«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Все очень просто. Они с полковником… извините, с генералом фок Дахе ушли в стену, как будто с ними были выходцы, только их не было, папенька пришел позже. Герард не понимает, как это у него получилось. Маршал Лэкдеми ему приказал спасаться любой ценой, потому что он очень ценный из-за того, что умеет злить бесноватых, но когда началась драка, брат все напутал. Герард учится фехтовать, и у него получается, но по-настоящему дрался только один раз, когда меня хотели убить, а тут начали убивать фок Дахе и вашего посла, я забыла, как его звали.

– Фок Глауберозе.

– Да. Герард попробовал ему помочь, но там был монах, который умел очень хорошо драться. Он встал рядом с господином фок Глауберозе, и в это время напали уже на фок Дахе, а у него после старой раны болит нога. Герард кинулся к нему, но к выходу было уже не пробиться. Фок Глауберозе оттеснили от монаха, он прижался к стене, на него набросилось несколько врагов; фок Дахе с Герардом ничего не могли сделать, а потом полковника ранили, он упал, Герард его поднял и стал защищать. Сперва было проще, потому что бесноватые рубили тело господина Глауберозе, но потом они бросились на Герарда, тот помнит, что фок Дахе схватил его за локоть, а дальше они куда-то провалились и выбрались уже в нашем доме в Аконе. Я не уверена, но, кажется, их выгнал монсеньор Лионель. Это очень странно, ведь он совсем в другом месте. Вы мне не верите?

– Вам не верить нельзя… Но я не понимаю.

– Успокойтесь, Фельсенбург, – оказывается, рядом был Валме, – никто ничего не понимает, поэтому незачем забивать этим голову, да еще в гостях. Селина, вы не против, если за вас выпьет несколько больше человек?

– Нет, конечно, ведь порядочные мужчины всегда пьют за женщин. Я напишу об этом маме, она будет очень рада.

Глава 5. Талиг. Альт-Вельдер Старая Придда

1 год К.В. 3-й день Зимних Скал

1

У заклятого озерца Луиза успела побывать не единожды, но всякий раз с кем-то, а это было совсем не то. Наслушавшись местных баек, госпожа Арамона твердо решила прогуляться заснеженным бережком в одиночестве, только решить еще не значит исполнить. Мешали загонявшие обитателей Альт-Вельдера под крышу бураны. Мешала вежливость хозяйки, старавшейся не предоставлять гостей самим себе. Мешала Юлиана, полагавшая своей обязанностью дважды в день дышать свежим воздухом. Отпускать дохаживающую последние дни баронессу одну было нельзя, слуг за спиной она не терпела, и выгуливать вдову взялась Луиза. Нижнего парка Юлиана избегала, и дамы бродили средь укрытых цветников; генеральша говорила, капитанша слушала, порой вставляя несколько слов. Неприятными эти прогулки не были, но отправляться после них еще куда-нибудь не тянуло, впрочем, время госпожу Арамона не поджимало, можно было и подождать. После родов баронесса всяко проведет в постели несколько дней, и вот тогда… Луиза улыбнулась задуманной глупости, поправила стоящий на трюмо зимний букет и отправилась за Юлианой.

– Я хочу вымыть волосы, – без предисловий объявила вдова. – Летом я мою голову два раза в месяц, и этого хватает. От слишком частого мытья можно облысеть, даже если заваривать крапиву. Здесь крапиву не сушат, обходятся морисским мылом, сперва оно показалось мне сносным, но после него волосы ужасно салятся.

– Салиться может и от шапок, – предположила госпожа Арамона, которую морисское снадобье очаровало с первой головомойки. – Шерсть и мех заставляют потеть.

– Только если кутаться больше, чем нужно. Конечно, бегать зимой с непокрытой головой тоже глупо, можно простудить мозги. У Курта был адъютант, он подхватил мозговую горячку…

Разговор об адъютантах капитаншу не занимал, и она просто предложила свою помощь, заодно рассказав, как моют голову при дворе. Вдова в целом не одобрила, но, учитывая свое положение, согласилась сесть и откинуть голову назад. Волосы у баронессы были очень неплохи, хоть и похуже, чем у самой Луизы, чему та втихаря порадовалась. Ворочать в тазу тяжелую мокрую гриву, не путая ее, было непросто, но капитанша управилась.

