Надежда (Сергеевна): читать начало книги онлайн

Но стоять на месте — гиблое дело, особенно когда внезапно под ногой начинают шевелиться тоненькие стебельки ярко-синего мха. Надо уходить, но куда? Что, если выбраться по своим собственным следам? Подобно всем горожанам, Надежда не умела ходить по лесу так, чтобы не потревожить ни одной травинки. Она топтала траву и кусты, несколько раз обломила мешавшиеся на дороге ветки. Если будет внимательной, сможет вернуться к ручью. А там рядом тропа… Мысль о том, что на пути ей могут встретиться и другие опасные обитатели этих мест, даже не пришла в голову. Все, что ей сейчас хотелось — это вернуться домой.

Обоняние и зрение пробудились практически одновременно — вместе с первыми проблесками света впереди и запахами внешнего мира. Искатель ускорил движения. Конечности вспоминали, как надо действовать, и если прежде он все усилия сосредотачивал на том, чтобы заставить их двигаться, то теперь все совершалось машинально.

Выбравшись на поверхность, он распластался на земле, щуря отвыкшие от света глаза и то и дело пробуя воздух на вкус и запах. Все его органы чувств работали на полную мощность — глазами он замечал каждый камешек, каждую травинку, каждый куст, каждое цветное пятно. Уши ловили и сортировали звуки, обонятельные рецепторы впитывали запахи, все тело чутко реагировало на тепло, льющееся сверху и идущее снизу, от земли, кончики пальцев ощупывали землю, на которой он распластался, отмечая гладкость и шероховатость, твердость и мягкость — в зависимости от того, чего они касались. Вся информация непрерывным потоком передавалась в мозг, который тут же сортировал ее, сравнивая с результатами прошлых пробуждений, скрупулезно отмечая сходства и различия.

Он лежал на каменистом холме, в двух шагах от сооружения, закрывавшего вход в нору. Каменистые строения, подобные этому, главному, но меньшие по размерам, были рассыпаны по склону тут и там. Многие скрылись под ковром травы и мелкого кустарника, но другие еще виднелись, позволяя ориентироваться в пространстве и прикидывать, где что было расположено в прежние времена.

Искатель изучал внешний мир. Он был первым, кто проснулся. И первым должен был столкнуться с его обитателями.

Собрав силы, он встал. Запрокинув голову, испустил пронзительный вопль. Он был так тих, что живые существа — те, кто двигался, пищал, ворчал и чирикал поблизости — если и услышали его, то не обратили внимания. Но тот, кто его разбудил, услышал этот звук.

И пришел ответ.

Подчиняясь прозвучавшему в нем приказу, искатель осторожно стал спускаться с холма. Скоро проснутся остальные. Им — и тому, кто его разбудил — нужна будет пища. Пища, которую должен найти именно он.

Впереди чуть развиднелось, и Надежда пошла быстрее. Густой лес стал реже, а потом и вовсе расступился перед довольно крутой горой, высившейся на берегу реки. Женщина ахнула, окинув ее взглядом. Высотой она была примерно метров сто или сто двадцать, ее вершина вздымалась выше макушек окружавших гору деревьев. Неровные склоны горы были усыпаны валунами, тут и там росли кусты и молодые деревца, за каменистую почву цеплялись ползучие растения и какие-то кустики, похожие на чернику, но ягоды на них были ярко-желтыми с алыми полосками. А на самой вершине горы виднелось какое-то… сооружение?

Солнце клонилось к закату, прячась за гору, и против света трудно было рассмотреть, что там находится. Но Надежду сейчас волновало не это странное сооружение, а мысль о том, что с горы удобнее всего осмотреться и прикинуть, в какую сторону удобнее идти, чтобы вернуться.

Подумав об этом, она начала восхождение.

Местами идти было легко, а порой склон становился так крут, что приходилось ползти на четвереньках. Но женщина упрямо продвигалась вперед, для опоры хватаясь за ветки и камни. Она ужасно устала, хотела есть и пить, и ее терзала тревожная мысль о том, что скоро закат. Ночь застанет ее там, на вершине горы. Ей придется провести несколько часов под открытым небом на незнакомой планете. «Какая я дура, — ругала она себя. — И дернул меня черт… Идиотка! Сидела бы в доме, ожидала, пока мужчины вернутся… Наверное, они уже дома. Мама дорогая! Ну, мне и влетит!» Она не хотела даже думать о том, что с нею сделают, когда найдут. Из школьного курса истории она помнила, что, кажется, на ее родной планете с беглыми рабами поступали не слишком бережно. Могли убить или искалечить. А что, если такая же участь ожидает и ее?

Страх заставил женщину сесть на землю — ее перестали держать ноги. Мысль о том, что «хозяева» ее убьют, была жуткой.

