться нечего, она из беженцев, пробиралась в Брянск — там какая-то стародавняя подруга проживала, но вот заболела и сгорела за неделю. Я её подобрал совсем больную, она одинокая — сродственников не осталось — бомба в дом попала сразу всех… вот она и подалась, как говорится, куда глаза глядят. Подпись её поучись, потренируешься — можешь как и она писать.
— Сколько дней буду учиться?
— Неделю, потом в Березовке пару дней у Гринькиных женщин, там Стеша тебе много чего подскажет и в Раднево. Приживешься, Бог даст, а там и попробуем тебя к делу пристроить, но об этом — потом, главное — суметь там адаптироваться. Очень надо, Варя, там своего человека заиметь.
Ох, как нелегко пришлось Варе, она чертыхалась и злилась, бесило все — особенно эти дурацкие одежки, что принес Леший: длинная, темная, бесформенная юбка, какие-то жуткие кофты, застиранные до неопределенного цвета, чоботы и куфайка, не фуфайка, а именно куфайка. Когда мужики первый раз увидели Варю в этом одеянии, они ржали, нет, не смеялись, именно ржали до слез.
Леший рыкнул на них:
— Вот что значит, не видели вы горя людского!
— Извини, Леш, мы на самом деле это до конца не воспринимаем, все кажется — кино какое-то.
— Кино им… одна оплошность и все, как вон Игорек любит говорить, «Кина не будет!»
Одно у Вари получилось сразу — почерк этой бедняги Язвицкой.
Леший, умелец на все руки, слегка подмочил аусвайс в том месте, где стояли отпечатки, они стали немного смазанными, попробуй теперь определи, настоящие они или нет.
— Скажешь, под ливень попала, вот и промокло усё.
И ещё порадовало, что у Вари стрижка — он мастерски выстриг ей немного отросшие волосы клоками, «вроде как был тиф, а волосы плохо растут после него». Мужикам стрижка даже понравилась.
— А что, очень даже неплохо, против наших продвинутых, что на эстраде скачут, ты прям эксклюзив! — задумчиво заметил Сергей.