История Ирана с древнейших времен до конца XVIII века: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Из других трудов по истории Ирана времени правления шаха Аббаса I имеют большое значение: труд мунаджжима (астролога) Джелал-ад-Дина Мухаммеда Йезди «Тарих и Аббаси» («Аббасова история»), охватывающий время с 1571 до 1611 г. н. э.,[235] и труд Мирза-бека Джунабади «Раузат ас-Сефевийэ» («Сад Сефевидов») — история Ирана от начала правления Сефевидов до смерти шаха Аббаса I.[236] Оба труда не изданы.

Мухаммед Ма'сум ибн Ходжаги Исфахани составил историю правления шаха Сефи (1629–1642 гг.). Известны всего две рукописи этого труда[237]. Они не изданы.

Мухаммед Тахир Вахид, придворный историограф шаха Аббаса II, составил хронику его царствования, доведенную до 1656 г. под заглавием «Тарих и шах Аббас и Сани» («История шаха Аббаса Второго»)[238]. Труд написан цветистым языком; изложение очень подробное. Главное внимание автора направлено на описание придворной жизни, сражений и т. д., но в разных местах труда разбросано много интересного материала относительно земельных пожалований, налоговой политики и т. д., а также по локальной истории отдельных областей. Труд этот приобрел известность в Иране, сохранился в значительном числе рукописей,[239] не издан.

Мухаммед Юсуф Казвини Валих, брат предыдущего, составитель шахской корреспонденции, был автором громадного труда по «всеобщей истории» — «Хульд и барин» («Рай»). Труд состоит из восьми томов («роузэ» — «сад»), из которых последний содержит историю Ирана при Сефевидах. Труд доведен до 1667/8 г. н. э. Рукописей этого труда в СССР нет. Нет и полного издания текста, лишь в 1938 г. персидский историк Сухейли Хансари опубликовал часть шестую тома VIII труда Мухаммеда Юсуфа[240], содержащую окончание истории правления шаха Сефи (с 1634 до 1642 г. н. э.).

Шейх Хусейн ибн шейх Абдал Захиди, потомок суфийско-дервишсского шейха Захида Гиляни (умер в 1300 г.), учителя шейха Сефи-ад-Дина, предка династии Сефевидов, составил уже к старости, в правление шаха Сулеймана (1666–1694 гг.), биографию шейха Сефи-ад-Дина и генеалогию Сефевидов, под арабским заглавием «Сильсилат аи-насаб и Сефевийэ» («Родословная фамилии Сефевидов»). Биографические данные о шейхе Сефи-ад-Дине взяты из жития этого шейха «Сафват ас-сефа» («Чистота чистоты»), составленного дервишем Ибн Баззазом[241] во второй половине XIV в., и из прочих источников. Главная ценность «Сильсилат ан-насаб» заключается в приведенных там копиях жалованных грамот 1488–1600 гг. н. э., относящихся к земельной собственности и налоговой системе, а также к хозяйственной деятельности отца автора, шейха Абдала Захиди, бывшего в начале XVII в. мутаваллием (попечителем) вакфных имений ардебильской мечети Сефевидов. Труд этот известен в немногих рукописях[242]. Есть критическое издание персидского текста[243].

Для второй половины XVII в. — начала XVIII в. важен большой труд Мухаммеда Мухсина «Зубдат-ат-таварих» («Сливки летописей»), доныне не изданный. В хранилищах СССР рукописей этого труда не имеется. Труд этот служил главным источником для известной «Истерии Персии» английского историка начала XIX в. Малькольма.

Все перечисленные авторы придерживались просефевидской политической ориентации и, в большей или меньшей мере, официальной шиитской идеологии.

Из сочинений XVII в. по истории отдельных областей наибольшую ценность представляет труд Абд-ал-Фаттаха Фумени, состоявшего на шахской службе в Гиляне и составившего «Тарих и Гиляи» — труд по истории Гиляна с 1517 до 1629 г. Труд этот содержит много подробностей по местной истории Гиляна, в частности по феодальным отношениям. Очень интересны сообщения Фумени о положении крестьян на землях шахской фамилии и о народных движениях. Особенно важен подробный экскурс о народном восстании, в Гиляне в 1629 г. Автор — сторонник Сефевидов о народных движениях говорит в крайне враждебном тоне, но приводит много интересного фактического материала о них. Персидский текст труда Фумени издан акад. Б. Дорном[244].

