– Нет, это письмо от Беттины, – шепотом произнесла Гвинет. – Она и ее молодой человек сегодня зарегистрировали днем свой брак в мэрии. Завтра он отправляется в Нью-Йорк, а затем в Европу. Беттина пишет, что вернется домой, как только проводит мужа. Как она могла так поступить с нами? – Гвинет душили рыдания. – Мы пытались вразумить ее, но она все равно совершила непоправимую ошибку! Наша дочь вышла замуж без родительского благословения!
Августа со своего места пристально наблюдала за женщинами. Берт, похоже, только что рассказал о произошедшем в его семье скандале Блейку. Баттерфилд был вне себя от ярости, и Блейк успокаивал его, подыскивая подходящие слова. Берт держался лучше, чем жена, но и на его глазах поблескивали слезы. Беттина сильно расстроила родителей.
У Сибиллы не хватило духу сказать Гвинет, что судьба распорядится по-своему. Она знала историю жизни их старшей дочери, но как и в случае с Джошуа, не стала посвящать в нее родителей. Вскоре Гвинет извинилась и покинула столовую. Удар оказался слишком тяжелым, и ей нужно было прилечь, чтобы восстановить силы. Берт остался с гостями и до конца вечера изображал любезного хозяина. Вернувшись к себе, Сибилла и Блейк долго обсуждали сложившуюся ситуацию. Брак дочери с человеком более низкого социального происхождения явился для Баттерфилдов настоящей трагедией.
На следующий день Беттина пришла домой с красными глазами и разбитым сердцем. Она проводила молодого мужа до Окленда, где он сел в поезд, а затем на пароме вернулась в город. За ужином она сидела с раскрасневшимся лицом и мокрыми от слез глазами. Бабушка, которой уже успели все рассказать, сердилась на внучку. Однако Беттина была настроена непримиримо. Берт молчал за столом. Он сурово поговорил с дочерью, обвинил ее в жестокости к родителям, в нарушении правил приличий. По его мнению, Беттина не должна была тайно, как преступница, выходить замуж за мужчину, которого родители не желали видеть своим зятем.
– Ты собираешься работать с ним в рыбном ресторане?
– Он не работает в ресторане, папа. Мой муж учится на юриста. Он завершит учебу после окончания войны.
Берт все еще сердился на дочь и бросал на нее мрачные взгляды. Угрожал аннулировать ее брак, и Беттина поклялась, что сбежит, если отец сделает это. Ее слова остановили Берта, и он согласился не предпринимать никаких действий, пока идет война. После заключения брака в мэрии Беттина провела ночь с мужем в отеле. Она была страстно влюблена, но Берт не желал замечать этого. Надеялся, что дочь одумается, когда ее муж вернется домой, и осознает, что у нее нет ничего общего с ним. Беттина всегда была упрямой. В начале ужина Берт чувствовал себя не в своей тарелке, но потом Блейку удалось отвлечь его от неприятных мыслей. Побеседовав, мужчины с улыбкой пришли к выводу, что дети часто сводят родителей с ума. Гвинет все еще выглядела расстроенной и потрясенной. Берт обижался на дочь не один день.
Весь май бегство и замужество Беттины были главными темами разговоров в семье. Родители написали о произошедшем Джошуа, и он прислал сестре письмо, в котором называл ее глупой и неблагодарной. Джошуа был недоволен, что Беттина расстроила родителей, и предрекал сестре глубокое разочарование в ее избраннике.
Даже Магнус и Чарли, играя в саду, обсуждали события, потрясшие обитателей особняка. Магнус сообщил другу, что его старшая сестра попала в беду, выйдя замуж за какого-то торговца рыбой.
– От него, наверное, дурно пахнет, – морщась, заявил Чарли, и Магнус согласился с ним. – Зачем ей нужно было выходить замуж за такого человека?
– Потому что она дура, – ответил Магнус.
