– Не думайте об этом, мисс Траффорд.
Он ощущал на своем лице ее взгляд. Они прошли мимо фонаря. Ее щеки пылали.
– Как удачно, что вы случайно оказались рядом. Вы ходили в музей?
Она прищурилась, но в сумерках это было почти незаметно. Не верит в совпадение? Да, она доверяет ему не больше, чем он ей. То есть очень мало.
– Да.
– В читальный зал? – Она склонила голову набок.
– Нет, просто походил немного. А вы?
Ее лицо вдруг сделалось мягче, на губах возникла тень улыбки.
– Мой отец был управляющим музея. Он даже жил там до того, как женился на маме. Каждую пятницу, за час до закрытия, я приходила в музей, немного рисовала, а потом мы вместе возвращались домой. От старых привычек трудно избавиться.
– Вы скучаете по отцу?
Она отвела взгляд от Саймона и посмотрела куда-то вдаль.
– Он не так часто бывал рядом, но да, скучаю. Мы оба любили живопись.
Он понимал ее утрату, понимал, что чувствуешь, потеряв отца, хотя своего он потерял намного раньше, чем тот скончался.
Эмма снова посмотрела на него.
– А что насчет вашей семьи, сэр?
– Мои родители умерли много лет назад, а братьев и сестер у меня нет.
Она слегка сжала его руку, словно хотела утешить.
От этого контакта у него не только кровь закипела в жилах, но и немного ослабла душевная боль, возникавшая всегда, когда он говорил об отце.
– У меня сложилось впечатление, что вы не всегда были близки со своим отцом.
«Откуда она это знает?»
Должно быть, на лице Саймона отразилось недоумение, потому что она сказала:
– Вы как-то упомянули, что он бы не стал читать ваши письма из школы.
А, точно. Странно, он редко говорит об этом отрезке своей жизни.
– Между нами произошло недопонимание.
– И это никак нельзя было исправить?
– Нет. Разногласия оказались слишком серьезными.
Она снова слегка сжала его руку.
– Мне жаль.
Ему тоже было жаль.
Они шли в сторону Грейт-Джеймс-стрит в дружеском молчании, но внезапно в тишину, нарушаемую лишь равномерным постукиванием трости Саймона по тротуару, ворвались голоса. Саймон оглянулся. Те двое пьяниц шли за ними следом.