Охранник Жемчужины смотрел на него немигающими глазами.
– Идите со мной, – сказал он.
– Приношу извинения, – вежливо отказался Эфат, – но я спешу по очень важному делу. С удовольствием встречусь с вами несколько позже.
– Сейчас нет более важного дела, – сказал страж, – чем то, в связи с которым я вас приглашаю.
Похоже, что он говорил серьезно. Эфат заколебался.
– Я нужен вам надолго?
Страж, кажется, чуть улыбнулся.
– Это вы решите сами. Как только разберетесь в деле.
– И все же… вы ведь случайно наткнулись на меня! Если бы вы меня не встретили здесь…
– То я разыскал бы вас в любом месте, где вы находились бы. Сейчас я как раз возвращаюсь из вашего жилища. Мне нужны именно вы, донк, личный камердинер.
Эфат вздохнул. Видимо, искали именно его, хотя он и не мог представить – зачем. Он мог, конечно, отказаться и сейчас. Но этот плечистый и длиннорукий молодец мог просто–напросто унести его, взяв в охапку. Здесь он был хозяином. Здесь было государство Ястры.
– Хорошо. Я иду с вами.
Страж – видимо, для вящей уверенности – взял его под руку, и старик ощутил тугую хватку сильных пальцев.
Они свернули в широкий коридор и двинулись, приближаясь к апартаментам Властительницы.
– Может быть, вы все–таки скажете?..
– Вы все увидите сами.
Страж постучал и, не дожидаясь ответа, отворил дверь. Это был малый, или, по другому названию, интимный холл. Здесь находился Советник Жемчужины.
– Ага, – сказал он. – Вот и вы. Прекрасно. Идемте.
Страж остался в холле, а Советник повел камердинера по анфиладе комнат. Одна за другой они оставались позади.
– Донк Советник, вы, кажется, ведете меня в спальню?
В следующей комнате, куда они вступили, сильно пахло лекарствами, и на столах из розовых и оранжевых сортов дерева Раш, уже больше не произраставшего на планете (один такой столик был ценнее современного самолета), стояли какие–то медицинские приборы, аппараты, в углу возник автоклав, не более уместный здесь, чем железный контейнер для мусора. Автоклав огорчил Эфата, а остальное – встревожило.
– Властительница захворала? Серьезно?
– Властительница в добром здравии. Не задерживайтесь. Нас ждут.
– Но тогда зачем…
– Я сказал вам: увидите сами.
Наконец они подошли к последней двери.
– Донк Советник, но это же спальня Ее Всемогущества! Я надеюсь, вы не ведете меня в спальню?
– Я веду вас туда, где вам следует находиться.
И Советник отворил дверь.
На кровати Жемчужины кто–то лежал. Но не она; она сидела в креслице рядом с кроватью и держала лежавшего за руку.