«Цикл романов "Эмиль Боев" и другие. Компиляция. Книги 1-13»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Через десять минут агент похоронного бюро предстает перед шефом. При виде меня он не обнаруживает никакого удивления — должно быть, успел предварительно проконсультироваться с Алом.

— Я только что узнал, что вы пытались ликвидировать нашего общего друга Питера, — спокойно говорит Дрейк. — Надеюсь, вы понимаете, как это меня огорчает.

— Это подлая ложь! — решительно заявляет куст сирени. — Это его выдумка! Он хочет устранить меня. Вы, сэр, наверное, и сами заметили, что он старается убрать меня с дороги. Особенно в последнее время…

— …отчего вы и решили опередить его, — добродушно заканчивает рыжий.

— Подлая ложь!

— А кто открыл кран?

— Какой кран?

— Газовый кран в кухне Питера.

— Понятия не имею! Он напился как свинья. Я дотащил его до дома… уложил в кровать… откуда мне знать, что он делал после этого!

— Наверное, решил покончить с собой, — заявляет Дрейк. — С вашей помощью, Джон.

— Не понимаю.

— Я тоже. Но факты налицо: свидетельство Дорис, отпечатки вашей обуви в кухне, отпечатки ваших пальцев на кране, не говоря уже о снотворном, которое вы дважды наливали в стакан Питера и следы которого и сейчас можно обнаружить в одном из цветочных горшков в кафе.

Райт умолкает — очевидно, прикидывает, с какого пункта начать оборону, — но рыжий не дает ему подумать.

— Мы не дети, Джон! И вам известно, что я скор на решения. Особенно когда ясно вижу перед собой отсутствие доброй воли. Так что в ваших интересах продемонстрировать добрую волю.

— Он отнял у меня Линду, — мрачно заявляет Райт; наверное, он понял, что лучше не раздражать шефа голословными отрицаниями.

— Это уже лучше, — кивает рыжий. — Убедительнее.

— Он меня оттеснил. Линда ушла к нему.

Райт без устали твердит одно и то же — про Линду, — как будто это объясняет все случившееся.

— Ну, раз дело в ревности… — уступчиво говорит Дрейк и разводит руками, будто он соглашается, что ревность все объясняет. Затем говорит: — Вы свободны!

После ухода Райта Дрейк вопросительно смотрит на меня.

— Что делать, Питер! Оказывается, он ревнует! Вам не кажется, что ревность может многое извинить?

— Не знаю, не задумывался, — признаюсь я. — Но если нужно, я изучу этот вопрос.

— Заставить человека изучить этот вопрос может только женщина. Хотя я вам этого не желаю.

И, помрачнев, Дрейк снова тянется к бутылке.

7

Еще с утра августовское солнце спряталось за набухшие от влаги облака. С Темзы дует холодный ветер. И, конечно, стоит мне показать нос на улицу, как начинается дождь. Щедрыми косыми струями он хлещет меня по спине, бешено барабанит по зонту, будто хочет пробить его насквозь, и обливает ноги как из ведра. Так что к Линде я являюсь мокрый до костей, несмотря на то, что зонт у меня — весьма реномированной марки.

Линда в розовом купальном халате открывает мне дверь — она тоже только что выкупалась, но в ванной.

— О, вы тоже из-под душа, Питер! — восклицает она. — Оставьте зонт вот здесь, а плащ повесьте сушиться вот сюда.

Я выполняю указания, тщательно вытираю ноги и только после этого вхожу в ее квартиру, совсем не приспособленную для приема мокрых гостей. На нежно-голубом бобрике пола разбросаны белоснежные меховые шкуры — мех, конечно, искусственный, — но топтать их просто грех. Лавируя, я в несколько прыжков добираюсь ло кресла и опускаюсь на такую же меховую шкуру из нейлона; в этой квартире шкуры разбросаны не только по полу, но и по дивану и креслам. Еще во время первого моего визита к ней Линда сказала:

— Когда я смотрю на них, эта темная квартира кажется мне теплее и светлее. Солнце ко мне почти не заглядывает, и даже летом я зябну.