Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

Хорошая лоза... «Черная кровь»... Проклятый лекарь! Это сделал он... Лекаря привел Наль, которого он объявил своим наследником. Наль всегда ему завидовал, и еще он хочет Айрис. Они сговорились, сестра и кузен, и воспользовались первым удобным случаем.

– Я предупреждал вас, тан Окделл, – заметил священник, – вы не послушали. Что ж, ваш выбор и ваше право. Пейте, это все, что вам осталось.

«Пейте, это все, что вам осталось...» – руки двигались с трудом. Но Ричард все же отшвырнул проклятый бокал. Может, в нем и не было яда, даже наверняка не было, но вино было все тем же. «Черная кровь»... Как легко в ней растворить яд, белая крупинка тает и исчезает, словно ее и не было... Все, как было, только вместо жизни – смерть.

Алатский хрусталь разлетелся множеством жалящих искр, золотистый ковер набух темно-красным... Ричард отстраненно подумал, что теперь по этому ковру будут ходить Айрис и Наль, и проснулся. В своей постели. Живой... Рука болела, но терпимо, лунные блики ползали по стенам, играли на оружии, скользили по кабаньим мордам, которые он уберет завтра же. И плевать, что на обивке останутся пятна, он не может больше жить среди этих трофеев! Теперь Ричард не понимал, зачем приказал стелить себе в кабинете, можно подумать, в доме мало спален. Лучше всего перебраться прямо сейчас, но герцог, среди ночи меняющий кровати, уважения не вызывает. Придется дождаться утра.

Юноша повернулся на бок, пытаясь устроиться поудобней, не задев при этом руку. Спать хотелось чудовищно, но где два кошмара, там и третий. Впрочем, во втором был свой смысл – в доме есть врач, и врач этот может приготовить успокоительное. Повелитель Скал сел, пытаясь нащупать огниво, но вместо этого задел какую-то склянку, та опрокинулась. Ричард махнул рукой на огниво и зашарил рукой в поисках шнура от звонка. Теплая бархатистая змея отыскалась сразу же, герцог Окделл позвонил, прикидывая, что отвечать, если лекарь примется расспрашивать.

Врать врачам и исповедникам нельзя, но есть вещи, о которых не следует знать никому. Мэтр Шабли говорил, что сны есть отражения наших мыслей, чаяний и опасений, их лучше держать при себе. Ричард пригладил волосы и услышал шаги, тяжелые и медленные.

Слуги так не ходят, так в этом доме вообще никто не ходил. Ворон передвигался легко и стремительно, а по лестницам почти бегал, Хуан крался, как кот, и своих головорезов вышколил так же, а Савиньяки звенели шпорами и смеялись. Врач? Но мэтр Хелльбах был хоть и толстым, но суетливым, и потом, откуда дежурному лакею знать, что Монсеньору нужен медик?

Шаги приближались. Кто-то большой, уверенный в себе и своем праве, поднимался по лестнице. Кто?! И где Джереми, раздери его кошки?! В комнате полно оружия, но какой прок однорукому от алебард и незаряженных мушкетов, а сабли, шпаги и кинжалы вывез Хуан, но это не он! Вздумай работорговец вернуться, его бы никто не услышал. Ричард вновь затряс шнур, ненавидя себя и за свой страх, и за свою беспомощность. Если со звонком в порядке, сюда сбежится весь дом, а если нет? Нужно запереть дверь, но ключа нет. Единственное, что осталось, – это встать, взять с камина подсвечник, отступить за ширмы и ждать. Ночной гость один, если ударить в висок, с ним будет кончено.

Ричард торопливо вскочил, меховой ковер показался холодным и влажным. Ах да, он что-то разлил спросонья. Мокрая шерсть под ногами казалась отвратительной, пролитое снадобье пахло увядающими лилиями и еще чем-то, чем пахнет в подвалах и нежилых комнатах, в Надоре таких было много. Дик схватил подсвечник, он тоже был влажным. Святой Алан, да что ж такое?! А может, это очередной кошмар? Комнату с вечера отменно протопили, дом заперт, все в порядке, но он ранен, и у него жар, вот и снятся холод и чужие шаги. Сейчас он проснется, на этот раз окончательно, и больше не ляжет. Юноша с силой ущипнул себя за руку, прекрасно понимая, что это не поможет.

Испятнанный лунными пальцами мрак отступил перед вползшим в комнату светящимся маревом, словно ренквахские огни оторвались от породившей их трясины и пришли в дом человека, некогда нарушившего их покой. Вздохнули, словно жалуясь на дряхлость, и рассыпались трухой двери, и в проеме, уперев руки в бока, встал кто-то высокий и грузный. За спиной гостя клубилась тусклая зелень, и Дик мог видеть лишь силуэт, напоминавший отрастившую конечности бочку. Бонифаций? Но варастийский епископ не носит ни шляпы с пером, ни шпаги, и ему нечего делать в столице, хотя это же сон! Он не должен об этом забывать, и тогда он проснется. Он должен проснуться!

