— Как только вы вошли в зал, — сказал Летар, и его оледеневшее лицо вдруг раскололось, подмигнув эльфу в ответ. — Так вышло, что я узнал эту парочку наёмников. Раньше, чем они меня.
— Мою травму алкоголем не исцелить.
— Ты точно мой брат? — перебил его Найррул. — Наивность тебя не красит.
Летар следил за этим из внутреннего помещения дворца, потирая отпечатавшуюся на запястье портальную метку, которая должна была послужить их билетом прочь из осаждённой столицы. По поводу речи у него были двоякие ощущения. Витилесса готовилась к падению города, сотрясая воздух фразами о его величии и о грядущей победе над Краем. Грозила разорвать западных захватчиков в клочья, а сама чуть не взорвалась, узнав о дезертировавшем несколько дней назад бароне с полутора тысячами солдат. Про дракона она не произнесла ни слова, хоть Мэлоди чудом и удалось удержать того на цепи.
Внимательно прислушивающийся к разговору инженеров Летар цокнул языком. Если Нэйприс интересуется магией, это не к добру. Звук привлёк внимание Кириона. Эльф помахал перед убийцей рукой, и взгляд того невольно сосредоточился на тонких красных волосках, покрывающих бронзовое предплечье эльфа.
Двое стражников взялись за дверные кольца и распахнули проход для императорской семьи и «эльфийского посла». Группа высокородных прошла в зал, который Летар толком не успел разглядеть, и двери вернулись на место. Стражники тут же оттеснили неприглашённых подальше от проёма. Убийца кисло глянул на необременённые интеллектом физиономии подвижной мебели, пригодной только стоять на проходе, и лицо его вдруг приняло сосредоточенный вид.
— Нет же! Акцента не было совсем! — в унисон с мыслями убийцы проверещал Киль. — Говорил так, будто знает меня!
— Не слишком ли ты цепляешься за совпадения? А впрочем… Последний месяц подсказывает мне, что это оправдано. Так маг из верхушки запада? — Летар вновь потёр лицо. — Там есть кто-то приметный?
— О да, прекрасно, — энергично закивал эльф. — На своей верности Архипелагу клянусь не вмешиваться в ваши дела.
— Чем меньше там будет простых горожан, тем лучше, — прокомментировал Нирэйн удручающую процессию. — Легче будет оставить тех, кто ещё в городе.
— Когда? — переспросил он.
— Что произошло? — Нэйприс не дала лорду вывернуться.
— Узнать, что умеет хвалёная столичная гильдия.
Летар поднялся, поставив сапог на грудь трепыхающегося Киля. Меч выпорхнул из ножен и расчертил на полу кровавую полосу. Испачканная печатью кисть отсоединилась от руки, будто и не была никогда её частью. Последовавший за этим крик был полон скорее страха, чем боли.
— Разберёшься с печатью и считай огнелист у тебя в кармане, — насмешливо добавил эльф.
— Вы утверждаете, что вы законная императрица. Как вы можете быть законной, если Ульф лишил вашу семью права наследования?
— Витилесса Лит, старшая в семье, законная императрица Синномина. Рядом со мной мои братья — Нирэйн и Найррул, сестра Мэлоди и эльф по имени Кирион.
— А зачем мне это? — задался Киль вопросом, который Летар очень не хотел слышать. — Мне жить осталось несколько дней!
На двери распахнулась смотровая щель и уставилась Летару куда-то в грудь. Убийца поднял ладонь на уровень щели и чуть поводил из стороны в сторону.
— И это вся история? — перебил Летар. — Он не управился с магией?
— Ни в коем случае, — процедил Кирион.
— Мы не рассчитывали на присутствие ещё одного мага, — министр прищурился. — Но вы, как дипломат, должны понимать ценность невмешательства.
Вернулся парень-посыльный.
К несчастью для министра, именно в этот злополучный момент двери в зал с грохотом распахнулись, и внутрь ворвался Летар. Мгновенно оценив ситуацию, он перехватил свой меч обратным хватом и метнул, словно копьё. Железка рассекла воздух и ударила министра в лицо, выбив из него дух.
— Убить и его!
— Хорошо, что ты понимаешь свою слабость. Ты ничто, — заявил принц, выудив из кармана рыжие листья. — И за это спасибо листикам.
— Да как ты услышал? — вытаращился Кирион. — Ты был за дверью!
— Почему ты спросил? — рассекла возникшую тишину Витилесса.
— Но ещё не было… — человечек запнулся.
Витилесса вышла из кареты первой. Несгибаемая спина, расправленные плечи. Её непробиваемой мантией служил царственный вид, не испорченный недельной поездкой по ухабам вдали от цивилизации. Следом выпрыгнули её помятые братья. Найррул сразу предупреждающе положил руку на меч у пояса. Нирэйн же предложил руку младшей сестре, выбирающейся из кареты последней.