«Цикл романов "Эмиль Боев" и другие. Компиляция. Книги 1-13»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И еще одно!

После чего наступает его очередь проинспектировать туалет заведения.

Сейчас или никогда! Я выскакиваю из кафе и вбегаю в магазин мистера Оливера.

— Райт совсем напился, — заявляю я ему. — Вы не могли бы вызвать его по делу минут через двадцать, пока я расплачусь. Иначе его придется выносить на руках.

— Да, мне как раз нужно показать ему накладные…

Мне некогда выслушивать пространные объяснения торговца литературой. Я бегом возвращаюсь в кафе, опережая Райта на полминуты.

— Наша беда, Питер, в том, что женщины привлекают красотой и сексом… а ведь и то и другое в них фальшиво. Смотришь на такую, как она кривляется под прожектором «Евы»… как опускает ресницы и вертит задом… и думаешь: «Богиня!» А дойдет до кровати — и богиня оказывается обыкновенной проституткой… которая выучила пять-шесть танцевальных па… и больше ничего.

Райт поднимает свой стакан. Я следую его примеру и, воспользовавшись паузой, замечаю:

— Все-таки ты не станешь отрицать, что есть и шикарные женщины. Ведь не станешь?

— Есть! — соглашается агент похоронного бюро. — Есть. Но шикарные женщины, Питер, всегда кому-то принадлежат. Именно потому, что они шикарные, кто-то уже прибрал их к рукам… до тебя и до меня.

Я пренебрежительно машу рукой.

— Это не мешает…

— Не мешает? — Райт оживляется и заговорщически понижает голос. — Мешает, Питер, да так, что… в какую-то минуту начинаешь спрашивать себя, стоит ли… стоит рисковать из-за женщины, пусть даже она шикарна, как «кадиллак».

Эта мысль в самом деле заслуживает серьезных размышлений, и я снова вынужден отправиться на инспекцию. По возвращении я опять устанавливаю наличие в стакане белесой жидкости. Нет, в самом деле, надо бы сказать ему про ампулы.

Мой стакан поставлен поближе к середине стола — во избежание аварии. Но я не собираюсь устраивать аварии. Вместо этого я осторожно отпиваю полглотка — вряд ли со мной что-нибудь случится от такой ничтожной дозы, тем более что эти снотворные довольно трудно растворяются. Райт собирается возобновить свой монолог, но тут на пороге кафе появляется мистер Оливер и заговорщическим жестом подзывает моего собеседника к себе.

Выждав, когда Дейви отвернется к бару — потому что в этот час Дейви — единственный свидетель нашей беседы, — я энергично разбалтываю смесь в моем стакане и выплескиваю ее в давно намеченное место — горшок с бегонией, стоящий на подоконнике. Не знаю, что после этого будет с цветком, — все зависит от того, насколько он вынослив к алкоголю и снотворным: но лучше экспериментировать над растением, чем над собой. Чтобы не возбуждать подозрений, отливаю в свой стакан виски из стакана Райта и застываю в позе пьяного отупения.

— Этот дурак Оливер! Нашел время! Пристает с какими-то накладными.

Это говорит Райт. Он возвращается за столик, а с ним — упоительный аромат сирени.

— Брось ты его, — рекомендую я и выпиваю свой стакан до дна. — Оливер — мой друг, но он просто книжный червяк и больше ничего.

— Оливер — пигмей, — заявляет решительно Джон. — Он как раз из тех людей, Питер… как раз из тех людей, которые готовы всю жизнь дремать за прилавком… понимаешь, всю жизнь… за горсть медяков…

С этими словами сиреневый куст допивает свой стакан и велит Дейви принести еще две порции.

Если мне не изменяет память, свою порцию я так и не могу допить — такая дрема одолевает меня, и как я с ней ни борюсь, приходится в конце концов заявить, что я иду спать.

Легко сказать «иду!». Я встаю из-за столика и с удивлением чувствую, что ноги меня не слушаются, так что Райт вынужден взять меня под руку и отвести в родную «Аризону».

— О, мистер Питер! О, мистер Райт! — восклицает добрая Дорис, когда мы с Райтом, пошатываясь, входим в готиницу. — Что это вы? Среди бела дня… да еще в будни…

— С кем не случается, дорогая Дорис, — бормочу я.

— Ему надо выспаться, и к утру все как рукой снимет, — говорит Райт: сам он неожиданно протрезвел — должно быть, от чистого воздуха Дрейк-стрит. — Может, ему надо чем-то помочь, — озабоченно говорит Дорис.

— Лучшее лекарство для него — сон, — авторитетно заявляет мой друг Райт. — Уложим его в постель, больше ему ничего не надо.

— Что ж, вам лучше знать, — соглашается Дорис, которой действие виски на человеческий организм известно только по скромным угощениям в моем номере.

С большим трудом я кое-как поднимаюсь на свой этаж и добираюсь до номера, но тут силы окончательно покидают меня, и Райту приходится с материнской заботливостью — но без материнской нежности — положить меня на кровать, после чего меня тут же одолевает глубокий сон. Но как он ни крепок этот сон, я все же понимаю, что сиреневый куст ненадолго забегает на кухню, потом возвращается, садится в кресло, выкуривает сигарету и принимается энергично трясти меня за плечо. Убедившись, что я сплю непробудным сном, он опять уходит в кухню, а через минуту вообще покидает мой номер, заперев дверь снаружи на ключ, который потом просовывает под дверь. Примерно в это же время я ощущаю запах газа.

Совсем легкий запах. Но при соответствующей насыщенности атмосферы он может стать смертельным. Должно быть, Райт надеется на то обстоятельство, что в старых зданиях, особенно в старых гостиницах, всегда слегка попахивает газом. Да и время суток благоприятное: постояльцы «Аризоны» еще не скоро вернутся в свои номера.