Это не были его слова, и Леза тоже их не произносила. Они принадлежали кому–то третьему. И голос показался знакомым.
Магистр. Ублюдок Власти.
Он стоял в дверях, заложив руки за спину, усмехаясь.
– Задира! – невольно произнесла Леза вслух. И тут же поправилась: – Миграт!
– К вашим услугам!
И он склонился в преувеличенно почтительном поклоне.
– Как вы здесь оказались? – спросил едва успевший опомниться от неожиданности Хен Гот.
– Как проник? По вашим, видимо, следам – через окно третьего этажа. Вас интересует, почему я забрался именно сюда? По той же причине, что и вы, Главный Композитор Истории. Хорошие мысли приходят не только в вашу голову. Хотя, вероятно, вы додумались до этого раньше.
Хен Гот непроизвольно попытался защитить рукописи, налегая на них грудью, охватывая руками.
– Ну, ну, – сказал Миграт. – Я не собираюсь отнимать их, тем более силой. Вы все–таки историк, в отличие от меня.
– А вам–то они зачем?
Миграт пожал плечами.
– Наивный вопрос. Владеющий прошлым – владеет будущим. А я еще не расстался с мыслью овладеть будущим.
Он сделал паузу, развел руками.
– На этот раз, должен признаться, это не удалось. Я оказался вне игры. Как и вы оба, кстати.
– Что это значит? – спросила Леза.
– Драку, по всей вероятности, выиграет Ассарт. У него оказалась более сильная поддержка, чем у… моей страны. Следовательно, это значит лишь, что надо по возможности скорее уносить отсюда ноги и рукописи тоже.
– Куда? – спросил Хен Гот.
– Туда, где можно будет спокойно над ними работать. Но на Ассарте такого места для нас не найдется.
– Но я же ни в чем не виновата! – воскликнула Леза.
– На этот счет могут быть и другие мнения. И, боюсь, они окажутся более близкими к истине. Знаете, как это будет сформулировано в обвинительном акте? Примерно вот как: «Воспользовавшись влиянием на Властелина, внушила ему мысль одновременного нападения на все миры скопления Нагор, вследствие чего вооруженные силы Державы оказались рассредоточенными, и…» – ну, дальше вы и сами можете представить.
– Но ведь это вы меня подговорили!
– Обо мне не печальтесь – мне наберут прегрешений не на один, а на десять таких актов – начиная с того, что я не дал убить себя в молодости. Не будем жадничать – обвинений хватит на всех. Ведь не кто иной, как уважаемый историк подсунул тому же Властелину мысль о создании Новой Истории…
– Но я же не уговаривал его воевать ради этого!
– Нет, конечно. Вы – маленький мальчик и полагали, что все охотно принесут вам все нужное на серебряном подносе. Только кто этому поверит? Конечно, решать каждый из вас будет за себя, но мой искренний совет – не теряя времени, бежать.
– Куда?
– В какой–нибудь мир подальше. Где не станут любить Ассарт потому, что он победит. Скорее, наоборот. Во всяком случае, я намерен поступить именно так. И не откладывая в долгий ящик!
– Нет! – сказала Леза. – Я вам больше не верю… Лучше мы признаем, что виноваты, но без умысла… Не может быть, чтобы с нами поступили очень жестоко!
– Да, разумеется, – согласился Миграт. – Представляю трогательную картину, как Жемчужина Власти Ястра прижимает вас к своей груди, а ваш животик – к ее собственному… Она ведь всегда относилась к вам с трогательной нежностью, не правда ли?
Леза понурилась.