«Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я помню этого фок Греслау по Ор-Гаролис, хотя имя узнал от пленных позже, — Лионель оглядел недовольного Эмиля, проглотившего сосульку Райнштайнера и крутящего усы Ариго, — и могу сказать, что Придд избавил нас от очень толкового врага. Фок Греслау тогда командовал арьергардом и действовал весьма прилично. Этот генерал расколол бы Франциск-Вельде даже с одной пехотой.

— Отсутствие конницы у фок Греслау и отсутствие пехоты у Рейфера заставляет предположить, что они должны были действовать сообща, но рассорились. Это объясняет, почему конница Рейфера выглядит потрепанной и уставшей, а в строю есть раненые. — Райнштайнер соображал даже в семь утра и с дороги. — Очевидно, что с «китовниками» у рейтар отношения более чем просто враждебные — не брали пленных, добивали на месте раненых и, самое необычное, отказались от столкновения с Приддом ради атаки на собственную пехоту.

— Прежде, чем я соглашусь, — задал неизбежный вопрос Лионель, — я хочу убедиться, что вы все безоговорочно верите рапорту Придда.

— Валентин отвечает за свои слова, — твердо сказал Ариго. Другое дело, что я ни кошки не понял ни про «китовников», ни про Греслау, которого зачем-то понадобилось убивать. Если б Рейфер пытался его отбить, я бы не удивлялся, а тут ерунда какая-то…

— Кит был на парусе короля Торстена, которого вариты, когда принимали эсператизм, объявили святым, — объяснил бергер. — То, что этот пират умер, не зная таких слов, как «Создатель» и «Эсператия», не помешало ни дриксам, ни Агарису, но, Герман, боюсь, у нас будет больше неприятностей от живых «китовников», чем от мертвого короля. Почему Валентин счел необходимым убить фок Греслау, я пока объяснить не могу. Его восприятие «китовников» как чего-то нечистого, крайне опасного и чуждого мне пока непонятно, но обратите внимание — действия Придда встретили полное одобрение Рейфера и, как пишет сам полковник, повлияли на решение нашего знакомого «гуся» атаковать немедленно. А ведь гораздо разумнее для него было бы дождаться победы «китовников» над марагами и наброситься на расслабившихся победителей.

— Да уж, — Эмиль, не скрываясь, зевнул. — Повезло «спруту», ничего не скажешь, но ему в Марагоне не место. Гирке пусть остается пока — и долечится, и при деле будет, пошлем ему полковника поздоровей в помощь. Ну а Рейфера при всей его благости проводить нужно до самого Мариенбурга. Если он в самом деле туда двинулся.

— Да, — подтвердил Райнштайнер, — Придд необходим здесь. Несомненно, он заметил гораздо больше, чем успел написать. Мне очень жаль, что я не поехал во Франциск-Вельде вместе с бароном Катершванцем, но это не казалось необходимым. Кроме того, надо еще раз расспросить девушку о выходцах, это придется кому-то сделать на месте, поскольку разлучать баронессу Вейзель еще и с приемной дочерью теперь стало невозможно. Позже, если перемирие с Бруно будет достигнуто, я отправлюсь в Альт-Вельдер лично, тем более что Бергмарк должна отдать последние почести барону Вейзелю.

— Может быть, — буркнул Эмиль, — хватит о нечисти? Светает уже… Кто заменит Вейзеля? Об этом вы подумали? Я-то свои пушки отослал Дьегаррону вместе с артиллерийским генералом.

— Вейзеля не заменишь. — Ариго тоже не горел желанием рассуждать о всяческих странностях. — Но Рёдер на Печальном показал себя очень толковым артиллеристом, а пушек у нас не так чтобы очень много. Справится.

— Хорошо, — решил Эмиль. — Пусть будет Рёдер…

В прихожей завозились, и сидевший к выходу ближе других Ариго распахнул дверь. Упоительно запахло.

— Шадди, господа! — Братец Селины тащил поднос с четырьмя дымящимися чашками, сахарницей и масленкой, следом хозяйка Эмиля волокла булочки.

— Отлично. — Эмиль слишком быстро для жениха далекой Франчески подхватил заваленное сдобой блюдо. — Спасибо, сударыня.

