— Мне будет не хватать Константина Аркадьевича, — произнёс он, чем выбил Мелехова из колеи.
— Выкрутилась, — одобрила мама, и Саша поддержала её улыбкой.
— Получилось, как я понимаю, — заметил Макс и испарил окурок.
— Да, верно, тяжёлая неделя, барон. Вся семья…
Это был конец разговора. Герр Лисицын поднялся первым, платком вытирая залысину, и заговорил о том, что пришлёт своего поверенного для подписания бумаг. Следом за ним встал и Мелехов, могуче возвысился над дедовым столом.
— Что мы празднуем, мадам? — насмешливо уточнил её муж.
— Ах так, значит?! — воскликнула Ксения и выдернула у супруга руку. — Долохов? Славочка, где вы? Эскортируйте меня, и чем дальше от господина Голицына, тем лучше!
Пока мама занималась заботливыми расспросами Женьки, Саша переключила внимание на братца. Тот как-то уж очень задумчиво глядел на Урусову, накручивал на палец отросшую прядку у виска и сопел. Лёшка поглядывал то на Женю, то на Петю, а после вновь нырял с головой в свой любимый квиддич.
— Процентов на девяносто, — кивнул Митя и, затянувшись в последний раз, тоже избавился от бычка. — Ну ладно, приятно было познакомиться!
— Да я сам из смешанной семьи, все кузены маглы — надо было с малых лет вдуплять, о чём они говорят.
— Мама? — тихонько позвал Сёма, и тётя Таня наклонилась к нему. Прикрыв рот ладошкой, мальчик прошептал матери на ухо, не сводя взгляд с Жени: — А почему у тёти волосы похожи на червяков?
— Телефон? — на автомате переспросила Саша. Дядя раздражённо дёрнул щекой и процедил:
— Штайнеры! — рыкнула Женя.
— С учётом того, что мы с дамами, Долохов, — напомнил Кирзин.
— …думаю, так и поступим. Доброе утро, семья.
— Вот, а на С++ говорили динозавры, пока не вымерли, — подытожила Женя с лекторским видом. — Мы его в шаманской академии в курсе истории проходим.
— Мне в действительности пришлось, и выбрал я Арабеллу, — ответил дед. — Потому что именно она стала моей семьёй.
— Разуй глаза, щегол! — прикрикнула она, но тут же испуганно охнула и поклонилась. — Батюшки, господин Кирзин! Прошу, посмотрите мой товар!..
Саша прыснула и поспешила зажевать смех блином. Откинув за спину дреды, Женя серьёзно сказала Грише:
— У тебя есть минутка? — мама поднялась к ней, мягко взяла за руку. — Я бы хотела с тобой поговорить.
— Круто! — восхитился подслушивающий Гриша. — Я тоже хочу быть шаманом!
Тяжело вздохнув, Макс потёр переносицу. Его накрывала волна безысходности, панического страха будущего.
Подкравшись к Жене, Мирослава вцепилась в её руку.
— Я… приношу извинения, господин барон. Очень напряжённая неделя.
— Тоже мне, подвиги! — хмыкнула Ксения. — Пошёл туда — не знаю куда, принёс то — не знаю что… Ты, сестрица, не на тех мужчин заглядываешься!
Судорожно вздохнув, Макс вжался в спинку кресла, стиснул на подлокотниках кулаки. Всё наконец встало для него на свои места, и Макс возненавидел себя за то, что годами крылся в подростковых обидах. Он так отчаянно боялся стать для семьи блеклой тенью своего отца — и вместе с этим упустил причину, почему и мать, и бабушка, и дед искали его отца в нём. Макс вспомнил чувства, которые испытал, когда увидел Алексу под прицелом палочек наёмников. Что бы с ним стало, сорвись с одной из них зелёная вспышка Авады?..
— До того, чтобы дать тебе кучу золота и царевну в придачу, — съязвил Долохов. — Сам-то как думаешь, Мышкин?
— О том, что мне действительно будет не хватать старого Мелехова, — протянул дед. — Но его поколение ушло, а следом исчезнет и наше с Арабеллой. Мир достанется горячим юнцам, таким, как Михаил Мелехов или наследники Кирзина, Ройтмана.
— Потому что он твой брат, который тоже, в общем-то, имеет право участвовать в нашем небольшом исследовании.
Макс едва удержался от того, чтобы презрительно поморщиться.