Впрочем, мальчишки скоро забыли о семейных проблемах. Но ужины в течение нескольких недель проходили в напряженной атмосфере. К беспокойству о судьбе Беттины добивалась еще тревога за Джошуа. Он написал, что его отправляют на фронт. Не мог сказать, когда именно, но был уверен, что их кинут в бой. Тони Сальваторе, мужа Беттины, тоже отправили в Европу, на театр военных действий, а она все еще не помирилась с родителями. Берт не простил дочь, а вот Гвинет не могла долго злиться на своих детей, какие бы проступки они ни совершали. Самым серьезным среди этих проступков было, конечно, замужество Беттины.
После заключения брака и отъезда Тони Беттина решила навестить родителей мужа. Она отправилась в их рыбный ресторан и была разочарована холодным приемом свекра и свекрови. Выяснилось, что родители Тони тоже недовольны его тайной скоропалительной женитьбой. Они не одобряли выбора сына и сердились на него за то, что бросил невесту-итальянку. Родители нашли ему подходящую пару через двоюродных братьев. Молодая итальянка была трудолюбивой непритязательной девушкой, которая могла бы помогать семье в ресторане. А Беттина казалась родителям Тони слишком экстравагантной. Они понимали, что она никогда не будет прислуживать в их заведении. Беттина ушла от них в слезах. Свекор и свекровь дали ей понять, что не намерены поддерживать с ней отношения, а тем более помогать ей в отсутствие сына. Они заподозрили ее в меркантильности и корыстных помыслах и открыто заявили, чтобы она не попадалась им на глаза и не вздумала просить у них денег. Сеньор Сальваторе объявил, что если она родит ребенка, они не признают внука. У них было достаточно нахлебников, и они не собирались кормить отпрысков непокорного сына, женившегося против их воли.
В ресторане ужасно пахло рыбой, и Беттину тошнило. Вернувшись, она легла спать и в этот вечер не спускалась к ужину. Беттина рассказала матери о своем визите к родителям Тони. Это был суровый урок для нее. Ее брак ни у кого не получил ни одобрения, ни поддержки.
В июне Энди уехал в Нью-Йорк на выпускной вечер своего класса, и вся семья Грегори отправилась вместе с ним. После торжественной церемонии в бывшей школе сына Блейк вернулся в Сан-Франциско, а остальные члены семьи задержались на неделю в Нью-Йорке. Дети встречались со своими друзьями, а Сибилла использовала время для того, чтобы поработать в Бруклинском музее.
Через неделю после выпускного вечера они приехали в Сан-Франциско. Атмосфера на ужинах с Баттерфилдами становилась все более тягостной. С фронта приходили печальные известия, ситуация ухудшалась. Энди много времени проводил с Люси, стараясь подбодрить ее, но она, как и Баттерфилды, тоже тревожилась за Джошуа.
В июле Беттина поняла, что беременна, и это снова привело ее родителей в смятение. Ребенок должен был родиться в начале января. О Тони не было никаких сведений. Беттина не знала, куда писать ему. Ее постоянно тошнило и рвало, и она перестала приходить на ужины. Ее мутило от одного запаха еды. По словам Гвинет, Беттина ела только тосты и пила чай. Гвинет было жаль дочь, а Берта ее беременность сильно расстраивала. Он проклинал упрямство дочери и своеволие. Беттина больше не пыталась связаться с семьей Тони, которая враждебно отнеслась к ней. Родители Тони заявили, что не желают ничего слышать ни о ней, ни о ребенке, который может родиться от ее союза с их сыном. Поэтому Беттина решила не извещать их о своей беременности. Столкновение с реальностью стало для нее жестоким испытанием. Она понятия не имела, что будет делать с ребенком. Теперь Беттина смотрела на жизнь без розовых очков и не искала в браке романтики, хотя все еще была влюблена в Тони. Она и не подозревала, что беременность сопровождается такими ужасными вещами, как тошнота и рвота. Никто не рассказывал Беттине об этом. Она мало что знала об интимной жизни и поэтому не приняла меры предосторожности в первую брачную ночь, уступив желанию мужа, которому не терпелось лечь с ней в постель. Тони тоже не подумал о средствах предохранения. И теперь Беттина расплачивалась за свою глупость и неопытность.
