Папа для двойняшек (издательская редактура): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Только глупостей не наделай, — предостерёг старик. — Есть люди, с которыми ссориться себе дороже…

Итак, все просьбы бесполезны. И Виола даже не может винить Петра Борисовича, он прав по всем пунктам. Не прав тут только один влиятельный Гад, которому давно пора прищемить хвост!

Несомненно, Гаджиев относится как раз к такой категории двуногих. Но выбора всё равно нет, нужно идти к нему «на ковёр» и «поговорить по душам».

Он посмотрел на неё вальяжно, как человек, который всё на свете предусмотрел:

Да, ситуация патовая. Обстановка в клубе, конечно, далека от идеальной и комиссия, скорее всего, сочтёт её неподходящей для детей, после чего действительно вынудит закрыть кружки. И нет чтобы помочь с ремонтом и обеспечить ребятам нормальные условия. Как и всегда, легче закрыть и запретить, чем возиться и что-то делать, потому что денег в бюджете не будет хватать до тех пор, пока здание не станет аварийным.

Виолетта обратила внимание, что у Тимура влажные волосы, а ворот чёрной рубашки расстёгнут. Лёгкая щетина его совсем не портит, придавая оттенок умеренной брутальности. В этот момент, без обычного лоска, он выглядел особенно привлекательно и как-то по-домашнему, что не вязалось с кабинетом, обставленным в строгом деловом стиле. Хорошо, что его чары уже давно на неё не действуют, а вот какая-нибудь неопытная девчонка уж точно бы повелась и растаяла.

— Виолетта, с этими людьми мало кто может поспорить. Я не хочу, чтобы нас прикрыли, — этот разговор явно давался директору столь же нелегко, сколь и ей. — Долгие годы этот клуб был одним их культурных оплотов нашего района, здесь нашли своё призвание множество детей. То, что всем наверху давно на нас плевать, не значит, что мы будем столь же глухи к нуждам детей. Прости и не держи на меня зла.

Виола пыталась расшифровать взгляд Гаджиева. Теперь, когда они уж точно наедине, ему можно не притворяться. Если он помнит о той ночи, то именно сейчас даст об этом знать. Ведь даст? Она продолжала вглядываться в лицо мужчины, расположившегося за большим письменным столом, на котором были разложены какие-то документы, но не видела ни насмешки, ни издёвки. Да, было превосходство, но для Тимура это обычное состояние, а ещё небывалое удовлетворение, словно он чем-то очень доволен.

А ведь тут, в этом потрёпанном временем клубе, нашли оплот дети из малоимущих семей, у которых каждая копейка на счету. Виолетта сама была такой, поэтому прекрасно понимала, в каком бедственном положении могут оказаться детишки. Здесь оплата за кружки и секции чисто символическая, без накруток и прочего (чтобы дирекции хватило хотя бы на погашение коммунальных платежей), тренера работают почти даром, скорее даже, подрабатывают, потому что у всех есть своя полноценная работа, а клуб так, больше благотворительность. Родители этих детей просто не потянут всякие новомодные спецзанятия в уютненьких кабинетах-офисах, потому что стоимость там настолько же приличная, насколько хороша и атмосфера.

Клуб спортивного бального танца «Престиж» находился почти в самом центре города и занимал часть первого этажа многоэтажного новостроя премиум-класса. Виолетта даже боялась представить, сколько тут стоит аренда и, соответственно, занятия для танцоров. Наверное, ходить сюда сможет позволить себе только золотая молодёжь и прочие толстосумы. Громадные окна были зеркальными: с улицы не разглядеть, что происходит внутри. Серебристая надпись «Престиж» над входом наверняка вечером засияет неоном.

— Неужели у вас совсем нет никакого влияния? — это была последняя жалкая попытка отсрочить неминуемое.

Глава 16

— Хорошее было время, да? — кивнул Тимур на снимки, проследив за взглядом Виолетты, и, кажется, ничуть не смутился из-за этого своеобразного фотоколлажа. — Ты, я, один паркет на двоих… ну, и прочие мешающие факторы…

То, что под «мешающим фактором» он подразумевал Ярослава, Виола ещё могла бы понять, но вот Хелен… Жена всё-таки, да и малыш имеется. И вообще, интересно, как относится Лена к подобному «фототворчеству» супруга? Или она тут не бывает?

