Когда её мама вышла, Вася робко подняла глаза от тарелки. Воровато оглядевшись, девочка единым духом выпалила:
— Так разрешите мне поехать! — запальчиво повторил Макс. — Пожалуйста.
— Верно. Ещё?
— Я не смог выяснить это, — досадливо признал Макс.
— Опять? — папа вздохнул и, приобняв её за плечи, завёл в свою лабораторию.
Макс тихо вздохнул и захлопнул томик. Проследив за его действием, бабушка отстранённо заметила:
— И всё вышеизложенное ты успел за один день?
— Мне страшно, Саша! Я всё время думаю, что тогда вместо тебя!..
Или ей показалось, или отец правда вздрогнул.
— По тебе видно, — хмыкнула Саша.
Здесь пахло Сашиным детством. Все эти склянки, пробирки и колбы она знала когда-то наизусть, как и их содержимое. Девушка подозревала, папа втайне надеялся, что она пойдёт по его стопам — но увы, ни Саша, ни Петя не унаследовали его таланта к зельеварению. Отец отнёсся к этому философски и никогда не настаивал.
— Охотно, — Макс спешно поправил мантию, не желая выглядеть перед ней заработавшимся неряхой. Жестом он предложил перебраться в уютные кресла возле камина. — Что вы предпочитаете?
Бабушка повернулась к нему, посмотрела оценивающе.
— Нет, — дед сделал знак приблизиться. Он сидел в кресле за рабочим столом и читал длинное донесение, а бабушка изящно устроилась на подлокотнике и просматривала послание вместе с ним. Её длинные медовые волосы струились по широким дедовым плечам, и барон механически перебирал пряди. — Что такое, Максимилиан?
— Мы отправляемся с утра.
— Всё правильно, Максимилиан, — спокойно отозвался дед.
— Это зелья. Герр Ройтман держит вторую по величине — после головной мелеховской — фабрику по производству зелий для дома. Его жена из Кочетовых — это заготовка ингредиентов. Среднюю дочь он выдал за внука министра магии, старшую — за наследника Кирзиных. Герр Кирзин женат на родной сестре герра Шендеровича.
Ответив большим пальцем вверх и отложив телефон, Макс с силой провёл руками по лицу, волосам. Семёрка… он слышал это название от матери, и голос её дрожал от гнева и отвращения; слышал от деда — и тот предостерегал юношу от ошибок отца. Что касается бабушки…
— Я не должен был, — забито возразил отец. — Петар должен был жить… должен был жить Георг, — отец поднял на Сашу покрасневшие глаза. — Макс должен был жить. Я ненавидел его, но у него был смысл — его семья.
— Нас было семеро, — наконец произнёс отец. Распрямившись, он ткнул пальцем в снимок. — Я. Макс. Яков, — он указал на высокого плечистого парня, высоко вздёрнувшего подбородок и криво усмехающегося, — его в скором времени заменил Георг, младший брат Макса, но здесь его нет. Это Деян, — другой здоровяк отличался чисто выбритой головой и тяжёлым, расчётливым взглядом отличного дуэлянта. — Петар, — этот огромный детина возвышался над всеми в группе и неуловимо напоминал Саше медведя (густой бородой и копной тёмных волос, наверное). — Аларикус, — тщедушный парнишка рядом с Петаром смотрелся не более чем тенью от руки здоровяка.
— То есть… Как?.. Кхм… — кашлянула Саша, не зная, что и думать.
— И хорошо, что выжил, — Саша обняла папу крепче, давя собственные слёзы.
— Бабушка.
— Дай сюда, — отрывисто приказал отец, забирая у неё книжку. Он дёрнул слишком резко, и откуда-то из-за корешка выпорхнула колдография.
На этот раз Макс решительно встретил его взгляд.
— Тш-ш-ш… Ну тише, тише, — погладила Саша её по плечу. — Ничего плохого ведь не случилось, верно? Мой друг меня спас, а до тебя здесь никто не доберётся! Ты видела, каких бугаев дядя Витя привёл?
— Ещё? — Макс быстро моргнул.
В приподнятом настроении Саша закончила завтрак и задумалась, чем бы заняться. Дома развлечений имелось не очень много. Выходом как всегда было подняться к себе и поваляться в кровати, плавая по просторам Интернета или даже включив сериал. Обычно на их просмотры у Саши не находилось времени, но сейчас…
Бабушка медленно повернула голову к нему, чуть склонила к плечу, и медовые волосы поймали блики пламени.
— С этим мог справиться и глава нашего завода. Вам вовсе не нужно ехать по такому мелкому поводу.