— Не убирает печать, я в курсе, — отмахнулся Летар. — Но пробелов в формулировке не было. Значит в работу печати кто-то вмешивается. Заказчик — это наиболее вероятный вариант.
Летар вытаращился. Слова произвели эффект, будто в его голову только что подкинули горящих углей. Пожар мысли разросся мгновенно.
— Рассказ? — переспросил Летар почти не удивившись. Он был готов услышать любое требование. Рассказ — это ещё сравнительно безобидно.
Первым что-то заметил Нирэйн:
Тем временем её сестра Мэлоди, уже однажды поймавшая Летара на преступлении, не сводила взгляд с руки убийцы.
Печати — иррациональное, независимое от магов как таковых явление, невесть откуда черпающее энергию. Но печати подчинялись безупречной логике, следуя букве условий, которые каждый задавал себе сам. И Летар своё условие выполнил. Архимаг мёртв, как ни крути.
— Сперва звучит не так плохо, как можно себе нафантазировать, — неопределённо ответил убийца. — Вы поэтому такие чокнутые?
— Боги, — раздался из кареты полный страдания голос Найррула. — Они уже хамят друг другу. Они спелись! Мой брат спелся с убийцей!
Коротким движением он выпустил хлыст пурпурной энергии и смахнул бревно с дороги.
Нирэйн Лит отмахнулся, как от мошки.
— Допустим, — сказал эльф, не желая препираться, как это уже было, когда он поднял тему схожести человечьих и эльфийских имён. — Слушайте, Лит, меня который день терзает любопытство. Кого вы вознамерились убить?
— И куда вы хотите портал в случае чего? — спросил Летар у Лит, любуясь магическим наручем.
Характеристика прозвучала звонче пощёчины. Летар с наслаждением проследил, как краснеет лицо Мэлоди. Мимолётную радость выжгло, когда эльф указал длинным ногтем на убийцу.
Вмешалась его старшая сестра.
Нэйприс подошла поближе и настороженно, как олень, услышавший хрустнувшую ветку, последовала за Летаром и Найррулом вглубь поместья. Она старалась не вертеть головой, но бегающий взгляд все равно выдавал страх перед неизведанным.
Летар непонимающе моргнул. Объяснений от колдуньи не последовало, и он кивнул на Нирэйна.
Летар с раздражением отметил, что прежде никогда не хотел вернуть свою магию только затем, чтобы превратить чей-то снисходительный взгляд в испуганный. С расширенными зрачками, побледневшим лицом и внезапным сожалением о заносчивости. Но за неимением магии, убийца решил ударить словом:
Справившись с парализующим мозг шоком, Летар принялся думать.
— Именно, — хмыкнул Летар. — Как думаешь, сколько черноволосых и кареглазых людей вокруг?
— Ещё чего. Дракона приручу я. У меня энергии не с два зёрнышка.
— Ну ещё бы…
Вместо них всё сделала Витилесса. Императрица выпрыгнула из повозки и запустила руку в подсумок на поясе Мэлоди, выудив оттуда очередной кристалл концентрированной энергии. Уверенный бросок отправил кристалл внутрь сжатого кольца, и Мэлоди едва успела накрыть свою ловушку ещё одним слоем энергии. Взрыв глухо ударил по голубым пластинам изнутри, и только Летар не поспешил брезгливо отвернуться или хотя бы поморщиться. Энергия замерцала и иссякла, вывалив наружу нелицеприятные останки шайки.
— Королевна! — в сердцах воззвал Кирион к своей правительнице. — Ну ты и зануда, парень. Но если тебе так интересно — всё верно, они занимались делом молча. Но ты, видимо, в порядке исключения хочешь нашептать мне всё о драконах на ухо.
— Сбежавший герцог, — снова кивнула Витилесса. — Выскользнул из рук Ульфа, вернулся на родину и тут же повёл собравшуюся армию в наступление. Времени не теряет… Даже более того, выглядит, как заготовка. У Края был план именно на такой случай… Тысяча кораблей — сколько это людей, Найррул?
«Он не мог выжить. Он мёртв», — Летар не мог остановить перестук этих мыслей. Они повторялись как мантра, заглушали всё прочее, мешали думать. Хотелось вытеснить их, выплюнуть наружу, чтобы они прекратили въедаться в подкорку. Но что придёт им на смену?
— Правда? — Кирион с недоверием присмотрелся к убийце. — Звучит интригующе.
Нирэйн подавился смешком.
Нирэйн отодвинул убийцу и прошёл мимо с такой уверенностью, будто инстинкт самосохранения был выдумкой для простолюдинов. Летар перевёл взгляд на Найррула. Тот без особого восторга взирал в ответ. Разница в их росте была не такой уж и большой, потому чуть вздёрнутый подбородок юного аристократа смотрелся как вызов, а не как нелепо запрокинутая голова.
— Мэлоди! — голос Витилессы впервые преодолел порог спокойствия, раздражённо одёрнув колдунью. — Я всё ещё не убеждена. Найррул, а почему Нирэйн дал ему сюда прийти?
«Переучивать глупцов — не моя задача», — сказала она. — «Моя задача избавиться от них».