— Окно приоткрой, пожалуйста, — выдавила Виола, хотя с удовольствием выбежала бы сейчас на улицу и больше никогда не переступила порога этой гостеприимной обители.

— Это всё затхлый и заплесневелый воздух, которым ты регулярно дышишь в этом своём клубе офицеров. Вот и результат! Я сам там чуть не задохнулся, пока с директором общался, не знаю, как дети выдерживают.

«Дышим, Виола, дышим!» — она с трудом сглотнула и принялась за дыхательную гимнастику, гася подступающую панику.

— Прошлое, Виола, имеет свойство возвращаться, — ответил он таким тоном, что у неё моментально взмокла спина, а по телу прошёл озноб. Руки автоматически сжались в кулаки. — Особенно если в нём остались неразрешённые вопросы…

— Зато твоя полностью соответствует твоей гадостной сущности: Гад он и в Африке гад! — снова не сдержалась Виолетта и тут же мысленно посетовала, что пока не способна выключить чувства при разговоре с ним, хотя и отчаянно пытается. Он продолжает вызывать в душе бурю эмоций, как и обычно, крайне отрицательных, но равнодушия, которое она так стремится продемонстрировать, нет и в помине.

— Я сказала, что работаю только с детскими группами! — сказала она с нажимом, стараясь удержать истерические нотки. Находиться в одной комнате с Тимуром становилось всё невыносимее. — У меня свои причины. Если тебя что-то не устраивает…

— Кажется, тебе нравится то и дело записывать меня в монстры… Скажи, как мне на это реагировать: всерьёз обидеться со всеми вытекающими для тебя последствиями или просто посмеяться?

— Вот это уже конструктивный разговор, — Гад откинулся на спинку кресла и принял расслабленную позу. — Оформим твою танцевальную студию «Фиалка» в рамках моего клуба, но по особой статье, организуем её ученикам льготные условия: пусть платят столько же, сколько и раньше. Видишь, на какие уступки я готов пойти?

— И в чём тут подвох? — вздёрнула бровь Виолетта. — Никогда не поверю, что ты шантажируешь меня из-за моей же гениальности и незаменимости и заботишься о незнакомых детях.

— Если действительно хочешь, чтобы я у тебя работала, у меня есть несколько условий, — проговорила Виола, стиснув ручку сумочки. — Первое и главное: я работаю только с детьми. Подростки и взрослые не моя стихия.

— Эх, не ценишь ты моего хорошего расположения, не ценишь, — тон Гада стал жёстче. — Я ведь так любезно пригласил тебя сюда, но ты не пришла, — его взгляд сделался острым и пронзительным. — Тогда не буду оттягивать неизбежное. Твоя танцевальная студия обречена. Впрочем, не только она, но и все остальные клубы и кружки, которые подвизаются в этой развалюхе, которая носит гордое название «клуб офицеров». Их закроют, и я об этом позабочусь. Помещения в ненадлежащем виде, обстановка совсем не подходит для детей, сама понимаешь…

У Виолетты просто язык чесался спросить: «И чего же ты хочешь за эти самые уступки?» Но она решила проверить границы, за которые он готов её выпустить, а потом уже решать, ставить свою подпись под годичным контрактом-приговором или нет.

— Мои ребята продолжат выступать от имени моей студии, их достижения или проигрыши никак не будут касаться тебя. И спасибо, теперь можешь закрыть окно, — Виолетта задышала спокойнее.

— Они не потянут оплату, — покачала головой Виолетта. — Ты ведь и сам это прекрасно знаешь. Потому и предлагаешь, да?

— Угу, обычные слова, которые говорит абьюзер жертве: ты сама виновата, что я так с тобой поступаю, — Виолетта злилась всё больше.

Честно говоря, она бы этому совсем не удивилась. К чему ему такой балласт? Это для неё ребята стали почти семьёй, а для него они просто кучка оборванцев.