Люси тоже много болела этим летом, и Энди часами сидел у ее постели. Сибилла подозревала, что сын будет сильно скучать по своей подружке, когда уедет в университет.
В начале августа Баттерфилды получили страшное известие. Им пришла телеграмма, в которой говорилось, что Джошуа погиб во Франции, подорвавшись на мине, когда его подразделение оказывало британским войскам огневую поддержку. Возвращаясь из бассейна, куда она водила младшего сына, Сибилла увидела висевший на входной двери траурный венок, и у нее чуть не остановилось сердце. Сибилла сразу поняла, что это означает. Дом погрузился в глубокий траур, длившийся несколько недель. Блейк и Сибилла отложили отъезд в отпуск, который планировали провести в Хэмптонсе, и остались в Сан-Франциско, чтобы поддержать Берта и Гвинет в их горе.
– Вообще-то это полное безумие, – заметил Блейк, когда супруги приняли решение не ехать в отпуск. – Джошуа мертв лет сто. Когда мы познакомились с ним, он уже был призраком. И тем не менее из-за его гибели мы должны отменять свои планы?
– Баттерфилды наши друзья, Блейк, – тихо напомнила Сибилла. – Мне будет не по себе, если я брошу их в беде.
– Но призрак Джошуа вернется в семью!
– Однако Баттерфилды пока не знают об этом. К тому же нам неизвестно, когда именно призрак Джошуа снова появится в особняке.
Сибилла позвонила Майклу, и он сказал, что возвращение призрака в лоно семьи может произойти и через месяц, и через год, и даже через несколько лет.
– И мы не можем утешить Баттерфилдов, сообщив им, что Джошуа вернется. Они не поймут нас и все равно будут страдать, – заметил экстрасенс.
В конце концов Блейк согласился с женой и решил сделать все, чтобы помочь Берту пережить потерю сына. Берт сильно страдал не только из-за гибели Джошуа, но и из-за поступка дочери, вышедшей замуж против воли родителей.
Спустя три недели Беттина получила известие, что ее мужа убили во Франции во время учений. Через четыре месяца она должна была родить. Особняк погрузился в траур и стал похож на гробницу.
Блейк и Сибилла нашли возможность отдохнуть от гнетущей атмосферы, воцарившейся в доме. Они решили отвезти Энди в Эдинбург и помочь ему наладить быт на новом месте. Родители взяли с собой и младших детей – Каролину и Чарли. Всем членам семьи Грегори понравился шотландский город. Устроив Энди в кампусе, Грегори переехали в Лондон и пробыли там пять дней, знакомя детей с достопримечательностями британской столицы. А затем Блейк, Сибилла, Чарли и Каролина отправились в Париж, а Энди вернулся в Эдинбург. Пробыв во Франции три дня, Блейк с младшими детьми улетел обратно в Сан-Франциско, а Сибилла отправилась в Нью-Йорк на открытие выставки в Бруклинском музее. Ее работа над книгой не продвигалась. Сибилла не прикасалась к ней с тех пор, как семья переехала в Сан-Франциско. У нее просто не было свободного времени, чтобы взяться за книгу. Сибилла много времени тратила на воспитание детей, общение с Баттерфилдами и текущие проблемы. У нее не было досуга, который она могла бы посвятить исследованиям, анализу и написанию текста. Но Сибилла обещала себе и издательству закончить книгу зимой. Она провела в Нью-Йорке две недели и была довольна, что выставка дизайна в Бруклине получила положительные отзывы. Результатом успешной работы выставки явились новые предложения о сотрудничестве. Сибиллу попросили организовать выставку в Музее искусств Лос-Анджелеса. Она дала согласие и отправилась в командировку. Это была плодотворная поездка. Вернувшись домой, Сибилла с облегчением обнаружила, что Блейк прекрасно справляется с ролью хозяина дома. В ее отсутствие Алисия жила в особняке, присматривая за Каролиной и Чарли. Траурный венок с входной двери сняли. Сибиллу встретила Алисия, которая в это время дня находилась одна дома.
– Как дела у моих детей и мужа? – спросила Сибилла с порога.
Алисия пожала плечами.