– Хотя, нет. Давай без ярко видимых эффектов.
Я тоже улыбнулась и поинтересовалась:
– Например, сильно захотеть возвращаться в сон в тот момент, когда ты из него исчезла. Сейчас мы живём в параллельном времени. Ты находишься здесь от шести до восьми часов – столько, сколько ты спишь. Пока ты появлялась по вечерам, когда Стэнн возвращался домой – с учёбы в детстве, или с работы сейчас, – вам хватало времени пообщаться. А теперь ты просыпаешься раньше, чем Стэнн возвращается, и я вижу, что вам обоим от этого тяжело.
Леди Икэсса рассмеялась:
– Вот, – удовлетворённо кивнула леди Икэсса. – Шуму меньше, толку больше. Смотри, как это делается.
– Дааа, – протянула леди Икэсса. – Об этом я не подумала. Впрочем, – вдруг оживилась она, – как раз в этом я, наверное, смогу тебе помочь. Подожди немного.
Я смущённо улыбнулась и кивнула.
– Да, пожалуй, с этого начнём.
А ещё у меня прорезался дар, которого даже у Стэнна не было: я могла «видеть» с закрытыми глазами. Выяснила я это совершенно случайно. Стэнн задерживался на работе, а я боялась, что проснусь, не дождавшись его возвращения, и очень из-за этого нервничала. Закрыла глаза, стараясь успокоиться, и вдруг увидела, как Стэнн торопливо идёт по коридору к выходу из Дома Полиции, на ходу разговаривая с шагающим рядом Рэвалли. Слов, правда, я не слышала, всё происходило, как в немом кино. У стола дежурного Стэнн притормозил, перекинулся с ним парой слов и пошёл дальше. Выйдя за ворота, взмахом руки попрощался с Рэвалли и исчез, уйдя домой Личным Путём. Через несколько секунд он уже обнимал меня. А когда за ужином я рассказала ему, что я видела, он очень удивился и сказал, что всё так и было. А лорд Джэффас заявил, что это – одно из проявлений моих пророческих способностей.
Я только молча кивнула, продолжая поглаживать камушек. В этом движении было что-то завораживающее, успокаивающее, уносящее в неведомые дали. Я чувствовала, что реальность сновидения становится зыбкой, начинает рассыпаться… И в этот момент леди Икэсса накрыла мою руку своей, вернув меня в окружающий мир.
– Не надо так волноваться, девочка, – мягко сказала она, и, проходя к соседнему стулу, ласково погладила меня по голове.
– Здорово! – обрадовалась я. – А когда мы начнём?
– Может быть, – пожала я плечами. – Но что это изменит? Я не могу работать в Тайной Полиции. Там – все такие крутые колдуны, а я ничего не умею. И даже своим пророческим даром ещё пользоваться не научилась. Меня сейчас там только в качестве детали интерьера использовать можно, больше я ни на что не гожусь.
– Интересный вопрос, – загадочно улыбнулась леди Икэсса. – Возможно, твой талисман заранее знал, что он тебе сможет пригодиться, поэтому и появился здесь. Несколько лет назад я нашла его среди своих украшений и сразу почувствовала, что он предназначен не мне. А вот сегодня поняла, что настал его час. Возьми.
Леди Икэсса внимательно посмотрела на меня:
– Изменить всё можно, если сильно этого захотеть. Мне кажется, ты просто должна стать хозяйкой своего сна.
Я бережно приняла камушек из рук колдуньи и погладила его гладкую блестящую поверхность.
И с кончиков её пальцев сорвался маленький шарик. Пышущий жаром огонёк промчался по кухне и влетел в камин, откуда сразу раздался треск воспламенившихся поленьев.
– Меня этому приёму Стэнн научил, когда мы стену ремонтировали. А сейчас руки сами его вспомнили. Через десять лет! Представляете?
Почему-то в первую очередь она озаботилась моей безопасностью, и вскоре я уже вовсю швырялась огненными шарами, мановением руки сшибала противника с ног и за пару секунд накрывала себя защитным куполом. Конечно, колдовских сил у меня было ещё маловато, так что опытный колдун отбился бы от меня, не глядя, но защититься от нападения среднестатистического выпускника Школы Начинающих Магов я уже могла.
Леди Икэсса помолчала, задумчиво глядя на меня, а потом так же задумчиво ответила:
– Мы с мужем как-то ходили на выставку камней. И там купили себе талисманы: я – для него, а он – для меня. Я свой камушек постоянно с собой носила. А когда муж погиб, камушек тоже куда-то исчез. Как он мог здесь очутиться?
– Тоже верно, – согласилась леди Икэсса. – А отсюда следует вывод: тебе срочно надо учиться колдовать. И, пожалуй, я возьмусь за твоё обучение.
– Кажется, ты просыпаешься?
Одного взгляда на мою растерянную физиономию ей хватило, чтобы понять, что со мной происходит.
И занятие продолжилось.
– Что тебе показалось?
– Я знаю, – расстроено вздохнула я. – Я с ним на мыслеречи уже пообщалась. Я не понимаю, что происходит. Раньше я оказывалась здесь только тогда, когда он освобождался и мог уделить мне внимание, а сейчас вот уже неделю я его и не вижу почти. Я появляюсь в полдень, а исчезаю после ужина, мы с ним даже погулять не успеваем. А сегодня, боюсь, я его и не дождусь. Сказать, что так происходит из-за того, что он мне надоел, и я его видеть не хочу, я не могу. Наоборот, я уже по нему соскучилась, мне не хватает наших разговоров… и его самого. И я не понимаю, почему мой сон перестал мне подчиняться.
Так проходили дни. Колдовская жизнь мне очень нравилась, учиться было интересно, и только одно огорчало меня – мои постоянные исчезновения, часто происходившие очень для меня не вовремя.
Я кивнула и крепко сжала пальцы, зажав в ладони камушек. От него шло явно ощутимое тепло, и мне вдруг стало спокойно и уютно, словно кто-то могущественный и добрый дал мне обещание, что все неприятности закончились, и теперь всё будет хорошо.