– Нет. Мы уже под Жилищем.
– Скажите, Эфат… Где находится архив?
– Державный? Насколько я знаю, в Первом городском цикле, на улице.
– Нет. Архив Жилища Власти.
– Гм… Вы полагаете, такой существует?
– Я не полагаю – я знаю. Но Властелин не успел объявить мне, где именно он находится.
– Властелин говорил вам об архиве?
– Иначе откуда бы я знал о нем?
«Конечно, это ложь, – подумал про себя историк. – Но ведь это для пользы дела…»
– Попробую припомнить…
Они помолчали, пробираясь узким коридором. Эфат отворил еще одну дверь.
– Ну, вот мы и в Жилище. Вам, историк, следовало бы знать об этом ходе.
– Ради того я и хочу поработать в этом архиве, – ответил Хен Гот. – Для историка это все равно что найти клад. Может быть, вы успели вспомнить, где хранятся документы?
– Совершенно точно знаю, что на половине Властелина ничего подобного нет. Эта часть жилища известна мне до мелочей. Видимо, он располагается где–то в том крыле, который занимает Жемчужина Власти.
– Но вы поможете мне разыскать его?
– Не думаю, чтобы там я мог бы помочь вам в чем– то. Там своя охрана, своя прислуга.
– Неужели никак нельзя попасть туда?
– Ну, если поискать, то можно, конечно, найти ход. Это не самое сложное. Но, допустим, вы оказались там и кто–то остановил вас. Не забудьте: держава в состоянии войны, сейчас не станут долго разбираться. Солоно придется вам – да и мне, как только узнают, что это я провел вас.
– От меня они ничего не узнают!
– Это вам так кажется… Ну что же – раз уж я взялся помочь вам… попытаюсь отыскать хоть какие–то следы, чтобы не действовать вслепую. Идемте.
– Куда мы направляемся сейчас?
– Ко мне. Вы обождете там, а я поговорю с комендантом Жилища. У него имеются дубликаты всех ключей. Если там отыщется ключ от нужной вам двери, найти ее будет гораздо проще.
– Я так и знал, что вы найдете выход.
– Пока это только предположение. Вот и моя каморка. Милости прошу.
Хен Гот вошел и огляделся. Каморкой это было никак не назвать. Обширные апартаменты царедворца.
– Хотел бы я жить в такой каморке.
– Порой это надоедает. Но в конце концов привыкаешь. Садитесь вот сюда. Я постараюсь не задерживаться.
Историк уселся и приготовился ждать. Минуты утекали. Первый азарт поиска схлынул, и вернулись мысли о себе самом, о своей судьбе. Пусть против своего желания, но он все же стал пособником тех, кто выступал, самое малое, против Властелина Изара, а значит, и против Новой истории. Может быть, конечно, никто об этом никогда не узнает. И все равно, память и совесть будут мучить его до конца дней. Это – в случае, если Властелину удастся все же отбить нападение, одержать победу. Хен Гот поймал себя на том, что внутренне никак не допускает иного исхода: на него, как и на всякого ассартианина, действовала инерция традиции, масса официальной истории, в которой Ассарт всегда побеждал. Однако сейчас события разворачивались явно по другому сценарию. Ну а если верх возьмут другие? Тогда что – к власти придет Магистр? Он считает историка своим сторонником? Быть может. Однако люди такого склада, придя к власти, стараются побыстрее избавиться от тех, кто был свидетелем их предыдущей жизни, не столь бедной такими действиями, о которых не должен помнить никто. Возможно ли, что Магистр попытается заставить его замолчать? Просто–напросто убрать, иными словами? История Ассарта насчитывает десятки, да что там – сотни таких примеров… Во всяком случае, надеяться на порядочность и доброту Магистра было бы нынче самым глупым.
В таком случае зачем он, Хен Гот, тратит сейчас время на поиски архива Властелинов? Это интересно, разумеется, но уж никак не является вопросом жизни и смерти. Логически рассуждая, самое разумное теперь – махнуть рукой на все и спасаться, бежать, куда глаза глядят, найти какую–то нору, в которую можно забиться и отсидеться, отлежаться до того времени, когда опять наступит покой…
Где найдешь такое место на Ассарте? Казалось бы, планета достаточно велика, на ней множество городов, поселков, крестьянских жилищ – а ведь есть еще и леса, и горные страны. Как же не найти в этом обилии надежного укрытия?