– Ха! – ночной гость шагнул вперед. – Унар Окделл, как вы приветствуете своего капитана?

Арамона?! Бред какой... А может, не бред, а глупая шутка. И ясно чья.

– Прекратите балаган! – рявкнул Ричард. – Сколько вам заплатил герцог Придд за это представление?!

– Ха! – вошедший топнул сапогом с белым отворотом. – Я служу Ей. Запомни это, унар Окделл. Ей, и никому иному.

Толстый капитан двинулся к камину, его шаги были странно вязкими, словно он шел по болоту.

– Ты не Арамона, – выдохнул Ричард в приближающуюся, знакомую до отвращения пасть и осекся, потому что раньше рожа Свина была багровой и от него несло вином, чесночными колбасками и по?том. Теперь в воздухе висел запах вянущих лилий и сладкой гнили, а кожа капитана Лаик стала белой и рыхлой, словно творог.

– Ты – мой унар, – проникновенно сказал Свин, беря Ричарда за плечо. – Но я больше за тебя не отвечаю. Ты мне не нужен. Она тебя не ждет, у тебя есть свой хозяин. Она говорит, между вами кровь и клятва. Твоя клятва и твоя кровь...

– Ты – сон, – Ричард сам не знал, кричит он или шепчет, – сон, уходи... Пусть четыре скалы защитят от... От...

– Скалы не простят клятвопреступника. – Арнольд Арамона выпустил Ричарда, и юноша, оскользаясь на гнилых досках, отступил к камину. – Ха! Я сказал, ты слышал. Но ты был дурным унаром. Ты не понял. И ты не запомнишь.

– Убирайся, «Создателю всего сущего, именем твоим и во имя твое...»

– Ха! – бледный толстяк неспешно повернулся и направился к стене между окнами. Зеленая муть мешалась с лунным дымом, обволакивая ставшего чудовищем пьяницу, у которого больше не было тени. Арамона шел медленно, вперевалку, чавкали в невидимом болоте ботфорты, медленно, словно морская трава, колыхались волосы и перо на шляпе, запах гнили и цветов становился невыносимым. Ричард дико закричал и бросился вон из превратившейся в склеп комнаты. Куда угодно, только подальше от жуткого запаха и расползающихся на глазах ковров. Забиться в дальний угол, спрятаться, пересидеть...

Подгнившая доска проломилась, Ричард ухватился за перила, забыв о ране. Дикая боль рванулась от запястья к плечу, Повелитель Скал не удержался на ногах и кубарем покатился по скользким, позеленевшим ступеням.

Глава 9

ХЕКСБЕРГ И РАКАНА (Б. ОЛЛАРИЯ)

399 года К.С. 5-й день Осенних Молний

Хексберг мало походил на Фельп, а Придда и Марагона – на Ургот, но война остается войной, а ожидание – ожиданием. Город кипел, но полной ясности не было. Дриксы могли в последний миг что-то заподозрить и оставить Хексберг в покое, занявшись делами сухопутными. Луиджи в стратегии разбирался не особо, но киркорелла и та бы смекнула, что положение лишенных резервов Придды и Южной Марагоны оставляет желать много лучшего. Того же мнения придерживался и Вейзель.

Артиллерист чуть ли не с наслаждением расписывал грядущие несчастья и ошибки, а Луиджи старательно слушал, проклиная зубодробительные названия, которые и выговоришь не сразу, не то что запомнишь. Больше делать все равно было нечего, только ждать и гадать, кому же выпадет встречать «гостей».

Брось Дриксен все свои силы против Хексберг, это облегчило бы положение армии фок Варзов в Придде, но городу и его защитникам в этом случае пришлось бы солоно, несмотря на Альмейду. Вейзель, во всяком случае, не сомневался, что дриксенский фельдмаршал нацелился на Хексберг.

– Бруно предпочтет одну полную победу здесь полупобеде в Гельбе, – вещал артиллерист. – Наступать, имея на фланге вражескую крепость и порт, куда весной может вернуться флот, неразумно.

– Бруно не человек, а жернов, – вмешался заглянувший выпить грога фок Таннер. – Фельдмаршал мелет медленно и только наверняка. Он нападет, только если будет уверен.

– Хексберг стоит риска, – не согласился Вейзель. – В случае удачи враг лишает нас помощи с моря, получает в свое распоряжение продовольственные, оружейные и торговые склады и вынуждает Альмейду вернуться если не на Марикьяру, то в Сенью. Город станет опорой дальнейшего продвижения в глубь Придды, которое начнется весной. Мы будем зажаты между мятежными провинциями и дриксенцами, измотаны трудной зимовкой, лишены резервов...

– Дорогой супруг моей дражайшей тетушки, – восседавший у камина Вальдес снял кольцо с изумрудом и поднес к глазам, – вы упустили две мелочи. Хексберг еще не взят, а флот уже вернулся. Согласитесь, это несколько меняет тон нарисованной вами картины. К тому же нельзя забывать о столь великом уме, как Пфейхтайер...