— Положи полотенца рядом, а сама помассируй мне спинку, — приказал нахал.
Что?! Какую ещё спинку?! Равена вздохнула и попыталась говорить спокойно:
— Я всего лишь горничная, господин, и не занимаюсь массажем. — От Кэлвина не ускользнул сарказм в ее голосе, и он усмехнулся.
Наконец, мужчина сел и удостоил ее прямого взгляда глаза в глаза.
— А я думал, как раз сейчас решается вопрос о будущем вашего отеля, и все вы из кожи вон лезете, чтобы произвести хорошее впечатление на комиссию. Как ты думаешь, они отнесутся к тому, что я пожалуюсь на неисполнительность одной из горничных? — он говорил медленно, вкрадчиво, проговаривая каждое слово, отчего девушка почувствовала, как внутри нее поднимается гнев. Ей понадобились не дюжие усилия, чтобы взять себя в руки и не вцепиться ему в горло.
— Хорошо, дорогой господин, я сделаю все возможное, чтобы удовлетворить ваши потребности, — сквозь зубы произнесла она и прошила мужчину негодующим взглядом, чем только вызвала смех последнего.
Она промаршировала к нему, демонстративно швырнула полотенца, что держала в руках, в сторону и встала позади Кэлвина. Она даже не стала растирать свои холодные руки, а ледяными пальцами впилась ему в плечи, да так основательно и сильно, что мужчина даже вздрогнул.
— Ай, ногтями-то зачем царапаться? — возмутился он.
— Ой, простите, господин, что не подготовилась к массажу, — позлорадствовала Равена, но все же стала массировать ему плечи и шею аккуратнее.
— Ммм, как приятно, — блаженно произнес Кэлвин и прикрыл глаза от удовольствия.
Девушка рассердилась сильнее. Не думай, голубчик, что когда мы будем встречаться, я буду постоянно тебя массировать.
— А теперь, — сказал мужчина, когда Равена закончила массаж, — потри мне спинку.
Он вынул из воды круглую мочалку и протянул девушке.
— И не жалей геля для душа.
Есть ли придел человеческой наглости?!
Издав разъяренный рык, Равена выхватила из его рук мочалку, намылила ее и стала с силой тереть его спину.
— Эй-эй, полегче. Ты мне кожу сдерешь.
— Ничего, — прошипела девушка, — потерпишь. На тебе слишком много грязи.
И продолжала так жестко шоркать его спину, что кожа мужчины вмиг стала красной. И на удивление Кэлвин терпел… но недолго:
— Достаточно, а теперь грудь, но не мочалкой, а руками.
Равена превратилась в сплошной комок нервов. Миссия была невыполнима. Он издевается над ней, определенно издевается. Хочет свести с ума, отомстить за ее холодность.
Когда, отбросив мочалку в сторону и налив в ладони немного геля для душа, девушка принялась медленно растирать волосатую грудь мужчины, ее руки при этом задрожали, а сердце пошло вскачь. Кэлвин снова издал стон удовольствия, но неизвестно, кто наслаждался ситуаций сильнее. Вот только Равена вдруг стала неуклюжей, движения — неловкие и стеснительные, а к горлу подступил комок. Девушка моментально вспотела, щеки покраснели, да ещё этот локон постоянно падал на лицо. Боже, как же трудно.
— О да, малышка, ты все делаешь правильно. А теперь спустись пониже.
Руки Равены застыли. Это что сейчас было? Он предлагает ей…? Хм, в принципе она не против (собственно для этого сюда и пришла), но надо как-то поделикатнее, что ли. Но если он хочет, чтобы она… все взяла в руки, Равена попробует. Ее ладони стали медленно спускаться вниз от груди по плоскому животу, ласково прошлись по бокам, коснулись тонкой полоски волос от пупка и ниже, наполовину скрывавшейся под водой, и когда уже собирались продолжить движение, Кэлвин все испортил произнеся:
— А теперь, милая, подлей-ка мне кипяточка, а то вода совсем остыла.
Девушка оторопело уставилась на него. Ах ты, гад. Мерзавец, негодяй пройдоха! А она-то, дуреха, подумала…
Отпрыгнув от мужчины как ошпаренная, Равена бросилась в ванную комнату, чтобы набрать воды, даже не замечая его насмешливый взгляд ей вслед. Включив кран с кипятком и подставив под него таз, девушка горела от гнева. Ну, она сейчас ему задаст! Равена повернула голову в сторону зала и коварно улыбнулась. Хочешь кипяточка — ты его получишь.
Набрав полный таз обжигающей воды и с желанием вылить его на голову Кэлвину, а лучше на причинное место, девушка вышла из ванной комнаты и направилась к мужчине. Но талантливый писатель, видимо, обладал еще и телепатическими возможностями или умел читать по лицам, так как быстро угадал ее задумку, и мгновенно сориентировался. Как только Равена подняла таз с водой над его телом, Кэлвин приподнялся над ванной, ударив одной рукой, перевернул таз, и весь кипяток вылился на пол. Равена даже не успела опомниться, как была схвачена крепкими руками и со всего маху опрокинута в пенную воду. Кэлвин схватил ее за талию, окунув, перевернул на спину, а сам навалился сверху.
Оказавшись по уши в душистой пене, девушка закричала и стала молотить мужчину кулаками, пытаясь выбраться, но Кэлвин оказался сильнее. Он перехватил ее руки и буквально вдавил Равену в ванну, а сам лег сверху, чем сильнее разозлил девушку. Равена тут же превратились в драчливую кошку, она стала рычать, кусаться, бодаться и пыталась оттолкнуть его ногами, но в итоге так широко расставила их, что мужчина удобно разместился между ее ног, и теперь они касались друг друга самым интимным образом.
Как только девушка почувствовала его возбуждение, ее глаза расширились, а из-за рта вырвался непроизвольный стон. Кэлвин медленно оглядел ее влажное лицо, покрытое бисеринками воды, лизнул одну из них языком, отчего по телу девушки пробежала возбуждающая истома. Не в силах больше сопротивляться накатившей волне острого желания и моментально забыв все обиды, Равена откинула голову назад, окончательно утопив свои волосы в душистой воде, и подалась вперед к мужчине.