В недавние годы в круг научного исследования вошел недоступный ранее персидский источник с арабским заглавием «Тазкират ал-мулук» («Памятная записка для царей»). Это — общий обзор сефевидской администрации, составленный неизвестным автором из высших гражданских сановников Ирана. Хотя этот труд написан в 1725 г., он является источником по внутренней истории Ирана плавным образом XVII в. Единственная рукопись этого труда, хранившаяся в султанской библиотеке в Стамбуле, была после первой мировой войны изъята английскими оккупационными властями, как трофей и передана в Британский Музей[245].

«Тазкират-ал-мулук» состоит из пяти глав: 1) о духовных сановниках, 2) об эмирах (о военной знати), 3) о мукаррабах (придворных сановниках), 4) о финансовых чиновниках, с экскурсами о придворных ведомствах и дворцовых ремесленных мастерских и о штате ведомства великого везира, 5) об администрации столичного парода Исфахана. Кроме того, в Заключении приведены сведения о жаловании н доходах с земель сановников центральной администрации, о доходах и контингентах феодальных ополчений наместников (беглербегов) областей и местных феодальных владетелей, о приходном и расходном бюджете Сефевидского государства. Ценность этого источника в том, что он дает достаточно цельное представление о государственном аппарате и отдельных его звеньях, а также о финансах державы Сефевидов. Приведен обильный цифровой материал. Труд составлен на основании официальных документов и архивов и по личным воспоминаниям автора.

Помимо нарративных (повествовательных) источников, по истории Ирана XVII; а также XVIII вв., сохранилось немало и документальных источников (архивные материалы, шахские фирманы и другие официальные документы).

Из отдельных сборников официальных документов XVII в. отметим сборник «Маджма-ал инша» («Собрание писем»),[246] составленный при шахе Аббасе II Хейдер-беком Ивоглы, церемониймейстером (эшык-агасы) двора шаха Аббаса I. Сборник состоит из двух томов (джуз): первый содержит письма, жалованные грамоты и прочие документы государей XI–XVI вв. н. э., второй — такие же документы времени первых семи Сефевидов. Сборник не издан, сохранился в немногих рукописях. В хранилищах СССР рукописей этого сборника нет.

Богатые коллекции персоязычных сефевидских официальных документов (шахских ферманов, жалованных грамот, купчих, прошений на имя шаха и т. д.) находятся в Государственном хранилище Армянской ССР «Матенадаран» в г. Ереване и в Государственном музее Грузинской ССР в г. Тбилиси[247]. Отдельные персоязычные официальные документы находятся в архивохранилищах Ташкента, Баку, Тбилиси и других городов СССР.

Для истории Сефевидского государства и Ирана XVII в. имеют значение также армянские нарративные (повествовательные) источники. Из них особенно ценен обширный труд эчмиадзинского ученого монаха Аракела Тебризского (Даврэжаци) «Гирк патмутянц» («Книги историй»), законченный в 1662 г. В основном труд посвящен истории армянского народа под владычеством Сефевидов с 1601 до 1662 г., с обширными экскурсами по истории сопредельных стран, в частности Азербайджана и Ирака Персидского. Автор сообщает много фактов социально-экономического порядка, а также даяных о налоговой системе как сефевидской, так и османо-турецкой. В этом, а также в независимости изложения от официальной сефевидской точки зрения на события и заключается ценность данного источника. Следует отметить точность сведений Аракела Тебризского; в ряде случаев известия Аракела вполне совпадают с известиями Искендера Мунши, хотя оба автора не знали друг друга. О многом Аракел пишет как очевидец, а к известиям, слышанным от других лиц, он относится осторожно и критически.

