Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

— Ква! — заявила она. — Я самая прекрасная в этом саду! Все остальные уроды, а особенно эти глупые толстые пионы! Да одного взгляда на них довольно, чтоб уразуметь, что они не розы и не хризантемы! Ква! Да откуда здесь может взяться истинная красота, кроме меня?! Смотрите же на меня! Любуйтесь, восхищайтесь, гордитесь, что я с вами... Что я явилась вам! Ква!

— Жаба заболела! — испугалась Ромашка. — А я не знаю, как такое лечить!

— Квакс! — рявкнула Жаба. — Брекекекс-коакс-коакс! Замолкни, глупое растение. Замолкни и восхитись моей красотой. Уродина! Ну кому нужны твоя желтая серединка и белые лепестки? Существо со вкусом на твоем месте увяло бы со стыда...

— Жаба, — закричала Малиновка, — уходи! Ромашка, не слушай ее... Ты такая хорошенькая. Мы все тебя любим... А Жаба... она просто завидует, она пупырчатая, бурая, вот и злится.

— Правильно, — согласилась Жаба, — я бородавчатая, пупырчатая и противная, а Ромашка хорошенькая и солнечная. И всем нам нужна именно такой. А теперь, дорогая Малиновка, пойми, что ты — это Ромашка, а я — это Ворона».

— Замечательно, — от души похвалила Арлетта. — Именно так надо нести утешением некоторым... малиновкам!

— История все еще не закончена. — Левий обмакнул перо в чернильницу и подал графине. — Сударыня, здесь не хватает последних слов, и они за вами. Или за маршалом Лионелем?

— Я бы не хотела, чтобы наши... притчи пришлось доводить до ума нашим сыновьям, — покачала головой графиня и дописала: «Малиновка поняла и запела, но не раньше, чем извинилась перед Жабой».

3

Ссориться с Приддом Арно не собирался — когда на носу баталия, не до ерунды. Странная, пришедшая в сумерках мысль и еще более странная тревога заставили искать общества однокорытника, а повод имелся. Такой же необычный, как и желание немедленно переговорить с Валентином, благо тот отправился провожать неуемного Катершванца. И проводил. До победного конца.

— Теперь фы толшны фозфрашатся и оттыхать, — объявил на весь бергерский лагерь отконвоированный к самой палатке барон. — Здорофый зон и хороший зафтрак — ознофа фоинской тоблезти. Топрой нотши. Зафтра я буту готоф оценифать фаши нафыки.

— Доброй ночи, господин барон, — учтиво попрощался с палаткой Придд и вскочил в седло.

Арно послал Кана наперерез.

— Нам по дороге, не так ли, сударь?

— Я возвращаюсь в полк, — объявил Придд.

— Я провожу вас. Полковник, у меня к вам дело.

— Вот как? — Придд ушей не прижал, за него это сделал его серый; ничего, потерпит, как и Кан. — Я внимательно слушаю.

— Я получил письмо от матери. — Он поговорит с этой... заразой, Леворукий ее побери! Спокойно поговорит, очень спокойно! — Я обращаюсь к вам в том числе и по ее просьбе. В Нохе появились призраки. Это монахи, и мать считает, что они туда... ну, переселились, что ли. Очень может быть, что из Лаик. Кардинал с этим согласен. Вы его знаете лучше меня, мать считает этого Левия человеком умным.

— Я целиком разделяю мнение госпожи графини.

Ну и как с ним таким прикажете... беседовать? Да легче...

— Возможно, вы разделите и мнение о том, что происходящее в Нохе важно. Мать знает, что мы видели лаикских призраков, и просит написать про них все, что вспомнится. Любую ерунду. Вы в ту ночь разгуливали по Лаик и тоже могли их встретить.

— Я не видел лаикских монахов ни в ту ночь, которую вы имеете в виду, ни в любую другую. Могу я узнать, почему госпожа графиня связывает призраков Нохи именно с Лаик?

— А... а разве есть еще какие-то?

— Супруга Эктора Придда в своих записках упоминает монахов Доры. До Франциска там была обитель Милосердия.

— Дора?! Никогда о таком не слышал.

— Те, кто ломает, обычно не стремятся донести до потомков подробности. — Валентин ловко осадил щерящегося мориска, вынуждая идти голова в голову с не менее злющим Каном. — Аббатствами, если так можно выразиться, занимались Франциск и ныне святой Ариан. Они начали с Доры, и вряд ли случайно. Поводом могли стать и призраки, но причина, на мой взгляд, была в настоятеле, который в самом деле пытался проявлять милосердие. Моих предков он, во всяком случае, укрыл.

— Франциск не трогал женщин и детей. Вот если б ваш аббат решил укрыть Эктора...

— Если вы думаете, что я стану защищать маршала Эктора, вы очень ошибаетесь. Он принадлежал к тем отцам семейства, чьи дети и жены могут выжить лишь чудом, но мы несколько уклонились от предмета нашей беседы.

«Уклонились от предмета...» Разрубленный Змей! Уклонились! Эктор свою семью хотя бы не угробил, а вот Вальтеру это почти удалось, даже если забыть про Джастина.

— Вы не думаете, что монахи в Лаик пришли из Доры? — Кан упорно нарывался на ссору, но Савиньяки лошадиным капризам не потакают, тем более при «спрутах».