Реми усмехнулась и оседлала его. Поцелуи, сперва неуверенные, быстро превратились в жаркие. Джульен, должно быть, не много целовался, но Реми не жаловалась насчет его техники. Она не могла насытиться его ртом, как и он ее. Джульен перекатил их на бок, не прерывая поцелуя. Его рука скользнула под ее блузку и ласкала спину. Она тоже хотела ощутить его кожу и как можно больше. Она запустила руку под его футболку и провела по его боку. Он был таким теплым и юным, и жаждущим. Если он хотел, поцелуи будут только началом их совместной ночи.
– Ты пахнешь розами, – прошептал Джульен в ее шею и прикусил место под ухом.
– Это мыло.
– Это не мыло, это твоя кожа. Это ты, – сказал он, его рука теперь была на центре ее спины, дразнила пространство между лопатками.
– Если ты пытаешься соблазнить меня, это работает. – Реми прижалась бедрами к нему. Внутри нее ужа начало взрастать давление.
– Я думал, ты пытаешься соблазнить меня, – подразнил Джульен.
– Я могу, если хочешь.
– Я бы с удовольствием посмотрел на твою попытку, – ответил он, и игривая улыбка появилась на его губах. Она обожала это выражение, обожала эти глаза, которые сияли так ярко от желания.
– Давай посмотрим, на чем мы остановились в прошлый раз, когда были наедине, кажется, я была...
Она села на колени и расстегнула блузку. Джульен протянул руку и помог ей стянуть ее по рукам. И взмахом сбросил ее на пол. Джульен сел на колени перед ней и поцеловал вершину груди. Она заставила себя ничего не делать, пока он целовал ее шею и грудь. Им не стоит торопиться. Эта ночь могла быть первым разом у Джульена. Он провел подростковые годы, борясь за жизнь. Почему бы не показать ему, сколько света ждало его в конце того туннеля?
– Ты, правда, в порядке, сейчас? – спросила Реми, и Джульен обнял ее за спину и притянул ближе. Они стояли друг перед другом, ее грудь прижималась к его груди. Она ощущала, как бьется его сердце.
– В порядке. Ты не сделаешь мне больно, обещаю.
– Хорошо, – ответила она и толкнула его. Он усмехнулся, и она оседлала его снова. Но смех прекратился, как только она расстегнула бюстгальтер и сняла его. Девушка взяла его запястья и прижала его ладони к своей груди.
– О, мой Бог, – сказал он, держа ее груди, сжимая и лаская их. – Я так скучал по ним.
Реми усмехнулась, но смех резко превратился в стон, когда Джульен ущипнул соски. Разряд удовольствия прошелся от груди и вниз по спине. Ее соски затвердели, когда Джульен начал дразнить их и аккуратно тянуть. Она закрыла глаза и ничего не делала, кроме как позволяла ему ласкать ее. Она ощутила, как к ней прижимается его эрекция, даже сквозь джинсы.
– Твоя очередь, – прошептала она. – Я не хочу быть единственным человеком без рубашки в этой комнате.
– Хорошо, однако же...
Она замотала головой.
– Никаких Ж, пока. Только футболку.
Реми отстранилась, чтобы Джульен мог перевернуться. Он шумно выдохнул, прежде чем снять футболку через голову.
– Все не так плохо, как кажется, – сказал он, снова ложась на спину.
Реми посмотрел на его грудь. Да, он был худым. Худым, но мускулистым. Очевидно, он серьезно занялся возвращением формы после восстановления. У него был упругий пресс, жилистые бицепсы, широкая грудь и...
– Нет, – сказала она. – Отнюдь не плохо.
Она протянула руку и прикоснулась к десятисантиметровому шраму на правой стороне его груди. Он был гладкий и ярко-розовый, как лицо Джульена в этот момент.
– Они ставят эту штуку на грудь – венозный порт, – объяснил он. – Так доставляют лекарства.
– Тогда я рада, что у тебя есть шрам. Он спас тебе жизнь.
– День, когда его сняли, был лучшим днем в моей жизни. До сегодняшнего.
Пальцы Реми задрожали. Когда она желала кого-то так сильно?
– Я знаю, он отвратительный, – сказал Джульен, немного поморщившись.
– Все не так плохо.