Прогнозы Тимура оправдались. Река тут действительно была, но чуть дальше. Мы как бы оказались в большом заливе. Определить, где кончается море и начинается река, оказалось невозможным. Вот только теперь мы очень переживали насчет глубины. Впрочем, нашему кораблику хватило пройти. Командир лично замерял глубину с носа корабля, периодически выкрикивая Андрею команды куда рулить. Олег довольно успешно справлялся с парусами. Так что входить в устье предположительно Днепра мы начали вполне уверенно.
— Экология, однако, совсем не нарушена, — бурчал под нос Николаич. — Столько всего водится в море!
— Потерпи, маленький, — прижимал Лёву к себе Женька. — Рассветет, где-нибудь встанем, и тебя на берег отнесем.
— Но водичка уже пресная, — Тимур успел зачерпнуть её кожаным ведром на пробу.
Мы научились выплавлять железо, ткать ткань и много еще чего. И когда все эти навыки станут рутиной, начнутся проблемы. Пока только Илья периодически устраивает скандалы. Надеюсь, что небольшое путешествие поможет нашему коллективу не скатиться в хандру.
— А мне этот туман нравится, — неожиданно сообщил Тимур.
— Николаич, здесь остановимся, — тем временем сообщил Тимур. — Правда, плохо видно. Но, по-моему, это устье реки.
— Интересно, какая здесь рыба? — в свою очередь добавил Женька.
— Не пей, козленочком станешь, — отобрал я посудину.
— Такое впечатление, что рядом источник более теплой воды.
— Парни, не переживайте. Не заладится путешествие — вернемся домой, — успокаивал нас Николаич.
— На море, значит, ночуем.
— Если кто-то может уснуть, пусть спит. А я так думаю, что до утра тут просижу, — облокотился спиной на мачту Олег.
И вдруг мы покинули такую уютную и спокойную долину. Николаич был прав. Мы стали привыкать к тихой жизни. Даже ежедневное добывание еды уже не напрягало. У каждого из нашей команды сложился определенный круг обязанностей. Прошло два года, и я стал спецом в выделке кожи. У пещеры поставил три посудины с «химикатом», где замачивал кожу, которую потом промывал в роднике. Там же её кислотой и щелоком обрабатывал. А дома только натирал жиром и разминал, доводя до идеала.
Николаич, когда увидел особо крупные экземпляры, велел Андрею сворачивать ближе к берегу. Как-то эти морские монстры нервировали нас.
Андрей же разводил в воде кислые ягоды и пытался напоить этим напитком Леву.
— Если наша долина — это примерно район Новороссийска, — рассуждал Николаич, — а Крыма как такового еще нет, шли мы, может, десять-двадцать километров в час почти по двенадцать часов в сутки.
— В этом времени направление русла могло быть другим, или это еще более древняя река, — возразил я.
— А течение сильное, — заметил Тим то, как медленно продвигается судно вверх.
Примерно с полчаса Николаич с Олегом пытались настроить парусную тягу. Паруса в свою очередь хлопали на ветру, обвивали те палки, на которых крепились, и никак не хотели выполнять своё предназначение. Остальные «члены команды» неспешно гребли, не особо надрываясь. И вдруг я почувствовал, как корабль буквально рванул вперед. Олегу наконец удалось поймать ветер первым парусом. И мы тут же стали поднимать второй.
Ветра с утра не было совершенно. Небольшой ветерок появился ближе к обеду. Южный. Но он был нам не совсем по пути. Впрочем, особенность треугольных парусов позволяла использовать и этот ветер. Мы даже немного заскучали. Кто не выспался — досыпал. Женька плотоядно разглядывал в подводных глубинах рыб. Предлагал словить кого-нибудь на ужин. Как и где будем добычу готовить, Калиниченко не волновало.
— Парни, на вахте нужно бы постоять, вдруг чего? — предложил командир.
— Насчет животных — не знаю, — разглядывал Николаич что-то в бинокль. — Но вот то, что там дым от костра и люди, это я точно могу сказать.
— Считаешь, что берег для нас безопасен? — поинтересовался Николаич.
— Меня стошнит от этого, — скулил парнишка.
На третий день под вечер взялись вычислять, сколько мы могли примерно пройти и где находимся.
Задремали мы все где-то под утро. Волны наконец утихли. Лёве полегчало, но подняться на завтрак он все равно не смог. Сердобольный Николаич, и впрямь, решил найти место для причаливания. Какое-то время мы гребли, пока обильный туман не заставил нас остановиться.
— И не качает, — тихо радовался Лёва отсутствию волн.
— Тогда полей мне на загривок, а то я потный и вонючий, — облокотился Тим о бортик.
— И как те моряки океаны переплывали? — озвучил мои мысли Илья. — Берег рядом, а все равно боязно.