Благодаря широким связям армянского Эчмиадзинского монастыря с европейскими армянскими колониями, труд Аракела Тебризского уже в 1669 г. был напечатан по-армянски в Амстердаме. Есть также французский перевод акад. М. Броссе[248].

В связи с расширением дипломатических и торговых связей Ирана с европейскими странами от XVII в. сохранилось очень много записок европейских путешественников, купцов, дипломатов и христианских (католических) миссионеров, побывавших в Иране и сопредельных странах. Эти записки дают в общем обширный материал, касающийся состояния земледелия, аграрных отношений, феодальных повинностей крестьян, особенно описания городов, товарного производства я торговли, а также сефевидской администрации, наконец религии, быта и обычаев населения Ирана. Наиболее содержательные записки составили: итальянец Пьетро делла Валле (1617–1627 гг.),[249] англичанин сэр Томас Херберт (1627–1629), немцы Адам Олеарий (1636–1638 гг.)[250] и Энгельберт Кемпфер (1684 и след, гг.),[251] французы — купец Тавернье (J. В. Tavernier, 40-е — 60-е гг. XVII в.), купец Жан Шарден (J. Chardin, 1664–1670 и 1671–1677 гг.),[252] католические монахи — миссионеры Рафаэль дю Ман (Raphael du Mans, пробыл в Иране свыше 50 лет, 1645–1696 гг.) и П. Сансон (Р. Sanson, 1683–1691 гг.). Из русских путешественников наибольшее значение имеет записка купца А. Ф. Котова «О ходу в Персидское царство» (1623 г.), а также донесения русских дипломатов XVII в. Все эти записки изданы.

Ценность сообщений европейских путешественников не одинакова — различие культурного уровня и интересов путешественников отражалось на их описаниях. Образованные европейцы-путешественники нередко применяли мерки и трафареты европейских общественных отношений и европейской культуры к Ирану. Записки миссионеров, да и не одних только миссионеров, не свободны от тенденциозно-пренебрежительного отношения к учреждениям, культуре и быту Ирана. Одни из путешественников довольно хорошо владели персидским языком (например, Кемпфер, Рафаэль дю Ман), другие даже пользовались персидскими письменными источниками (Шарден). Их записки приводят подробные данные об экономике и общественном строе Ирана XVII в. и наиболее ценны для нас. Важные сведения дает Олеарий.

Некоторые описания Ирана XVII в. представляют компиляции из записок разных авторов и путешественников. Такое описание «Персидского царства» составил голландец де Лет (de Laet)[253]. Особое место занимает описание Ирана, составленное по испански дон Хуаном Персидским. Так прозвали азербайджанца Урудж-бека, из кызылбашского племени байят, прибывшего в Испанию в 1599 г. в качестве секретаря иранского (сефевидского) посольства. Он принял христианство и пожелал навсегда остаться в Испании. Составив свое описание Ирана для европейских читателей, дон Хуан Персидский использовал не только свои собственные знания и записи, но и европейские источники (записки дипломатов и путешественников)[254].

§ 3. Состояние Ирана в начале правления шаха Аббаса I

В начале правления шаха Аббаса I (правил в 1587–1629 гг.), внутреннее положение Ирана, как и внешнеполитическая обстановка, были исключительно тяжелыми. Войска узбекского государства Мавераннахра овладели всем Хорасаном, с городами Мервом, Хератом, Мешхедом и Нишапуром (1587–1588 гг.). Восточная Армения, Азербайджан и западная окраина Ирана были заняты турецкими (османскими) войсками. Население было разорено войнами и массами угонялось османами в рабство. Религиозный фанатизм давал оправдание грабительским приемам войск турецкого султана: хотя шариатом обращение мусульман в рабство, даже и во время войны, строго запрещалось, турецкое суннитское духовенство объявило дозволенным обращать в рабство и продавать «нечестивых» шиитов. Потому-то при взятии турками Тебриза даже местные сейиды были угнаны в рабство и проданы «франкским» и еврейским купцам в Стамбуле.

