— Ведь твоя мамочка говорила: — «Всегда держись правды, милый Альфредо!» — возразил Расмус.
Он, по крайней мере, тоже умел шутить, когда нужно.
Альфредо удовлетворенно ухмыльнулся:
— Шалопай-мальшишка, слышу, што я не зря растошаю перлы своего краснорешия.
Но Эрнст был нетерпелив. Он погнал их к двери.
— Дуйте домой и возвращайтесь обратно в восемь часов вечера!
Вся семья была в сборе на кухне, когда Расмус вернулся домой. Мама пекла булочки, а папа сидел в углу на своем обычном месте и разглагольствовал вовсю. Кража серебра — вот о чем он распространялся.
— Это самый ужасный криминальный случай во всей истории Вестанвика, — утверждал он, — и полиция трудится изо всех сил.
Сам он скоро двинет на службу, всю ночь он дежурит, но сейчас у него выдался небольшой перерыв, и он полон желания посвятить маму в малейшие детали.
— Мы что, должны разрешить вопрос о самом ужасном криминальном случае во всей истории Вестанвика именно здесь, в кухне, и именно тогда, когда я пеку булочки? — спросила мама.
Да, с юмором у нее сегодня туговато, и это очень некстати, если просить позволения ночевать в палатке.
— Ты не желаешь слушать, что я думаю об этом случае? — удивленно спросил папа.
— Да нет, пожалуйста, — сказала мама. — Только мне надо место, чтобы развернуться со своими противнями.
Крапинка рассмеялась — наверняка в первый раз с того вечера в среду.
— Присядьте на корточки, мальчики, чтобы у мамы было где развернуться с ее противнями, — сказала она. — Хотя, по-моему, ей нужно целое футбольное поле. Ты сердишься сегодня, мама?
Мама с досадой посмотрела на нее:
— Нет, не сержусь. Но я не знаю, зачем вам всем непременно торчать на кухне, когда я пеку булочки?!
— Потому, что здесь так уютно, — ответила Крапинка, — и потому, что здесь так вкусно пахнет.
Папа согласно кивнул:
— И потому, что ты сама такая маленькая булочка с изюмом, Гуллан.
— Сердитая булочка с изюмом, — сказал Расмус.
— Спасибо! — поблагодарила мама, но было непохоже, что она очень смягчилась.
Молча и яростно месила она тесто — так, словно шла на него в атаку.
— А кстати, Крапинка, — спросила она, — это ты последней была в ванной?
Крапинка подумала.
— Возможно… а что?
— Тогда возьми тряпку и вытри за собой, — сказала мама, вставляя противень в духовку. — А может, ты думала, что это надо сделать мне?
— Извини, — сказала Крапинка, — я сейчас же…
Расмус сделал змейку из теста и стал болтать змейкой под носом у мамы.
— А тебе больше не к чему придраться, мама, раз уж ты так разошлась?