— Чего он хочет?
— Чтобы мы поехали на их с другом виллу, — сквозь улыбку объясняет Карина.
— Отлично. Скажи, что мы не можем.
— Он спросит: почему?
— Потому что не можем… — говорит блондинка и в её голосе проскальзывают панические нотки. — У нас много дел.
— Каких дел?
— Это ведь ты умеешь общаться с иностранцами, а не я. Придумай!
— Сладкий мой персик, — говорит итальянец и опускается перед блондинкой на колени. Он берет её ладонь в свои руки и протяжно добавляет: — Тебе не о чем волноваться, ведь мы с другом очень дружелюбные.
Есть что-то очень забавное в том, чтобы стать невольным свидетелем момента, когда младшая сестра знакомится с мужиком, ищущем девочек для развлечений, и при этом совершенно не понимает, каким же образом деликатно сказать ему «нет».
— Карина, что происходит? — спрашивает блондинка. Замечаю, как напрягаются её плечи. — Почему он всё ещё здесь и прикасается ко мне?
— Мы благодарны вам за приглашение, — торопится моя сестра, — обязательно подумаем.
— Красавицы! Прошу, умоляю вас, поехали с нами и вы увидите, как…
— Что происходит, любимая? Этот человек докучает тебе?
Мое внезапно появление обескураживает троицу, и я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться. Карина подавилась собственной слюной, таращась на меня, словно на привидение, итальянец, услышав мои вопросы на родном ему языке, замирает и глупо моргает, создавая ветер, а блондинка, на чьи плечи я опустил свои ладони, превращается в камень. Её кожа очень горячая и нежная, но то, что под ней — застывший цемент.
Итальянец отпускает руку моей «любимой» и медленно поднимается на ноги, не сводя с меня глаз.
— Так вы не одни, — говорит он, обведя быстрым взглядом всех нас. — Что ж, всего хорошего.
— И вам того же, — отвечаю я, невольно сжав пальцы. Надо же, мышцы у этой девицы и в прямь каменные! Когда итальянец покидает нас я, демонстративно глядя ему вслед, мелодично говорю: — Ух ты. Кажется я только что помешал этому павлинчику затащить в постель мою сестрицу!
— Иди ты! — недовольно пихает меня Карина в бок. — Что ты здесь делаешь, Максимилиан?!
Растягиваюсь в довольной улыбке и плюхаюсь на свободное место. Теперь моя сестра и её напряженная подружка прямо передо мной.
— А что здесь делаешь ты, сестричка?
— Загораю, Максимилиан, и отдыхаю от твоего общества.
— Зачем ты меня так обижаешь? Сначала родителям все планы испортила своим отъездом, а теперь и меня гонишь. Они тебе сюрприз собирались сделать, арендовали весь зал в ресторане Venera, а ты смылась сюда.
Смотрю на её подругу, которой мои последние слова, судя по всему, не очень понравились. Блондинка приподнимает одну бровь, словно требуя от Карины каких-то объяснений, а потом забавно хмурится, поджимая свои пухлые губки. Итальянец был прав, они у нее действительно похожи на персик.
— Зачем ты приехал? — спрашивает Карина. Смотрит на меня так, словно я ей всю малину испортил.
— Ну, во-первых, хотел поздравить тебя с днем рождения.
— Он через пять дней.
— А, во-вторых, — как в продолжение говорю я, — мне необходим отдых. Почему бы не совместить приятное с полезным? Может, ты уже познакомишь меня со своей подругой?
Блондинка не смотрит на меня. Её изумрудные глаза глядят куда угодно, но только не на меня. Даже, когда я прошу Карину познакомиться нас, она делает вид, что напротив нее никого нет. То же самое эта девица проделывала в ресторане, когда мы с Олесей приехали на дегустацию сладкого. Тогда блондинка взглянула на меня всего лишь разок, да и то, с таким пренебрежением, словно я ей что-то плохое сделал. Потом ещё полчаса гадал, может, мы когда-то переспали с ней и я забыл, а она помнит?
— Муза, это мой сводный брат — Максимилиан. Максимилиан, это Муза — моя подруга детства. Вы оба знакомы друг с другом давно и оба помните об этом. Прошу, скажи, что помимо тебя, здесь больше никто не появится? — тараторит Карина. Странно, и почему это она так не хочет, чтобы здесь собралась её семья? — Родители же в Испанию позавчера улетели, верно?
— Верно. А завтра должны были в Тюмень лететь.