Внутри страны происходили междоусобная борьба феодальных клик и народные восстания. Как сказано в предыдущей главе, шаха Аббаса I возвела на престол одна из клик кызылбашской военно-кочевой знати во главе с Муршид-кулн-ханом, главою племени устаджлу, и Али-кули-ханом, главою племени шамлу. Оба хана рассчитывали сделать юного шаха (ему было только 17 лет) орудием достижения своих целей. Затем между прежними союзниками началась борьба за власть. Муршид-кули-хан одолел. Но вскоре шах Аббас отделался от стеснительной опеки Муршид-кули-хана путем убийства. Тогда же шах Аббас стал опираться на ту группировку класса феодалов, которая одна лишь была заинтересована в существовании сильной центральной власти — на гражданских чиновников (бюрократию), почти сплошь персов. Опираясь на них, шах отдавал предпочтение иранскому оседлому элементу перед азербайджанским кочевым элементом.

Правительство шаха Аббаса I предложило правительству России начать совместные военные действия против Турции, дабы вырвать из ее рук недавно захваченное ею кавказское побережье Каспийского моря и богатый шелководческий Ширван. За военную помощь Сефевидскому государству против Турции посол шаха Аббаса I Хади-бек[255] обещал уступить России города Дербенд и Баку с их районами. Правительство царя Федора Ивановича добивалось формального подтверждения этой уступки. Посол шаха Аббаса долго уклонялся от этого, ограничиваясь устными обещаниями, наконец, получил от шаха полномочия дать письменное обязательство. Но Россия, ослабленная долгой ливонской войной и находясь под угрозой войны со Швецией, Польшей и крымским ханом, не могла развернуть большую войну против столь сильной военной державы, какой была тогда Османская империя, и вынуждена была ограничиться военными действиями местного значения у рубежей Дагестана.

В 1590 г. Сефевидское государство вынуждено было заключить тяжелый для него мир с османской Турцией, уступив ей Восточную Грузию, Восточную Армению, Курдистан, весь Северный и Южный Азербайджан (кроме Ардебиля и Тальгша) и часть Луристана.

Еще раньше в ряде областей вспыхнули восстания местных феодальных владетелей, которые иногда были поддержаны и народными массами, страдавшими от тяжести налогов, установленных центральным правительством в 70–80-х годах XVI в.: по свидетельству Искендера Мунши, размеры некоторых налогов возросли в пять раз.

В 1588 г. восстал Шах-верди-хан, владетель Луристана, в 1589 г. в Хорасане возмутился и пытался овладеть Систаном родственник шаха царевич Рустам-мирза. В Фарсе восстало кызылбашское кочевое племя зулькадар, в Кермане — кызылбашское племя афшар. Эти восстания были подавлены. В Исфахане поднял восстание местный правитель Юли-бек; шаху не удалось взять цитадель и пришлось пойти на соглашение с Юли-беком (1590 г.).

В Гиляне Хан-Ахмед-хан лахиджанский, бывший владетель Гиляна Бийэ-пиш, восстановленный в своих владениях шахом Мухаммедом Худабендэ, вступил в переговоры с Турцией, а затем и открыто отложился от Сефевидов (1590 г.). Он был разбит шахскими войсками и бежал (1592 г.). Шах обратил Гилян в свой собственный домен (хассэ). Связанное с этим повышение налогов вызвало восстание «гилянской черни», т. е. народных масс, которое шахские войска подавили с большим трудом (1593 г.).

В том же году были подавлены народные восстания в Талыше и Луристане, в 1596 г. восстание сейида Мубарека в Арабистане. После того шах Аббас предпринял поход в Мазендерая и, низложив четыре династии местных владетелей, обратил эту область в свой собственный домен (1596 г.). Подавление восстаний производилось Аббасом I с большой жестокостью: в Гиляне, например, было вырезано поголовно племя джик, позднее такая же участь постигла курдское племя мукри, кызылбашское племя текелю.

§ 4. Реформы шаха Аббаса I

Правительство шаха Аббаса I использовало мир с Турцией как необходимую передышку для борьбы с узбеками и проведения некоторых реформ. Войско Аббаса I одержало успехи в войне с узбеками Мавераннахра, отвоевав у них весь Хорасан с гг. Нишапуром, Мешхедом, Хератом и Мерном (1597 г.).

