— Утихни, мелочь! — прикрикнула на него Саша, а затем улыбнулась подруге с огромной благодарностью. — Спасибо, Женька. Ты самая лучшая.
— Ты смерти моей хочешь, Фридрих! Встречаться в Москве, этом ужасном городе! Нет чтобы приехать на пару деньков ко мне под Варшаву…
— Лучше, спасибо. Но спать всё так же не могу — каждые два часа просыпаюсь, представь себе, и потом ещё по часу ворочаюсь.
Саша почесала бровь. Накануне они засиделись — девушка помнила, что в последний раз обращала внимание на часы в начале третьего. Сколько они не спали после этого, Саша не имела понятия. У ребят ведь было много, очень много работы…
— Есть время заняться делами, — заметил дед, предлагая ему стул.
— У нас нету пяти минут, — дотянувшись до палочки, Саша взмахнула ею — и одеяло спорхнуло с Жени, а следом от неё сбежал и ноутбук-подушка. Шмякнувшись щекой о матрас, Урусова недовольно заворчала, но приподнялась на локтях, сонно хлопая ресницами.
— Кощей побери, это становится всё менее смешно!
— Это жестоко. Я вырубилась только часа четыре назад.
— Звучит по-гейски, — показал большой палец из-за экрана Петя.
Повернув за угол, Саша наконец различила в отдалении голоса — те доносились из холла. К нему девушка и прокралась, едва дыша.
— Ух ты… Да, конечно, мы будем. Но Макс, что случилось?
— Времени у нас всё меньше, — мрачно заметил Петя, ставя тяжёлый ноутбук себе на колени и запуская. — Жаль, что мы не успели закончить хотя бы ввод данных. Дяде Мише это могло бы пригодиться…
Смерив подруг возмущённым взглядом, тётя Таня спросила:
После они заговорили о ситуации в Польше, но Макс почти их не слышал. Все мысли крутились вокруг новости об атаке на мелеховские рудники.
Петя посмотрел на неё, как на отсталую.
— А что в самой основе артефакта? — продолжал допытываться Макс. — Рунические связки, или камни, или всё-таки чары?..
Кофе вдруг стал отвратителен, кусок в горло не лез. Сидеть на месте не было сил. Макс поднялся.
«Хотела бы я поговорить с тобой, прадедушка, — подумала Саша, переведя взгляд за окно, на молочно-серое небо и снежную стену. — Всего бы ещё один разок! Мне столько нужно спросить у тебя…»
— Алло! Поздравляю, вы только что избежали мучительной кары за то, что не перезвонили другу…
— Что вовсе не делает тебя действительно взрослым человеком, — спокойно перебила её мама и вдруг резко опустила чашку на блюдечко — в столовую стремительно вошёл дедушка Коля.
— Я бы с удовольствием посетил ваше предприятие, герр Свидерский, и пообщался с разработчиком. Данная технология нас интересует.
— Я никогда о таком не думала, — понурилась Саша, всё больше проникаясь мыслью, что совсем не знала любимого прадедушку. На страницах дневника девушка не находила того доброго, умудрённого сединами волшебника с улыбчивыми морщинками вокруг глаз, который сажал её на колени и выпускал из палочки цветной дым, принимавший форму животных. Рукой человека, привившего ей любовь к познанию и чтению, были изложены махинации с деньгами, схемы устранения конкурентов, планы атак. Как это всё мог написать прадедушка?!..
— Готов он, как я знаю, на многое, — Свидерский неодобрительно покачал головой. — Даже слишком, мне кажется. Сегодня до рассвета опять произошла атака на мелеховские рудники…
— А прадед-то был тем ещё лисом! — хмыкнул Петя и зачитал: — «…но также, ввиду обострения взаимоотношений между Ройтманом и Кочетовым, имеет смысл дать задание Долохову проникнуть на склады обоих с разницей в пару дней и устроить поджоги. Примечание: основу отбеливающего зелья Ройтмана — изъять со склада, передать в лабораторию, улучшить и выпустить на рынок…»
— Да, на Ибицу из-за тебя не смотались, зато хоть выспались вдоволь, — Ганс показательно зевнул. — Что такое?
— Немедленно, — ответил дед. — Виктор, я заберу с собой половину охраны — вместе с теми, кто уже на рудниках, этого должно хватить, чтобы отбиться.
— Мама зовёт вниз, — пояснила Саша, поднимаясь, замахала палочкой — и одежда на ней разгладилась, на ноги наделись домашние тапочки с заячьими мордами, а по волосам заскользила расчёска. С неохотой покинув кровать, Женя нацепила байку и резинкой стянула рассыпавшиеся по плечам дреды.
Волшебник вздохнул.
Дед никак это не прокомментировал, но по его губам скользнуло подобие саркастичной улыбки. Он подал сигнал, и гостиничные домовики засуетились, накрывая на стол. Усевшись рядом с дедом, Макс взял себе кофе и свежие «Известия».
Саша тоже встрепенулась — она не видела деда уже несколько дней, с самых похорон. Всё то время, что не отлучался из дому по делам, дедушка Коля проводил с бабушкой Оксаной, не выходившей к семье: ел и пил с ней, сидел в оранжерее или спальне, всячески пытался приободрить. А сейчас он выглядел таким встревоженным, что Саша искренне испугалась.