— О чем это? — спросила она уже мягче.
— В Торквиле, — стыдливо ответила подруга.
— Я так и знала. — Равена тепло улыбнулась и скрестила руки на груди. — Ну, давай выкладывай, что у вас там происходит.
Джеки скромно потупилась.
— Не знаю, что и делать, — тихо сказала она. — Дело в том, что я… что мы… в общем, мы с Торквилом любим друг друга…
Равена нежно улыбнулась. Девушка была невероятно рада за подругу. Хоть она совсем не знала этого гостя из Теофила, но видела, что он человек хороший, точнее, получеловек, и сможет сделать Джеки счастливой. На нее сейчас свалилось слишком много проблем для такой нежной натуры: болезнь матери, печаль отца, да и Бетина любит "ездить" на ней. Ей не место в "Перекрестке", будет лучше, если Торквил увезет ее с собой.
— Ну, и в чем же проблема? — Равена удивленно подняла брови.
Джеки помолчала немного, а затем выпалила:
— Он сделал мне предложение.
— Вау. Поздравляю подруга.
Девушка бросилась ей на плечи и крепко обняла.
— У него есть дети, и они живут с ним.
— И что с того? — не поняла Равена. — Ты не хочешь общаться с его детьми? Или боишься жить с вдовцом?
— Нет-нет, — стала оправдываться девушка, — я очень люблю детей, да и он вовсе не вдовец.
— Значит, по каким-то причинам дети остались жить с ним. В этом нет ничего удивительного.
— То-то и оно, что ситуация очень странная. Дело в том, что у Торквила дети от разных женщин, на которых он никогда не был женат. Выходит, что он встречается с кем-то, женщины рожают ему детей, а потом он их бросает, а малышей забирает себе. Я боюсь, что и со мной будет то же самое.
Равена нахмурилась, размышляя над словами подруги. История действительно казалась неординарной.
— Но тебе он предложил руку и сердце, выходит, с тобой все иначе, — пришла она к выводу после небольшой паузы.
— Надеюсь, — печально произнесла Джеки. — Потому, что он очень хороший, и маму мою готов на попечение к себе взять, даже перебраться ради меня в Междумирье, но этот нюанс с детьми меня немного беспокоит.
Равена почесала подбородок. Ее тоже смущал этот факт.
— Он сам тебе рассказал об этом? — спросила она. — Так и объяснил, что имеет карапузов от разных женщин?
— Не совсем. — Джеки ковыряла носком туфли дырочку в линолеуме. — Я сама догадалась. Торквил сказал, что хочет на мне жениться, и чтобы я стала матерью его детей. Я задала наводящие вопросы: сколько, был ли он женат, и прочие, и пришла к соответствующему выводу.
Сначала Равена смотрела на нее, нахмурившись, затем, морщинка, что образовалась между ее бровей, разгладилась, но лицо приобрело забавное выражение, а после девушка прикрыла рот, опустила голову и стала икать. Ее плечи и голова тряслись, будто она рыдает, но глаза святились весельем.
— Что с тобой, Равена? — не поняла Джеки. — Тебе плохо?
— Ттторквил… ик… попросил тебя… ик… стать матттерью его детей, — произнесла девушка, и от смеха из ее глаз брызнули слезы, — а тты подумала… ик…
Ей понадобилась минута вдоволь посмеяться, изо всех сил делая вид, что она икает. Она вытерла мокрые от слез глаза и серьезно посмотрела на подругу. Джеки стояла в растерянности, не зная, как реагировать на ее странную истерию. Равена положила руку на плечо подруги и заставила посмотреть ей в глаза.
— Джеки, дорогая, скажи, ты его любишь? — вкрадчиво спросила она.
Девушка нерешительно кивнула.
— И ты чувствуешь, что он тебя любит?
Опять кивок.