«Спокойно, — сказала она себе. — Ты тут единственная человеческая женщина на много километров. За тебя деньги заплачены. Тебя доставили с другой планеты потому, что ближе не нашлось. Ты слишком ценна, чтобы вот просто так убивать. Избить, наверное, могут. Изнасиловать — запросто. Запереть на несколько дней — тоже. Ну, такое можно пережить. Только бы они меня нашли!»

— Только бы они меня нашли! — повторила Надежда вслух последнюю мысль и поднялась на ноги.

Последние метры оказались довольно легки — склон стал ровнее, хотя растительности и камней было больше. Присмотревшись к некоторым камням, женщина с изумлением заметила, что они слишком правильной формы — это были почти идеальные кубы с гранью длиной с ее ладонь. «Почти» идеальные потому, что над ними хорошенько потрудилась природа. Но когда-то из этих «кубиков» были сложены дома — она прошагала мимо двух таких сооружений. Это заставляло задуматься. Рой, кажется, говорил, что Гудзон необитаем. Исследователи не нашли никаких признаков разумных существ, почему планету и открыли для колонизации. Но что, если следы не нашли просто потому, что искали не там? И что, если цивилизация тут все-таки была, только погибла?

— Дура, о чем ты только думаешь, — пропыхтела Надежда себе под нос. — Тебе о своей шкуре надо думать, а ты — о раскопках. Вот останешься тут навсегда — и кому какое дело, жили тут древние люди или нет? И как они выглядели — по-человечески или как?

Подгоняя себя этой мыслью, она одолела последние метры и остановилась, озираясь по сторонам.

Вид отсюда открывался великолепный. Внизу гору огибала река, довольно, кстати, широкая. Интересно, это та же река, которая омывала берега форта или все-таки другая? До горизонта, куда ни глянь, растиралось море леса, лишь кое-где в нем торчали «острова» — горы и холмы, подобные тому, на котором стояла женщина. И нигде никаких следов человеческого жилья. Разве что…

Она сделала несколько шагов вперед, щуря глаза. Да-да, ей не померещилось. В левой стороне было что-то вроде просеки, слишком прямой, чтобы это было дело рук природы. И там виднелось какое-то подобие человеческого жилья. Другая усадьба? Похоже на то. Только вот разделяла их вода. Как бы до не добраться?

Надежда попыталась обогнуть вершину горы, опасаясь приближаться к сооружению на ее вершине, сделала несколько шагов и…

Рой готов был ненавидеть себя за проявленную беспечность. Женщины — существа непредсказуемые. А землянки — самые непредсказуемые из всех женщин мира. Как повезет себя дикарка на чужой планете, предоставленная сама себе? Попытается убежать. Это было как раз предсказуемо и даже не обсуждалось. Почему же он не позаботился запереть дверь перед уходом? Его ввело в заблуждение поведение землянки. Она вела себя всю дорогу так спокойно, рассудительно. В ней не было ничего от взбалмошных девчонок, которые сперва делают, а потом думают и, сообразив, что наделали глупость, с наивным видом пожимают плечами: «Знаю, что глупо, но где я — и где ум?» Эта производила впечатление умной женщины, но первое впечатление, как известно, бывает обманчиво. Ищи ее теперь…

Надежда была на управляющий браслет. В него было встроено множество функций — это был маячок, переговорное устройство, электрошокер и навигатор, не считая свободной оперативной памяти, которая позволяла установить дополнительные программы. Оба браслета были связаны между собой — они не только ловили сигналы друг друга, действуя на расстоянии до пяти километров, но и нормально работать могли только в паре. То есть, пока оба активированы. Снять браслет, пока он активирован, было невозможно. А отключить их можно было только одновременным нажатием на пусковое устройство. Задержка в пару секунд уже не допускалась. Короче говоря, если его браслет нормально работает, значит, браслет на женщине тоже исправен. Более того, как маячок и переговорное устройство он мог работать, только находясь на живом теле.

Вся бригада напряженно ждала, сверля его взглядами. Все слова уже были сказаны, настала пора действовать.

— Она жива, — произнес Рой, изучив работу своего браслета. Проглотил зловещее словечко: «Пока…»

— Где?

Это был самый трудный вопрос. Навигатор и маячок работали, но в спящем режиме: «Аппарат находится вне зоны доступа». Значит, беглянка отошла на расстояние, превышающее пять километров.

— Надо смотреть. Куда она могла пойти?

Мужчины мигом кинулись к лесу, внимательно осматривая все вокруг.

— Есть следы! — Шоррен, который единственный из всех в прошлой жизни часто бывал в дикой природе и даже как-то раз ходил на настоящее сафари — и считался в бригаде лучшим охотником, ибо чаще других отправлялся в лес за дичью — даже упал на колени, рассматривая следы грубой обуви. Женщину они нарядили в такие же мокасины, которые носили сами — Гудзон не производил «цивильной» обуви, разве что иногда торговцы привозили несколько десятков пар, но их продавали в столице, до форта и то доходили единицы. И сейчас Шоррен был уверен, что видит след знакомого мокасина.