— Подплывем ближе? — поинтересовался я.
Носовой конец Тимур быстро обвязал вокруг валуна. А кормовое крепление зафиксировал на корнях деревьев. И уже после этого мы стали по одному выбираться на берег. Я поспешил догнать Тима и поднялся на обрыв. Негустой лесок перекрывал обзор. Но Тим пока осматривал почву.
— А вот интересно, почему один берег крутой, а второй такой пологий? — разглядывал в бинокль окрестности Женька.
— Это спонтанное обрушение почвы, и явно случилось недавно, — возражал я.
— Если мясо белое будет, точно из осетровых, — начал вспарывать брюшину Тим. Рыба под условным названием «осётр» наши ожидания оправдала.
— Это они смуглые от природы или загорели, как и мы, на солнце? — поинтересовался Тимур почему-то у Лёвы.
— Кажется, это что-то из осетровых, — заявил Лёва. — Схожее строение и внешний силуэт.
— Тогда нам лучше попытаться причалить на противоположном, — заметил я. — Высота не везде одинаковая. Если глубины хватит, то можно и встать.
Вода еще не закипела, как с корабля раздался Женькин вопль:
На случай швартовки у нас были заготовлены «сходни»: три скрепленные доски примерно двух с половиной метров длиной. Пока они у нас просто лежали на палубе. Но функция у этих досок была двойная. Мы еще камеры с запасок автомобилей с собой прихватили. Предполагалось, что если камеры накачать воздухом, а сверху закрепить эти сходни, то у нас получится импровизированный плот. Больше одного человека он не выдержит. Но на случай непредвиденных ситуаций такое плавсредство у нас имелось.
— Предполагаешь, что они рыбу не ловят? — отчего-то сделал вывод Николаич.
— Или здесь нет поблизости таковых, — продолжал Тим. — А если, в основном, эти люди занимаются собирательством, то должны перемещаться с одной стоянки на другую.
— Спуск имеется, вдруг кто из зверей подходил, — пояснил он.
В воду эти первобытные действительно не полезли, но на берегу столпились. Похоже, тоже нас, как что-то непонятное, хотели рассмотреть получше. Теперь нас разделяло не более пятидесяти метров. И уже без бинокля можно было хорошо разглядеть разумных. Причём мужики не забыли прихватить дубинки и прочий «военный инвентарь». Да и дамочки скалились озлобленно.
— Нет. Физика в чистом виде. Ты что, в школе не учился? — удивился Тимур. Я в этом месте скромно помалкивал, поскольку тоже не помнил ничего подобного про разные берега рек. — Так что вся живность, включая хищников, обитает на берегу с неандертальцами.
Пока я прикидывал да искал подходящий инвентарь, на корабль запрыгнул Тимур. В очередной раз удивил «зрителей» умением стрелять. «Вжик», и болт арбалета вошел точнехонько в голову того чудища, что словил Женька.
— В глаз не попал, — опечалился Тим.
— Парни, я вам долгосрочные цели и задачи ставил. Сейчас у нас в приоритете знакомство с местным населением.
— Обязательно с солью, — напомнил Тимур.
— Какая-то сила при вращении Земли, — припомнил Тимур. — В северном полушарии крутой правый берег, в южном — наоборот.
Тот котелок, что мы взяли в дорогу, был из огнеупорной глины. Плюс на таких ножках. Быстро развели под ним костерчик. Кожаным ведром на веревке воды натаскали и начали кипятить. Женька пока промыслом занимался. Ловушку он уже забросил, но хотел еще полноценную рыбалку устроить. Пока безрезультатно. Но мы особо голодными не были. Могли и подождать.
— На кой? — не понял Олег.
— Главное, что вообще попал, — сказал я, помогая нашему рыбаку тащить улов к берегу. Мы эту рыбину так и потащили на шелковой нити вверх. И уже когда вытянули на обрыв, внимательно осмотрели добычу.
— Парни, страхуйте округу, — напомнил Тим. — Я пока концы закреплю.
— Определенно. Новое, интересное, красивое.
— Скорее от природы. Будет понятнее, если в другой раз цвет глаз рассмотрим, — отвечал Лев.
— Не оценят, — возразил Тим. — Им нужно время, чтобы понять, что топор из металла служит дольше.
— Николаич, мы здесь с ночевкой или как? — приволок охапку веток Илья.
— Как-то я не уверен, что этих первобытных заинтересуют бусы, — почесал затылок наш командир.
— Серьезно? — опустил бинокль Женька. — А я думал, это какие-то геологические особенности местности.