– Это значит, ты можешь только совершенствоваться. И так оно и будет.
Очевидно, пары, исходящие от красок и скипидара Эммы, плохо повлияли на экономку, раз она считает, будто Эмма когда-нибудь станет искусным пекарем. Эмма вдавила костяшки пальцев глубоко в тесто и продолжила его вымешивать.
– Оно слишком жидкое, дорогая, – сказала миссис Флинн. – Добавь еще муки.
Эмма зачерпнула в кувшине мерку муки и опрокинула ее над тестом. Облачко золотистого порошка разлетелось по воздуху. Закашлявшись, она уткнулась лицом в плечо и чихнула.
Экономка фыркнула.
Эмма тоже невольно засмеялась. Она слизнула муку с губ и смахнула ее с лица.
Все еще посмеиваясь, миссис Флинн открыла духовку и вытащила оттуда несколько готовых буханок. Ее хлеб выглядел безупречно – симметричным и золотистым. Он наверняка был легким и воздушным внутри. Эммины же буханки выглядели бесформенными, жесткими и во всех отношениях непривлекательными. Лили потребует, чтобы они отдали их в приход церкви Сент-Джордж, как пожертвование для бедных. Но учитывая, что денег у них все меньше, они не могут себе этого позволить. Может быть, миссис Флинн сумеет сделать из ее буханок хлебный пудинг.
Быстрые шаги Лили снова послышались на лестнице. Она ворвалась в кухню и помахала в воздухе листком бумаги.
– Мистер Редклифф пригласил нас сегодня вечером пообедать с ним.
Сердце Эммы замерло в груди.
– В его доме?
Она это не сказала, а пропищала.
– Ну конечно в его доме. Он говорит, что хочет, чтобы ты лично попробовала стряпню мистера Бейнса.
Несмотря на нервозность, охватившую ее при мысли, что она увидит его снова, Эмма невольно улыбнулась.
– Не волнуйтесь, голубушки, – сказала миссис Флинн. – Я собираюсь помочь ему приготовить еду.
– Так мы пойдем? – Лили взволнованно переступала с ноги на ногу. – Его дворецкий, тот, с изнуренным лицом, ждет ответа.
Широкая улыбка расплылась по лицу миссис Флинн.
– Скажи да, голубушка.
Раньше или позже ей все равно придется увидеться с Саймоном, а сделать это в присутствии сестры будет безопасней. И это может стать идеальной возможностью подкинуть кольцо куда-нибудь в дом, чтобы он потом его нашел. А может быть, настало время довериться Саймону и рассказать ему обо всем, что произошло в его доме в ту ночь.
– Скажи, что мы почтем это за честь.
Глава 23
Расхаживая туда-сюда по своей спальне, Саймон медленно выдохнул. Почему он так нервничает? Можно подумать, ему никогда раньше не доводилось обедать с красивой женщиной. Хотя, конечно, он не мог припомнить, чтобы заодно приглашал сестру женщины. Нет, неправда. Однажды такое случилось. Это было во Франции. Но эти дамы были близняшками, танцовщицами, а причины, по которым он это сделал, можно назвать довольно порочными.
Саймон остановился перед зеркалом в гардеробной, застегнул голубой шелковый жилет и поправил серый галстук – на тон светлее, чем брюки. Единственным плюсом в том, что Бейнс взял на себя стряпню, была возможность одеваться спокойно, без камердинера, суетящегося вокруг Саймона, как слабоумная нянька.
Еще раз медленно выдохнув, Саймон надел темно-серый пиджак и вышел из спальни. В воздухе висел приятный аромат чабреца и какой-то сладкой выпечки. Боже, благослови миссис Флинн!
Когда Саймон вошел в прихожую, в парадную дверь ударил молоток. Харрис, стоявший рядом с дверью, потянулся к ручке.
– Я сам. – Саймон знаком велел дворецкому отойти и ринулся вперед.
Тот моргнул.
– В самом деле? Должен заметить, сэр, что вы выглядите встревоженным, как кот перед купаньем. Вы уверены, что не влюблены в мисс Траффорд сильнее, чем отдаете себе отчет?
– Убирайся отсюда! – рявкнул Саймон, сообразив, что Харрис затрагивает именно то чувство, в котором ему разбираться не хотелось.
Дворецкий ухмыльнулся.