— Да. Ты — его наликаэ. Неужели правда не понимала? Даже не догадывалась?
Девушка честно помотала головой.
— Я думала, он просто помочь решил, не прошел мимо чужой беды. Да и как я могла догадаться?..
Сказала — и осеклась. Вот теперь все окончательно встало на свои места. Поэтому он пришел ей на выручку. Поэтому выполнил ее просьбу. Поэтому хотел ее сберечь. Вот в каком смысле он «над ней трясется»… Боится потерять?
Щеки опалило жаром, в душе вихрем взметнулось волнение, признательность, благоговение, неверие, страх сделать что-то не так, подвести, разочаровать…
И ясно, почему Анихи согласился ее приютить!
Стоп. А откуда весенний бог узнал? Ланеж не говорил, но ему ведь при встрече одного взгляда хватило! Почти сразу сказал: «Тебе все-таки улыбнулась удача».
— А как вы это поняли? Ну, что я… — смешалась и неловко выговорила: — …его наликаэ?
— Уже по одному тому, что он тебя сюда привел. Вот ведь жук! — присвистнул Анихи. — Нам ничего не сказал, тебе ничего не объяснил… даже церемонию не провел по-божески! Благословил на скорую руку — и в путь… Сам не ожидал, что ли? Или побоялся, что едва ты узнаешь, кто он такой, тут же метка опять слетит?
— Метка слетит? Что за метка? Куда слетит? Я уже ничего не понимаю! — вырвалось у окончательно растерянной девушки.
Анихи склонил голову набок, глядя на нее.
— Я эту метку вижу предельно ясно, стоило один раз коснуться… Рэлико, неужели ты ни разу ничего даже не заподозрила? В присутствии снежного бога знак должен был хоть как-то себя проявить — там, от мороза оберегать, сугробы расчищать, защищать от вьюги, может, еще что по мелочи… Я не знаю, честно говоря, какая именно власть у его метки. Думаю, он
и сам не знает… Ты ее хоть видела?
Рэлико честно покачала головой, переваривая услышанное.
Вот почему мороз часто был ей нипочем? Вот почему снег прошлой ночью казался теплым и мягким, как уютная постель? Потому что Ланеж был рядом, и на ней — его знак?
В зеленых глазах весеннего бога промелькнул нехороший такой интерес, от которого Рэлико почему-то захотелось нырнуть под стол и там затаиться.
— Тогда давай-ка попробуем вот так, смертная… Не моя компетенция, конечно, но должно получиться, — он извлек из кармана небольшое зеркальце (у Рэлико прямо язык зачесался спросить, зачем он его с собой носит — прическу поправлять?) и протянул его девушке. Затем поднялся, подошел и склонился над ней. — Смотри внимательно… да не на меня, на свое отражение!
Рэлико послушно устремила взгляд в зеркало.
Ей на голову осторожно легла чужая рука — против ожидания, теплая, легкая, совсем не похоже на прикосновение Ланежа. Указательный палец плотно прижался подушечкой к точке между бровей… И вдруг Анихи тихо зашипел и отдернул ладонь, энергично ей потряс, словно ожегшись… но на это она уже не обратила ни малейшего внимания, завороженная.
На лбу, между темными бровями проявилась восьмиконечная снежинка, словно нанесенная тонкой-тонкой кистью, обмакнутой в серебряную краску. Очень изящная, сложная — Рэлико не могла даже сосчитать, сколько раз разделяются прямые линии…
Ярко вспыхнув, метка начала постепенно бледнеть… но не исчезла под пристальным взглядом Анихи.
Вот он какой — знак снежного бога? Красиво… до чего красиво!
— И вправду держится, — хмыкнул он. — Попытался немного силы вдохнуть — ужалила холодом. Не понимаю я тебя… Неужели тебе и впрямь нужно его покровительство? Даже теперь, когда ты знаешь, кто он, какой он? Ледяной божок, не вхожий ни в один дом?
Краска гнева снова бросилась в щеки.
— Он спас мне жизнь! — бросила Рэлико. — Пришел, когда я звала на помощь! Помог моей подруге, защитил мой город! Он отвечает на молитвы, его сила помогает этому миру существовать, он не пренебрегает своими обязанностями, способен на заботу, к духам внимателен! Не тебе рассуждать о том, какой он!
Анихи слушал этот монолог, и его лицо вытягивалось все сильнее.
— Ты точно понимаешь, с кем говоришь? — вкрадчиво уточнил он.
Гнев в теплых карих глазах пошел на убыль, но страх на его место так и не пришел.
— Я не позволю плохо говорить о нем, даже вам, — уже тише произнесла девушка.
— И тебя не смущает, что он тебе ничего не сказал? Что он столько времени скрывал от тебя такие важные вещи?