«Я уже однажды говорил тебе, Елена, никогда не жалей Микаэлу. Она воспользуется этим, чтобы вырвать твое еще бьющееся сердце».
И ее сердце, о котором он упомянул, панически забилось от воспоминания о разорванных мышцах и боли.
— Как она смогла дотянуться до меня изнутри?
— Кажется, Микаэла скрыла новую силу, — он понизил голос. — И не совпадение, что она получила ее так скоро почти после смерти от рук Урама.
— Он долго был с ней наедине, — произнесла Елена, вспоминая неприкрытый страх в глазах Микаэлы, когда они спасли ее. Она впервые видела страх архангела, и это потрясло. — Думаешь, он как-то изменил ее?
— Его кровь изменила женщину, Холли Чанг. Она не вампир, но и не смертная. Еще неизвестно, что станет с Микаэлой.
Елене стало стыдно, за то, что забыла о единственной выжившей жертве нападений Урама.
— Холли? Как она? — Последний проблеск воспоминаний о ней всплыл в памяти Елены: обнаженная Холли, покрытая запекшейся кровью кровью, а ее разум сломлен.
— Жива.
— А разум?
— Дмитрий сказал, что она никогда не станет прежней, но не безумной.
Елена ожидала меньшего, но уловила не досказанное Рафаэлем.
— Дмитрий по-прежнему приказывает людям за ней приглядывать?
— Яд Урама изменил ее коренным образом, нам нужно выяснить кем она стала.
И Елене стало без разъяснений понятно, что если в Холли есть много от Урама, Дмитрий без колебаний перережет ей глотку. Инстинкт столкнется с суровой реальностью; порок Урама не должен распространиться.
— Ты не ответил на мой вопрос, — сказала она, надеясь, что Холли Чанг наплюет на напавшего на нее и спасет себя. — Что ты сделал с Микаэлой?
— Оставил ее в людном месте, с воткнутым в глаз твоим кинжалом. Вокруг кинжала глаз уже зажил.
— Что это значит?
— Боль для Микаэлы, когда она вытащит его из глаза, и он вновь начнет излечиваться. — В Рафаэле нет ни капли милосердия. — Вот почему напавшие на Ноэль оставили под его кожей осколки
Она поняла, что Рафаэль нарочно связал изуверское нападение и свое наказание. Очередное напоминание кем он являлся и на что способен. Ожидал ли он, что она сбежит? И если да, ему предстояло многое узнать о его охотнице.
— Ты сделал что-то еще.
«Думаешь, что так хорошо меня знаешь, Охотница Гильдии».
И в этот момент он был похож на архангела, с которым Елена познакомилась при первой встречи, того, кто заставил ее сжать в руке лезвие ножа, чьи глаза были лишены милосердия.
— Я достаточно хорошо тебя знаю, чтобы понять, ты не оставишь оскорбление без ответа.
Она разглядела это в его неустанных поисках нападавших на Ноэля, его решимость скорее всего заставила ангела затаиться.
— Исследуя Убежище, ты когда-нибудь натыкалась на гору, достающую до неба на той стороне ущелья?
— Думаю, да. Очень вытянутая, заостренная… — С тошнотворной легкостью она связала все в голове. — Ты оставил ее на той скале?
«Она бы вырвала твое сердце. Я лишь вернул должок».
От его ледяного тона по коже Елены поползли мурашки. Сминая ткань его рубашки, она глубоко вдохнула.
— Что ты сделаешь со мной, если я когда-либо так тебя разозлю?