Джексон: Какой у тебя любимый фильм?
Я: На данный конкретный момент? «Всем парням, которых я любила».
Я: А вообще «Чудеса своего рода».
Я: А у тебя?
Джексон: «Крепкий орешек».
Я: В самом деле?
Джексон: А что не так с «Крепким орешком»?
Я: Ничего.
Джексон: Шутка. На самом деле это «Изгой-один».
Я: Фильм из «Звездных войн», в котором все погибают????
Джексон: Фильм из «Звездных войн», в котором герои жертвуют собой, чтобы спасти свою галактику.
Джексон: Это не самая худшая смерть.
Это не тот ответ, которого я ожидала, но теперь я вижу, что именно такой фильм может прийтись по душе парню, который готов был разбиться в лепешку, спасая меня опять и опять. В этом плане понятно и упоминание «Крепкого орешка» – ведь там главный герой тоже готов умереть, чтобы сохранить жизнь другим.
Да, Джексон – это не только тот парень, с которым я встретилась в вестибюле, когда приехала в Кэтмир. Он, конечно, не перестал быть тем придурком, который тогда сказал, чтобы я уезжала из школы, – этого мне не забыть никогда. Но он также тот парень, который спас меня от Марка и Куинна. И тот, который вчера вечером нес меня всю дорогу до моей комнаты. Это ведь кое-что значит, не так ли?
Кроме того, когда рядом никого нет, он становится другим, настолько другим, что в это трудно поверить. Когда нас только двое, мы переписываемся по телефону, и он не пытается убедить меня, что не желает иметь со мной никаких дел… и что мне не следует хотеть иметь дел с ним.
Жаль, что я не могу спросить его, какой же Джексон Вега настоящий, но надеюсь, что это тот парень, который последние два часа переписывается со мной по телефону. А если нет… то я пока не хочу этого знать.
Я: А какой у тебя любимый сорт мороженого?
Джексон: У меня его нет.
Я: Потому что тебе нравятся они все?
Я: Кстати, если любимого сорта у тебя нет, это единственный сносный ответ.
Джексон: Думаю, мы оба знаем миллион причин, по которым меня можно назвать несносным, но отсутствие у меня любимого сорта мороженого тут ни при чем.
По идее, я не должна бы млеть от его последних слов, тем более что они явно представляют собой предостережение. Но как не млеть, если их написал тот самый парень, который заявил, что его любимый фильм – «Изгой-один»?
Вполне очевидно, что Джексон отвел себе роль злодея в своем собственном романе, вот только знать бы почему.
Джексон: Любимая песня?
Я: О господи, я не в силах выбрать.
Джексон: А что, если я скажу, что у тебя нет выбора?
Я: Не могу. Их слишком уж много.
Я: А у тебя?
Джексон: Я спросил первым.
Я: Фу. Ты просто поганец.