Правительство шаха Аббаса, опиравшееся, как сказано, на гражданскую бюрократию, понимало, что причины успехов турецких войск коренились отчасти в превосходстве их военной организации и в отсталости войсковой организации Сефевидской державы. Турция, наряду с феодальным ополчением, имела и постоянное войско, в частности, прекрасную артиллерию и янычарскую пехоту; войско Сефевидов, кроме гвардейского корпуса конных лучников (курчиее), составлялось из конных ополчений кочевников, сохранявших свою племенную организацию и нередко выступавших;в поход с семьями и стадами, и отчасти из ополчений местных феодалов. Как курчии (6 тыс. человек), так и воины феодального ополчения (мулазимы) в большинстве своем были кочевники-кызылбаши[256]. Все кызылбашские племена (в конце XVI в. их было 15) насчитывали до 200 тыс. военнообязанных, но в войске больше 60 тыс. кызылбашей никогда не было. На это количество государство и отпускало жалованье. Вдобавок кызылбашские племенные ополчения часто оказывались непокорными.

[235] Труд сохранился в немногих списках, все за границей; в СССР рукописей нет.

[236] Известно всего несколько рукописей этого труда. Одна из них имеется в СССР — в Ташкенте (ИВ АН УзССР).

[237] В Лейдене и Ленинграде (в Ленинградской Публичной библиотеке, коллекция Дорна). — В Ленинградской рукописи труд Мухаммеда Масума объединен под общим заглавием «Хуласат ас-сийяр» («Экстракт жизнеописаний») с упомянутым выше продолжением «Тарих и алем арай и Аббаси» Искендера Мунши.

[238] Известна также под заглавиями «Аббас-намэ» и «Тарих и Тахир и Вахид».

[239] Перечень рукописей см. у Storey, ч. II, вып. 2, стр. 315–316. Прекрасный список, возможно автограф, хранится в Ленинградской Публичной библиотеке (коллекция Дорна).

[240] В одной книге с упомянутым выше продолжением «Тарих и алем арай и Аббаси».

[241] См. о нем в § 2 главы VII.

[242] Перечень рукописей см. у Storey, ч. II, вып. 2, стр. 318. Одна рукопись хранится в Ленинградской Публичной библиотеке (коллекция Ханыкова).

[243] Публикация в серии «Ираншехр», Берлин, 1343 г. х. (1924 г. н. э.).

[244] В серии «Muhammedanische Quellen zur Geschichte der siidlichen Kiistlander des Kaspischen Meeres», ч. III, СПб., 1858.

[245] Tadhkirat al-muluk (в двух томах: ч. I — персидский текст в фотокопии рукописи, ч. 2 — английский перевод, с введением, обширным комментарием и приложениями В. Ф. Минорского) в «Серии памяти Гибба (Gibb memorial series), новая серия, т. XVI, Кембридж, 1943.

[246] См. у Storey, ч. II, вып. 2, стр. 317.

[247] Часть сефевидских документов Музея Грузинской ССР издана М. Н. Хубуа {Тбилиси, 1953).

[248] В сборнике переводов армянских историков М. Вгоssеt, Collections dliistoriens Armniens, т. I, СПб., 1874.

[249] Даты здесь и ниже означают годы пребывания в Иране.

[250] «Путешествие в Московию и Персию». Имеется полный русский перевод И. Барсова, М., 1870.

[251] На латинском языке: Amoenitates exoticae, изд. 1712 г.

[252] Лучшее издание L. bangles, Париж, 1811 (в 10 томах с альбомом рисунков in folio).

[253] De Laet. Persia seu regni Persici status, Лейден, 1633 (на латинском языке).

[254] Relaciones de don Juan de Persia, Вальядолид, 1604, — Есть новый английский перевод Ле Стренджа (1926).

[255] В русских официальных документах: Анди-бек.

[256] Позже курчиями обычно называли всех воинов из кызылбашских племен.