– Теперь нужно обернуть голову, – напомнила намолчавшаяся во время процедуры баронесса. – Торопливые дурочки сушатся у огня, хотя это портит волосы, они должны сохнуть сперва в старом полотне, а потом в теплой комнате без сквозняков, но только не возле печи! Я займусь разбором вещей, все равно это нужно сделать, а после лягу. На улице холодно?

– Для меня да, – слегка приврала Луиза, – но я не северянка.

– Во всем нужно знать меру. Конечно, в случае необходимости я бы вышла, но без прогулки можно обойтись. Мне нужно выпить мяты…

– Я спущусь на кухню, – быстро сказала Луиза, и в самом деле спустилась. Отвар баронессе подавала уже служанка, а госпожа Арамона в подбитом седой лисой плаще отправилась к озеру. Она не спешила, зачем? Ирэна последние дни сидела в библиотеке, Юлиана пила свою мяту, а в парке искрился снег и тянули к высокому, неимоверно синему небу свои черные ветви непонятно как прижившиеся в Марагоне буки. На одном из них устроилась рыжая, вопреки зиме, белка. Она хотела орехов, но Луиза слишком торопилась и не захватила подарков ни парковым попрошайкам, ни озеру. Конечно, можно было расстаться с вдовьим браслетом, госпожа Арамона и рассталась бы, будь тот хоть сколько-нибудь ценен или дорог именно ей. Луиза любила кольцо, которым пожертвовала перед первыми родами, а браслет был всего лишь дутым золотым обручем с именем почившего супруга.

Отправляясь во дворец, новоявленная придворная дама менять его не стала из непонятного ей самой упрямства и злости сразу на мать и на Арнольда, сейчас злость поутихла, вернее, уступила место какому-то странному чувству. Капитанша все меньше вспоминала мужнины свинства и при этом желала счастья Зое. Для счастья требовался Арнольд, ну и ладно, пусть себе живет, или что там у остывших?.. Пока еще вдова отогнула перчатку и поднесла к глазам руку с браслетом. Весной о замужестве придется думать всерьез, не подаваться же в выходцы, да и Зое будет поспокойней, а то бедняга, даром что капитан, вся извелась.

Выйти замуж проще всего было в Найтоне, и Луиза бы туда уехала, если б не дети, которым брак матери с мещанином подрежет крылья, да и сам господин Гутенброд… Добрые люди, а пивовар был именно таким, не берут, а дают. Одно дело бескорыстно предложить руку и сердце небогатой честной вдове, и совсем другое – узнать, что невеста насквозь изовралась и водит дружбу с графами и герцогами. Так что не будет у вдовы Арамона домика с комнатными розами, и покоя не будет. Придется жить во дворцах и ловить барона или, того лучше, рэя…

«Дора Луиса» фыркнула, расправила крагу перчатки и зашагала по расчищенной – похоже, Ирэна наведывалась в лабиринт – дорожке. Бледно-золотистая стена была почти рядом, капитанша оглянулась на залитые солнцем снежные поляны и шмыгнула в шепчущую синеватую щель.

2

Георгия воссоединилась с супругом накануне вечером, а около полудня за графиней Савиньяк зашел Хьюго. Отношения с хромым капитаном у Арлетты сложились почти приятельские, и по дороге к Рудольфу адъютант выложил, что герцогиню не ждали, но приехала она надолго, в связи с чем все имеющиеся у коменданта силы будут брошены на обживание парадной части дворца. Арлетта весело пожелала истопникам и полотерам удачи и спросила про Эрвина. Оказалось, Литенкетте отправился в Торку – надо думать, объясняться с маркграфом. Младших детей герцогиня оставила в Ноймаре, там же обреталась и Урфрида, однако графиня Савиньяк поставила бы экстерриора против таракана, что дочь явится вслед за матерью.

– Сударыня, – Хьюго слегка замедлил шаг. – Могу я обратиться к вам с просьбой?

– Разумеется.

– Мне бы… Я – кавалерист и хочу вернуться в строй. Нога мне не помеха. Если вас не затруднит, вы бы не могли…

– Меня не затруднит, и я бы могла, но почему именно сегодня?

– Я давно хотел вас просить…

– Допустим, и все же, что вас подтолкнуло?

– Я человек не светский, а здесь будет… будут…