– Здесь, – я резко остановился, и эта недотепа довольно‑таки болезненно врезалась мне в спину. Я зашипел – она отшатнулась. Приятно, когда тебя боятся.
– Чего? – не понял я.
– Вы‑у оба‑у дураки‑у и авнтюристы‑у! Заче‑ум вам драко‑ун?! Без нее бы спра‑увили‑усь! Вот проснется‑у мало‑о‑у вам не покажется‑у!
Шимми, тем временем, извлек какую‑то бумагу – судя по вензелю, из Звездного казино – внимательно ее изучил и сочувственно воззрился на Леру.
Я снова нырнул в Тень, подошел вплотную, обнял за талию.
– Да, Этернидад, – глухо прозвучал ответ, но монстр так и не пошевелился.
– О‑ун там что‑у, совсем оди‑ун?! – испуганно замяукал Сириус и, потянувшись рассмотреть бой получше, чуть не свалился с дракона. Винсент успел ухватить его за хвост. – Пусти‑у! – взвыл кис. – Там Ася‑у!
Потом был фарс с исполнением желаний, и Кевину наконец удалось свести более близкое знакомство с рыжей красоткой, которой, как и ему, не повезло в игре. Своим отвязным чувством юмора Кида произвела на Кевина впечатление, и жизнь впереди почти окрасилась в радужные тона, когда выяснилась, что эта милая леди – дракон, и представителей любых других рас она не то чтобы на дух не переносит, но рассматривает как существ низших. И по поводу предложения Кевина скоротать вечерок в ожидании возвращения маркиза вдвоем, она смеялась едва ли не больше, чем над желанием ушастого мутанта жениться на драконе.
Первой вскочила Леринея и, уперев руки в бока, грозно сверкнула глазами на растянувшихся на земле мужчин.
– Боюсь, я не могу выполнить вашу просьбу, – как можно мягче произнес он. – Для этого есть особые причины…
– Ну, ты сравнил! Там какие‑то герои фальшивые, а у нас тут…
– Кида, подожди, – ах, ты мой суровый воин, ненаглядненький! Не до церемоний ему сейчас, да и мы теперь соратники. Нет, вот честно, люди такие смешные! То все расшаркивался: "леди Кида" и на "вы", а теперь только по плечу не хлопает. Но мозги, вроде, и у этого не набекрень. Эрмот протягивал мне мою Ниаридесс. – Возьми, тебе она нужнее.
Я закрыл глаза и представил себе холл Звездного казино. Никаких волшебных слов на самом деле не требовалось. Просто, не зная, как казино выглядит, попасть туда можно было только с поручителем. А вот те, кто знал, редко возвращались в это опасное место по своей воле. Правда, это не значило, что мои соратники, побывавшие в казино не как звездные игроки, а, скорее, как гости, тоже смогут в любой момент вернуться. Подозреваю, из всех нас только я мог вспомнить, как выглядит холл. Велиал незваных гостей не любил и предпочитал, чтобы с выигравшими у казино расплачивались поручители. А может, мои друзья и могли туда попасть снова, хотя бы, чтобы на автоматах поиграть. Вот только сомневаюсь, что в таком случае кому‑то из них светило сорвать куш. А может, я и ошибаюсь. По мне, так вообще бы в жизни этого Звездного казино не видеть. Но я дал слово.
Ну, все, понесло говоруна. Я покрутила пальцем у виска.
– Ну ладно, не горячись, сама не знаю, почему так брякнула, – сказала я извиняющимся тоном, потому что почувствовала, что оскорбила его как профессионала. А вот на счет (насчет) магии могла б поспорить, но промолчала. Старик принял мои извинения как должное, ведь для него магия – основа жизни, смысл бытия, и вдруг появилась какая‑то соплячка и хочет в один миг изменить сложившийся веками стереотип. Человеку, выросшему на высочайших достижениях современных технологий, сложно поверить в существование какой‑то магии. Она есть разве что в сказках о золушках. А все непонятные вещи, которые проделывал старик, можно объяснить скрытыми механизмами, что приводятся в действие нажатием на рычажки. Ну, или что‑то в этом роде.
– Хм… – ректор снова покрутил головой, словно ожидая от нас ответа или помощи, потом кивнул своим мыслям и что‑то колданул.
– Да, история занятная, вижу, не врешь, хоть концы с концами все равно никак не сходятся. Ну да ладно, времени у нас достаточно, так что разберемся. Ногу мы сейчас вылечим, а вот с перевоплощением будет труднее, – сказал Изах, подходя ко мне. Он приложил руки к моей больной лодыжке. Я попыталась было отдернуть ногу, но он жестом меня успокоил, мол, все в порядке, ничего плохого не сделаю, и я поверила. От его ладоней заструилось приятное тепло и боль потихонечку начала отступать, когда он убрал руки, она совсем исчезла. Я, не веря своим ощущениям, пошевелила ногой – ничего, встала – тоже ничего, даже попрыгала на ней – и все равно ничего, боли не было.
– С ней‑то все равно придется иметь дело, – невесело покачал я головой.
– Ну он сказал, что четверо точно боевые, – протянул папа. – Или что четверо точно маги?.. Или их всего четверо…
В наступившей снова тишине я задумался о том, что произошло между Кевином и Лерой. Что‑то произошло. Определенно. И дело не в том, что он умер у нее на руках. Когда мы вернулись, она долго о чем‑то говорила с Морганой, а потом во всеуслышание заявила Винсенту, что любит Валета и отказываться от своего чувства и предавать его не собирается. Смело. И безрассудно как‑то. А Дог…
– Ух ты! – не выдержал я и прижал к груди вожделенный символ моей принадлежности к гильдии магов.
– Ты не угождала гипотетическим работодателям своим длинным языком, Кида! – перебил мою импровизированную автобиографию вампир. – Шла бы ты спать, понимаю, что еще рано, но завтра мы выходим с восходом солнца.
Но истинную тревогу вселяли слова о Повелителях. Если это правда, то… Да, нужно скорей найти Хайнора, он должен знать про них намного больше. Пусть думают, что хотят, но я пойду, даже дослушивать их не буду.
– Неправда. Теперь у тебя есть я.
Договорить он не успел. Вот вроде бы и отвлекся я от происходящего всего‑то на пару мгновений, а эта компания уже снова завела перепалку на грани фола.
Они разговаривали тихо и на эльфийском, но слух у меня отличный, и почти все языки я знаю, так что это не проблема.
– Это ты меня прости за навязчивость.
– Ты‑у еще того некроманта‑вампира из команды героев вспомни‑у! – Сыр недовольно помахал хвостом. – Если брать тех, с кого зеркало начинало, то мяу‑магов‑то и не получается.
Я не шахматист – я убийца. Большой обоз с нажитым за долгую жизнь добром не торопясь полз по пыльной приграничной дороге. Иртен, его семья, слуги‑люди покидали страну с достоинством, гордо игнорируя предъявленные обвинения. Я убил их всех. Слуг выпил.
– Каждый отряд рыцарей Ордена Дэннора – это сложнейший живой артефакт. В действительности существует лишь один командир, а остальные – его высокоорганизованные дубли, с собственным магическим кодом. После смерти Кирта, остальные псевдо‑жизни лишились магической основы, осталась лишь оболочка, автоматически выполнявшая свои функции на протяжении некоторого времени. Фокус с кинжалом был лишь встроенной программой, основанной на заблуждении людей и прочих существ.