– Вот мы и свинтили под крыло к Михаилу. Ну и папаша мой помог немного. С государственной наукой у него тоже не сложилось, зато… с деньгами все хорошо.
Я кивнула. Вот ведь понимающий папаша. Мне такого не досталось – хотя сына-ученого, надо признать, легче понять и одобрить, чем оправдать дочь, которая скачет голая на метле по крышам вслед за мертвым Булгаковым.
Тут один из проверяющих присвистнул, и приятные воспоминания пришлось отложить в сторону. Я зыркнула на стену напротив – подмигивает ли глазок камеры. Снять все и сделать потом нарезку под соусом «Не только литературный прорыв, но и научный!» – отличный пиар. Так мы привлечем сегмент умных читателей. Даже, пожалуй, зацепим тех, кто до сих пор не разучился читать отрывки текста длиннее чем в пару абзацев.
– Матрица личности совпадает, – провозгласил ученый так торжественно, будто поднимал новогодний тост за здоровье начальника. – Полностью. Поэлементно. Как если бы это было тело настоящего писателя, а не выращенное из нейтральной синты, и сквозь него поступала лю-энергия. Правильным, прошу заметить, правильным потоком!
– Вот ведь, – подпел ему второй.
– Это действительно не нейросеть. Все системы прошли двойной контроль. Структура личности не похожа на искусственное сознание андроидов. Параметр человечности соблюден!
Исследуемый АГ тем временем сложил за спиной фак и ждал момента, чтобы продемонстрировать его в спину комиссии.
А стажер бочком подобрался ко мне и шепотом спросил: «Скажите, а лаборанты вам, случайно, не нужны?»
Это был сокрушительный успех.
В верхах бушевала буря. Моралисты снова требовали стереть нас в порошок. Половина ученых требовала технологию запретить, вторая половина – безвозмездно передать ее в пользу государства. Гоголь выл в стеклянном гробу в импровизированной комнате страха и все просил поднять ему веки, АГ подписал рекламный контракт с несколькими сетями гипермаркетов, Лорка хандрил, а Джордж Мартин то выдавал одну фразу, то стирал две. Число подписчиков на его live-канал достигло трех миллионов в первую же неделю.
В какой-то момент я с удивлением поймала себя на том, что жду его фраз. Мне стало… интересно? В кои-то веки обычные буквы на экране – без сопутствующей презентации, без скандального подтекста – казались мне достойными внимания. Я пыталась убедить себя в том, что подписалась на его канал только ради того, чтобы держать руку на пульсе проекта, но кому я вру? Теперь каждое утро, если только я ночевала не на работе или не ехала в машине с ночного ивента, начиналось с чашки кофе и ожидания новой строки на линзе новых голографических очков. Да что там! Я даже прочитала пару стихов АГ, якобы для того, чтобы поддержать беседу при случае.
А потом меня чуть не убили.
Это было как в анекдоте. Шла по мосту от джет-парковки в офис, услышала позади свист, не успела оглянуться… Потом мне привиделся белый гипс, парящий в воздухе. Он летал и крутился так и этак, потом сформировался в горбоносую голову и принялся читать стихи на латыни. Затем я открыла глаза.
Вместо стихов – белый потолок. Затылок болит, шею ломит, и будто отваливается просто все. От ногтей на руках до кончиков ушей.
Я несколько раз медленно втянула воздух. Ребра болели, но дышать получалось. Значит, буду жить, все нормально. Терпимо. Повернула голову на звук открывающейся двери.
Они пришли все трое. Мялись у стены, не решались подойти. Я даже засмеялась. Как будто за этот год мы не стали друзьями. А кое с кем…
Игорь Павлович подошел первым, присел на корточки рядом с коконом, в который меня вдавили врачи.
– Живая?
– Как видишь. Корни крепкие, корни просто так не сдаются.
Он улыбнулся. Но как-то нехорошо. Кривовато.
– Там фанатики ошивались. Трусливые. Нас троих не тронули, а тебя одну атаковали.
– Запугать думали? Тоже мне, напугали ежика…
Игорь покачал головой.
– Вряд ли запугать. Взрыв такой был, что во всем офисе окна вылетели.
– Взрыв? – Я дернулась всем телом.
– Но Михаил оплатил твое восстановление, а я нашел крутых спецов, – крикнул Никита от двери. – Так что все будет о’кей. Отвечаю.
Игорь взял меня за руку. Как в тупых мелодрамах.
– Еще он проплатил реабилитацию. И…
– Что «и»?..
– Уволил тебя по состоянию здоровья.