Отвернулся и ушел, оставив ее стоять, как вкопанной.
Искатель лежал на траве, оглушенный, пораженный, но не напуганный. Так или иначе, но свою задачу он выполнил. Нашел источник пищи. Теперь надо было передать информацию в большой мозг и дождаться, пока проснутся остальные. А потом они отправятся на охоту. Большой мозг надо было кормить.
Глава 6
— Натеша?
Она вздрогнула, услышав свое имя, переделанное и упрощенное. Не то, чтобы звучало оно как-то грубо или коряво — прежнее осталось в прежней жизни! — просто тот, кто его произносил…
— Что?
— Натеша, я, — горячие руки обхватили сзади за талию. Женщину крепко прижали к мужскому телу, короткий вздох обжег шею, в то время как руки вовсю шарили, забираясь под одежду. — Я хочу тебя…
— Я занята.
Не то, чтобы она действительно была поглощена работой по горло, просто…
— Не сейчас. Потом.
— Когда? — руки не спешили убраться. Этот парень с самого дня неудачного побега не давал ей прохода — сверлил взглядом, то и дело крутился подле, пытался заговаривать… впрочем, как и все остальные. Кто-то ограничивался словами, кто-то пытался зажать в углу, как, например, Сандор.
— Не знаю, — она попыталась вывернуться. — Вам надо в лес. А я…
Она не знала, чем себя займет, пока не вернутся мужчины. Опять будет слоняться из угла в угол и жалеть себя.
— А мы быстро! Даже раздеваться не будем.
Надежда прикусила губу. Умом она понимала, что это должно рано или поздно свершиться, но всеми силами старалась оттянуть неприятный момент. В ту ночь, когда ее привели обратно в усадьбу, женщина боялась, что сгоряча ее повалят на траву и… хм… используют по назначению. Тогда обошлось. Вступился Рой, сказав, что ей надо прийти в себя, что придется подождать несколько дней — мол, она могла подхватить в лесу какую-нибудь местную болячку, и стоило устроить ей карантин. Она была согласна потерпеть. Ей действительно надо было привыкнуть. Но далеко не все здесь умеют ждать.
— Быстро не получится. Тебя уже зовут!
С улицы правда раз или два окликнули отставшего парня.
— А потом? Позже, — продолжал допытываться Сандор.
— Может быть. Сейчас уходи.
На прощание он опять прижал ее к себе так крепко, что у женщины перехватило дыхание. Пока одна рука крепко обнимала за талию, другая жадно схватила грудь, тиская и щупая под одеждой. Сандор тяжело задышал. Еще миг — и он повалит ее на пол, накинется и…
— Сандор! — крик со двора прозвучал сладкой музыкой для ушей Надежды. — Тебя ждем!
— Эрда! — выругался он на каком-то незнакомом транслятору диалекте и опустил руки. — Но ты меня все равно жди, хорошо?
Надежда кивнула, чувствуя, как ее всю трясет.
Сегодня не визжали электропилы и не валились деревья. Этот день бригада посвятила тому, что перетаскивала с делянок в кладовую длинные полосы коры беломра, а заодно распиливала на чурки ошкуренные и подсохшие стволы. За чурками потом приедут подрядчики от строительной фирмы, а кора, подсохнув и подвянув, приобретала приятный серебристо-белый цвет. Сухую кору надо было оттащить под навес, чтобы защитить от дождя — намокнув, она теряла товарный вид. Пока одни пилили стволы — сухие, они легче обрабатывались — другие, подцепив крючьями связки коры, возили ее к складу, находившемуся буквально в двух шагах от жилого дома.
Таммо сейчас играл роль учетчика, считая связки и проверяя, чтобы в каждой было строго определенное количество полос коры. Обычно никто не ошибался, но порой люди считали, что один толстый кусок вполне способен заменить два тонких.
Сандор привез очередной груз, но вместо того, чтобы вернуться на делянку, заглушил мотор и спрыгнул с погрузчика.
— Пойду, пройдусь.
— Ты куда?
Сандор остановился. Схвативший его за рукав Таммо смотрел исподлобья.
— До конца рабочего дня еще есть время. Возвращайся на погрузчик. Ты можешь еще сделать три ходки.