— Подожди, не перебивай. — Джеки протянула руку вперед, останавливая возлюбленного. — Это хроническое заболевание, и излечить его невозможно. Мама практически не встает с постели, за ней нужен регулярный уход. Папа потому стал поваром в гостинице, что благодаря графику может чаще быть с ней, подменяя нанятую нами сиделку. Я не могу бросить папу сейчас, когда он во мне так нуждается… и мама тоже.
Девушка постаралась, чтобы голос ее не дрожал, когда она открывала тайну своей семьи перед любимым человеком. Мужчины не любят трудности, так всегда повторяла ее бабушка. Как только они видят проблемную женщину, берут ноги в руки и дают деру. Поэтому никогда не говори своему мужчине о больной матери.
Но Джеки не могла так поступить с Торквилом, не хотела делать вид, что у нее все в порядке, а, заарканив его, сообщить, какой тяжелый багаж она несет вместе с собой.
Когда девушка открывала перед мужчиной душу, боялась смотреть ему в глаза, так как ожидала увидеть в них страх перед грядущими проблемами. И когда подняла голову и встретилась с его взглядом, полным любви и нежности, даже от неожиданности открыла рот. Оказывается, он не испугался и не смутился ее заявления, хотя знал Джеки совсем недолго. Вот это да.
Торквил окинул девушку долгим задумчивым взглядом, помолчал немного, а потом произнес:
— Тут я могу предложить несколько вариантов. — Мужчина почесал гладковыбритый подбородок. — Первый и самый, на мой взгляд, лучший, это твой переезд и всей твоей семьи в Теофил. Как я уже сказал, считаю наших врачей более умелыми и способными поднять на ноги кого угодно. Работы в нашем мире предостаточно, поэтому и ты, и твой отец не останетесь без куска хлеба за пазухой. Я же, в свою очередь, беру на себя полную заботу о твоем содержании, что бы моя дорогая морковочка ни в чем не нуждалась.
Второй вариант, это все то же самое, но только мы (ты, твоя семья и я) остаемся в Междумирье. Ты и твой отец, если вам так нравится, можете продолжать трудиться в отеле. Мне же придется постараться отыскать себе здесь работу. Но я думаю, с этим особых проблем не будет.
Джеки была так поражена, что пришлось даже аккуратно ущипнуть себя, чтобы проверить, не померещилось ли ей. Так хорошо просто не может быть.
Видя ее смятение, Торквил лишь усмехнулся.
— Но и у меня к тебе есть одна просьба, — нежно произнес он. — Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж и стала матерью моих детей.
Джеки напряглась. Вся радость от только что сделанного ей предложения вмиг улетучилась, оставив девушку в полной растерянности. Так вот какова оборотная сторона медалей принцев на белых конях. Ничего удивительно, что он решил предложить Джеки руку и сердце, ведь ему нужна мать его детям! Шок от этой новости был очень сильным.
Нет, конечно, она не против детей, а наоборот, очень любила ребятишек, но прежде чем усыновлять чужих, девушке хотелось заиметь своих. Интересно, сколько у Торквила детей? Он в разводе с женой или вдовец? Дети живут с ним? Рой вопросов закрутился в голове Джеки. Девушка ни в коем случае не хотела отказывать мужчине, в которого успела влюбиться, но и задавать вопросы прямо в лоб не могла, а выяснить кое-что было просто необходимо. Джеки решила зайти издалека.
— Дети — это чудесно! — Девушка нервно хихикнула. — А как много?
Торквил думал лишь секунду.
— Ну, как минимум трое. — Мужчина пожал плечами.
Как минимум? Это может означать только одно — он подозревает, что помимо известных ему троих, возможно, где-то во Вселенной у него могут быть ещё дети. Однако. Значит, Торквил тот ещё жук, путешествует по мирам, строгает тут и там детей и оставляет их на руках сердобольных мамаш, так что ли?
— Ты вдовец или разведен?
Вопрос девушки застал мужчину врасплох. Он был так удивлен вопросом, что первое время странно таращился на возлюбленную. Видимо, малышка решила выведать всю его подноготную. Торквил ухмыльнулся.
— Нет, тыковка, я никогда не был женат.
Ее самые худшие опасения подтвердились. Может, это у него забава такая — путешествовать по отелям, спать с горничными, а потом оставлять детей в каждой гостинице? С другой стороны, ей-то он открыл правду и пойти замуж предложил… и усыновить его детей. Значит, на Джеки Торквил все же решил остановить свой выбор?
— А своих детей ты мне дашь родить?
Глаза мужчины сошлись в переносице, и он озадаченно кивнул.
— А дети будут жить с нами.
Теперь глаза Торквила напоминали совиные.
— Конечно, а где им ещё жить?
— Ясно.
Джеки кивнула. Значит, отец он неплохой, хоть и нагрешил немало. Ладно, ей нужно все обдумать, прежде чем она примет окончательное решение. Сообщив об этом Торквилу, Джеки быстро попрощалась с ним и вышла из номера, оставив озадаченного мужчину недоуменно глядеть ей вслед.
О, Господи, нет! Равена почувствовала, как земля уплывает у нее из-под ног. Господину Талботу все же удалось осуществить задуманное.
Девушка нашла гнома, лежавшим на спине у выхода из леса. Он, как всегда, был в своем красном колпаке и коротеньком комбинезоне, который больше подошел бы ребенку десяти лет. А вот цвет кожи у него был непривычно бледный, глаза закрытые, а тело безжизненно холодное. Перепуганная девушка встала на колени, потрогала запястье (пульс не прощупывался), наклонилась к маленькой грудной клетке и послушала сердечко, которое, наверное, было не больше кулачка младенца (не бьется!).
Равена подняла голову и безнадежно вскрикнула. Мертвый.