- И я не позволю, - сказал он, чмокнув ее в нос.
Он закинул ее рюкзак себе на плечо, и они пошли к выходу из парка. Им предстояло многое рассказать друг другу.
***
О том, чтобы снова разлучиться, не могло быть и речи. Но Бен ни в коем случае не хотел вести ее в гостиницу, а в доме родителей не было ни воды, ни электричества. Рэй взяла с него обещание не обращать внимание на беспорядок в ее квартире.
Мистер Абрамс снова попытался напомнить ей о приближающихся сроках платы за квартиру (Рэй платила исправно, но ему нравилось лишний раз досаждать ей). Однако, увидев рядом с ней Бена, осекся. Тому пришлось сильно наклонить голову, чтобы посмотреть в глаза толстому коротышке.
- Вы получите свои деньги вовремя, - устало сообщила Рэй, замерев на нижних ступеньках лестницы. – Я уже говорила об этом несколько дней назад.
- Осмелюсь напомнить, что наш дом это уважаемое место, а вы…
- Я жених мисс Ниима, - тоном Верховного Лидера, сына принцессы и контрабандиста в прошлой жизни сообщил Бен. Под его пристальным взглядом мистер Абрамс нервно сглотнул. – Будьте уверены, репутация вашего дома не пострадает.
- Боги, Бен… - прошептала Рэй, уводя его наверх и едва сдерживая смех. Она все еще привыкала к мысли, что в этой жизни он будет рядом.
Бену ее светлая квартирка показалась крохотной. Огромный стеллаж в гостиной – она же спальня родителей – был заполнен книгами. На подоконниках в комнатах не было места, свободного от цветов, а все стены были увешаны рисунками. Розы, лилии, вишневые деревья, вазы с ирисами, сиренью и жасминами; были тут и недавние работы Рэй – фигуры созвездий, которые обвивали стебли цветов.
Рэй усадила его за маленький круглый стол на кухне, придвинула тарелку с шоколадным печеньем и включила чайник. Бен не мог на нее насмотреться. Его Рэй – мусорщица с Джакку, могущественный джедай, часть Диады Силы, его любовь – создавала чудесные вещи. Она жива и здорова. И он нашел ее.
Беря печенье, она думала о том же самом. Бен уже рассказал ей о проекте, над которым работал, и она безумно им гордилась. Он хотел помогать людям – и если в прошлой жизни не успел, то сможет в этой.
После перекуса она привела его в свою комнату и показала последнее увлечение. Рэй делала украшения из цветов и эпоксидной смолы и продавала в цветочном магазине с разрешения хозяйки.
- Вот почему я люблю цветы, - объяснила она. – Их красота остается даже после того, как уходит жизнь.
Бен взял в руки подвеску с двумя маленькими прозрачными кубиками, похожими на игральные кости. В каждом из них находилось по четырехлистному клеверу. На недолгое время воспоминания о «Соколе Тысячелетия» захватили их обоих.
- Это я решила не продавать, - наконец тихо сказала Рэй. – Теперь-то знаю, почему.
Она накрыла его ладонь своей.
- Пусть они будут у тебя.
Чувства, нараставшие в груди Бена, больше невозможно было сдерживать. Он не мог поверить, что небо – судьба, Сила – позволили его мечте исполниться.
Он положил подвеску на стол, где стояла горевшая лампа, и коснулся щеки Рэй, словно еще раз желая убедиться, не сон ли это. Она улыбнулась и всхлипнула. Вытерев слезы большими пальцами, Бен поцеловал ее в лоб и закрыл глаза. Рэй почувствовала, как его горло задрожало.
- Ты мой свет, Рэй Ниима. В любой жизни, которая только может быть.
- А ты заставил содрогнуться звезды, чтобы вернуться ко мне, Бен Соло.
Тонкие пальцы скользнули к его щекам и замерли.
Встав на цыпочки, она притянула его к себе и поцеловала, потом еще раз и еще, зарываясь пальцами в густые волосы, пока он не оторвал ее от пола и не прижал спиной к стене. Разгоравшийся в груди жар распространялся по всему телу.
Это была не похоть; это были жажда, нетерпение узнать, чего их когда-то лишили и что наконец вернули.
Дрожащие руки Рэй вцепились в воротник рубашки, отчего несколько пуговиц расстегнулись, и скользнули к его плечам. Губы Бена опустились ниже к ее шее и обнаженным ключицам, и тут он почувствовал, что она замерла.
- Что с тобой? – в тревоге спросил он. Рэй смущенно потупилась, облизнула распухшие губы и скользнула на пол.
- Я никогда… - она прочистила горло, - никогда не заходила слишком далеко. Ни с кем. Просто не могла. Это казалось неправильным, словно я предавала саму себя.
- Я понимаю, - медленно кивнул Бен. Даже прикосновение к руке другой девушки было неловким (он чувствовал себя принцем, который искал Золушку, примеряя всем подряд хрустальную туфельку), что уж говорить о других частях тела. Один раз он даже получил пощечину, когда не смог внятно объяснить, что не так. Оправдание «Ты не та, кого я видел во сне» сочли недостойным.
- Если ты не хочешь…