– Боюсь, в рулетку не ставят того, что я хотел бы получить. Или вернуть.
Моргана была из рода Оникс – увядающей ветви Говорящих. Она жила в маленьком захолустном городке Триэль, парой миль севернее Риндейла, занимаясь родовым ремеслом – ювелирным делом – и привнося в него выгодные нововведения.
– И все же, – она погрозила мне пальцем, – я не верю, что есть только то, что ты оставил в прошлом. Есть ведь и то, к чему ты стремишься.
– Винс, ты извращенец! – выдавил я, воюя с непослушным поясом. – Лучше помог бы.
Мужчины стали готовиться ко сну. Сайрус разжег костер, длинноухий пошел искать дичь в лесу, паладин ставил палатки. Кто удивил меня, так это Реймон. Он сел рядом со все еще не отошедшим Тимом и стал его успокаивать. Похоже, некромант не совсем такой, каким хотел выглядеть перед.
Может, потому что мне надоело участвовать в бессмысленном, но искрометном диалоге, а поговорить было больше не с кем, а может потому, что я просто привык к звукам старой башни и прекрасно чувствовал любой диссонанс, я первым услышал посторонние голоса. Правда, поначалу я не придал им особого значения и, лишь опознав в одном из говорящих Аля, стал прислушиваться.
В таком довольном состоянии его и застал вошедший в комнату повеселевший парень. Он посмотрел во внимательные глаза мага и понял, что серьезный разговор созрел, и его не избежать, и что именно сейчас решиться его дальнейшая судьба.
Вот влипла! Со всех сторон окружили! Ну что ж, в таких ситуациях выбирают меньшее из зол, хотя выбирать‑то и не из чего. Предыдущие два варианта меня точно не устраивают, там перспектива – смерть. Ну а с третьим, может, и пронесет. И я бросилась бежать в сторону дверей. Спиной я ощутила усиливающийся ветер от огромных крыльев и подняла голову посмотреть, насколько близки ящеры. Кажется, мне повезло: за мной летела только одна тварь, другие выжидали, кружа над утесом. Наверное, напасть всем вместе им не позволяла величина площадки, которая хоть и не была маленькой, но для трех "зверюшек" места для маневров все же не оставляла.
– Посмотрим, – он пожал плечами и ушел в Тень.
– Это только мое дело, милая, тут помощники не нужны.
– Да ладно, что было, то было. Но, быть может, все же попробуем подружиться?
– Браво! – особенно громко завопил Ася.
– Ну, хотя бы, потому что им может владеть только избранные, те, у кого непорочная душа. Душа Хранителей. Ведь и Радужные доспехи не передаются по наследству, а каждый раз ищут себе нового подходящего владельца, – не заставил себя ждать с ответом маг.
В коридоре мне встретился хозяин дома, пожилой полусильф Хэйтхен:
– Держи‑и‑и‑и! – завизжал Сыр и попытался ломануться следом за магом.
– Нельзя‑у‑у‑у‑у‑у! – продолжал истерить Сириус, и я решил вмешаться.
– Не бить пока, а просто взять одну вещичку.
Тим тут же уперся ногами, не давая мне сдвинуться с места. Через секунду меня уже обнимал за талию эльф, стараясь оттащить от сородича. Нет, ну а руки‑то зачем распускать?! Тем более что Деганол и сам меня вдруг выпустил. Дальше все произошло мгновенно. Я видела как к нам бегут остальные – всего‑то какие‑то два шага – но рассветник быстро развернулся и толкнул в туман нас троих, уже не пытаясь отделить меня от Фела и мальчишки. Что‑то сверкнуло радугой прямо перед глазами, мне показалось, что сейчас мы все врежемся во что‑то твердое, а потом мир померк.
Отказаться от Зова – это как отказаться от родственной помощи. Это сказать всем, чтобы они перестали надеяться на тебя, потому что ты на них больше не надеешься.
– В казино возвращаться‑у. Полночь. Новая игра начинается.
Этап второй. Отказ от Зова. Между всеми вампирами существует ментальная связь. Мы как бы соединены в одну паутинку. Эта связь помогает нам общаться с Горли, когда они находятся в бестелесном облике. А также Звать на помощь. Зов стремится к тем узлам паутинки, которые находятся ближе всего к тебе. Удобно и частенько спасает жизнь.
– Дог! – Эрмот не на шутку испугался и принялся трясти паренька за плечи.
Кис устроился поудобнее, всем своим видом демонстрируя, что свое высочайшее соизволение даст только в том случае, если Дог его не бросит, а мальчик, видно, приняв этот жест за согласие, наклонился к магам. Одной рукой бережно придерживая кота, другой провел вдоль их тел, словно ощупывая на расстоянии каждую точку в организме.
Я вздрогнул и захотел провалиться сквозь землю. Похоже, о смене тел здесь знали все, поскольку на слова этого пугала никто, кроме меня, не отреагировал. Сириус со свойственной кошкам чуткостью уловил негативные эмоции, прижался боком к моей ноге, вздыбил хвост и тихо зашипел.
"В норке, в углу. Ты где стоишь, там и падай, только к стеночке прислонись", – быстро сообразила эта паршивка.
– Аа‑а‑а‑а! Отцепись от меня!
– Как это‑у причем? – Сырок даже остановился и изумленно уставился на меня. – А кто‑у только что слюни пускал, на драконицу‑то эту глядя?
Кевин сделал шаг вперёд и потянул за собой Моргану. Та тоже сделала осторожный шаг, и её замутило. Голова закружилась, в висках противно застучало. Возникло ощущение, что они на бешеной скорости мчатся неизвестно куда, при этом на самом деле оставаясь на одном месте. Все вокруг неумолимо менялось, больше всего напоминая переливающиеся брошенные в лицо части головоломки. И эта головоломка каждый раз открывала новую картинку. Только делала она это настолько быстро, настолько молниеносно, что человеческий глаз просто не успевал уследить за метаморфозой пространства и посылал тревожные сигналы мозгу.
– Милое, я не помню названия мира, в котором живет тот вампир, Винс, но не могло бы ты показать его снова? Мне очень нужно освежить кое‑что в памяти.
– Ты еще кто? – недоверчиво поинтересовался Эрмот.