— В Гёрле пекут очень хорошие булочки со сливками и корицей, — удостоверил Райнштайнер, протягивая руку. — Итак, мы должны исходить из того, что «китовники» представляют угрозу не только…

Шадди и сдоба требовали немедленного внимания, но Ли поднялся и выглянул в прихожую, чтобы отдать приказ своим «фульгатам». Сидящая за столом компания кратковременного отсутствия Проэмперадора не заметила. Райнштайнер, поедая булочку за булочкой, рассуждал о том, что он должен был сделать, но не сделал, Эмиль перечитывал рапорт Придда, Ариго просто завтракал. Лионель, взяв с подноса сиротливую чашку, уселся рядом с братом и шепотом поздравил командующего Западной армией с блистательным стратегическим решением, а именно с отправкой «грозы Виндблуме» в Марагону.

— Да уж, — кивнул Эмиль. — Осенило. С одной стороны, старик спас город, с другой — он же нас теперь заживо жевать станет… Леворукий, это еще что за…

Первым за дверью оказался успевший выхватить шпагу Ариго, остальные отстали ненамного. В уютной, пахнущей сдобой и шадди прихожей рвался из рук «фульгатов» капитан Оксхолл. Освободиться ему не грозило, но отсутствие кляпа во рту бывший адъютант Рудольфа использовал в полной мере. Изрыгаемой брани и угроз «Двору висельников» с лихвой хватило бы на неделю, но поносил капитан не державших его солдат, а рэя Кальперадо. Загородивший хозяйку порученец походил на сестру и на ощерившегося волчонка, шагнувший к «бесноватому» Ариго — на матерого волка.

— Вам хочется этого господина немедленно убить? — Лионель сжал плечо генерала. — Представьте, мне тоже. Господа, кто-нибудь ещё разделяет чувства полковника Придда?

Ариго скрипнул зубами, Эмиль ругнулся, Райнштайнер подошел поближе.

— Очень хорошо, что мы уже позавтракали, — заметил он, — это зрелище отбивает аппетит. Правильно ли я понимаю, что перед нами собрат дриксенских «китовников»? Если это так, действия полковника Придда и генерала Рейфера становятся объяснимыми и предельно разумными, но возникает целый ряд новых вопросов.

— На некоторые я готов ответить уже сейчас, — заверил барона Савиньяк и велел солдатам вывести бесноватого.

Последнее, долетевшее уже с крыльца, проклятье предназначалось «леворукой белобрысой гадине». Проэмперадор Севера и Северо-Запада Лионель Савиньяк счел это добрым предзнаменованием и улыбнулся.  

Вера Камша

Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд Смерти. Рассвет. Часть первая

I. «Рыцарь Мечей»[1]

Глава 1

Талиг. Хексберг

Кагета. Гурпо

1

Скелет выходил на загляденье. Если б не пиратская ухмылка – хоть сейчас в анатомический трактат! Руппи не забыл ни единой косточки и теперь сосредоточенно рисовал стрелочки для будущих подписей, то и дело отпихивая лезущую под руку Гудрун. Кошка урчала, а лейтенанту хотелось рычать, потому и череп получился злющим и не слишком мертвым: смерть, она ведь бесстрастна, как мороженое мясо.

– Умолкни, – велел Руппи кошке. – Надоеда…

Гудрун, томно вякнув, опрокинулась на спину и принялась елозить по непросохшему рисунку, размазавшиеся чернила казались то ли шерстью, то ли вуалью. Выглядело это странно, но плотоядный мертвецкий оскал кошка стерла, правда, слегка посинев. Ничего, вылижется…

Блудный лейтенант отложил перо и отправился к окну созерцать лужи. На душе было скверно, главным образом от неопределенности. Руперт фок Фельсенбург всегда знал, что делать, даже когда не представлял как, а теперь цель отсутствовала. Напрочь. Выхваченный из Рассвета Олаф читал за стеной Эсператию, Бермессер вместе со своими мерзавцами уплыл в Закат, а война, в которой радостно плескался Фридрих, Фельсенбургу не нравилась крайне.