Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

Ночь вообще была дивной – сияли звезды, ветерок шевелил ветви высоких карагачей, донося запах полыни и меда, а над дальними холмами висела почти полная луна. Скоро очередная священная ночь, и Мэллит выберется из дома, чтоб увидеть своего принца. Эпинэ надеялся, что у Альдо хватит благородства не злоупотреблять чувствами девушки, но гоганни была красива, слишком красива… Только бы принц ее не обидел!

От мыслей о Мэллит Робера оторвало встревоженное ржание, смешавшееся с собачьим воем. Кони, не обращая внимание на молодых бириссцев, сгрудились посреди луга. Они были явно встревожены. Рокэ? Вряд ли.

Эпинэ с детства имел дело с лошадьми, ему казалось, что он их понимает, но тут Иноходец растерялся. Боевых скакунов что-то испугало, и это что-то не было ни чужаками, ни хищниками. В юности Роберу довелось спасаться самому и спасать отцовский табун от степного пожара, перед его началом лошади вели себя похоже. И собака воет.

– Гост панимает, чего они хочут? – Молодой бириссец казался встревоженным.

– Нет, – покачал головой Робер, – но что-то не так.

Что-то и впрямь было не так. Клемент встревожен, лошади и собаки тоже.

– Снимайте путы и гоните всех в деревню!

Пусть кони будут под рукой у всадников. Робер ухватился за гриву подаренного Луллаком солового жеребца и вскочил тому на спину. Шад Второй затанцевал, порываясь пуститься вскачь, и Роберу стоило больших трудов его успокоить. Шад укоризненно обернулся на хозяина и плавным галопом помчался в село, откуда раздавался непрерывный собачий вой. Воем и цокотом копыт была заполнена вся ночь. Закатные твари, вот оно! Все дело в Бире, вернее в том, что она замолчала. Эпинэ прислушался – так и есть, река иссякла. На всякий случай талигоец подъехал к самому берегу. Лунный свет играл на мокрых камнях, кое-где поблескивали лужи и лужицы – и все!

Хорошо хоть лошадей напоили, а то колодцев тут не роют, но что случилось с рекой? Конечно, Бира не Данар и не Рассанна, но вот так взять и пересохнуть? Робер еще немного посмотрел на каменистое русло, вслушиваясь во все нарастающий вой. Псы воют к покойнику. Дурная примета, одна из самых дурных…

От грядущих невзгод талигойца отвлек разыскавший хозяина Клемент. Его Крысейшество был весьма недоволен, он скалился и громко пищал. Робер склонился со спины Шада, подобрал приятеля и послал коня к дому Мильжи. Клемент замолчал, Эпинэ с некоторым облегчением вздохнул, оказалось, преждевременно. Стоило талигойцу спрыгнуть на землю, как Его Крысейшество цапнул хозяина за ухо. Иноходец помянул Леворукого и сбросил нахала. Крыс просеменил к двери, встал на задние лапы, уперся передними в плохо обструганное дерево и заверещал.

– Шил-шил-шила, киска крыску задушила, – совершенно отчетливо произнесла сумасшедшая, о которой Эпинэ как-то забыл.

Женщина засмеялась, Робер с силой толкнул дверь. Мильжа и Луллак все еще спорили, на столе горела свеча и лежали лепешки.

– Нужно уходить. – Робер сам не знал, почему он так в этом уверен.

– Ворон? – подался вперед Луллак.

– Вряд ли, но кони и собаки волнуются… Бира иссякла. Что-то будет.

– Бира? Не может быть!

– Может, – Эпинэ подхватил вцепившегося в сапог Клемента, – звери чуют беду лучше нас, тут оставаться нельзя. Я приказал табунщикам вернуться.

– Куда мы пойдем? – пожал плечами Мильжа. – Ты боишься, что нам не хватит воды? Или ты боишься Зла? Но земля, на которой стоит Текка, защищена. Может, Зло хочет, что б мы вышли за границу села, тогда мы будем в его власти. Нужно ждать рассвета.

– Нет! – Закатные твари, почему он так уверен?! – Если мы останемся здесь, рассвета для нас не будет. Клемент это знает, кони это знают, да и женщина во дворе…

– Что сказала хранящая? – подался вперед Мильжа.

Она сказала про киску и крыску, но какое это имеет значение.

– Она сказала – те, кто не уйдут сейчас, не уйдут никогда. Поднимайте людей и уводите, а я поскачу предупредить Адгемара.

– Хорошо, мы пойдем в Лакку.

– Нет. Нужно уйти от реки, – он это знает, но откуда?! – Я видел слева холмы, нам туда.

Луллак что-то ответил, но Робер не расслышал. Подхватив Клемента, он выскочил к рывшему землю Шаду. Крыс верещал, пока Эпинэ седлал коня, его вопли сливались с непрекращающимся песьим воем, а рядом смеялась и звенела своей цепью сумасшедшая.

– Киска крыску задушила, шила-шила, шила-шила… – Робер вскочил в седло, жеребец, не дожидаясь приказа, рванулся к реке, проскочил иссякшее русло и помчался дальше к рыжим растрепанным кострам. Слава Создателю, Адгемар был трусом. Слава Создателю, вырвавшиеся из Дарамского лагеря почти не имели вещей. Слава Создателю, ему поверили. Белый Лис наотрез отказался посылать людей в Текку, но сам собрался споро. Багровые седлали перепуганных коней, сворачивали немногочисленные шатры, затаптывали костры.

Если ночь пройдет и ничего не случится, на цепь посадят его, но это лучше, чем тупо ждать беды. Все уже сидели в седлах, когда вдали послушался глухой шум. Адгемар первым пришпорил своего иноходца, следом тронулись и остальные. Шум стремительно нарастал, обезумевшие лошади неслись вперед, не разбирая дороги. Сзади была беда – непонятная, неотвратимая, стремительная. Всадники влетели в холмы, склоны были высокими, наверх вело не столь уж много троп, но они успели. Стоя на вершине, Робер с ужасом смотрел, как в долину хлынула чудовищная черная волна.

3

Ричард отдал бы полжизни, чтоб проснуться и увидеть прозрачную зеленую воду, ласкающую сонные скалы, вековые ели на склонах, золотистые прибрежные тростники, но ничего этого не было и быть не могло. Барсово Око исчезло с лица земли навсегда. Все еще мутная, но изрядно присмиревшая Бира пробиралась меж осклизлых камней к пролому и неопрятным водопадом низвергалась вниз, в разоренную долину.

Юноша брел вдоль нагромождения мокрых, грязных камней. Камни молчали, как им и положено от века. Вчерашний безумный порыв казался сном, причем сном позорным, из тех, о которых никому, никогда не рассказывают, а может, сном была эта подсыхающая на жарком предосеннем солнце грязь. Где-то здесь в лабиринте из скальных обломков бродили таможенники, которых нужно было найти и привести к Рокэ.