— Тебя вообще не сломить?
Витилесса взглянула на Нэйприс, стоявшую позади, и вроде бы чисто по-женски смутилась, увидев, в каком та состоянии. Но миг смущения был так краток, что можно было принять его за мираж. Витилесса взяла себя в руки раньше, чем кто-либо что-нибудь заметил.
— Вот и прекрасно, — пробурчала Мэлоди, отвлёкшись от своей задачи.
— Боги! — взвизгнула Нэйприс, озвучив мысли Летара. Затем уже добавила свои. — Самоходная карета! Вам удалось!
— Ты же так молодо выглядишь! И ты все десять лет исполняешь заказы? Как тебя не поймали?!
Инстинкты подсказывали Летару, что неплохо было бы оставить издёвки и начать волноваться о том, не умрёт ли он раньше, чем истечёт срок действия печати. После увиденного в Вионе он слабо представлял себе, кто и как может оглушить дракона в одиночку. И уж точно не видел в этой роли заносчивую высокородную девчонку.
— У нас проблемы. Масштаб неопределённый.
Императрица смерила его безразличным взглядом и слова адресовала брату:
— Тебя мы в любом случае не стали бы трогать, — пробормотал Найррул себе под нос.
— Печать телепортации, — произнёс эльф, вмешавшись в разговор. — Есть и такое заклятье в пределах моих возможностей. Но я не смогу её применить. И ваша женщина-маг тоже, потому что будет занята драконом. Нам нужен кто-то ещё.
— Паскудёныш? Вот как… — Нирэйн пришёл к какому-то своему выводу, развернулся и подал условный знак своей сестре. Затем снова пересёкся взглядами с разбойничьей шайкой и горделиво вскинул подбородок. — Итак, слушай сюда, сын золотаря и портовой шлюхи…
— Хо-хо, бой будет занимательным, — эльф хрустнул пальцами и взялся за их разогрев. — Как бы мне не умереть от старости посреди боя.
От идеи с поездкой на лошадях они отказались. Вместо этого, животных запрягли в новую карету, любезно предоставленную бароном Маласа. Витилесса нанесла визит к градоправителю в сопровождении одного только Нирэйна, пока остатки группы ждали у ворот. По намёкам братца можно было понять, что барон признавать императрицу не спешил, но был очень рад избавиться от дракона под стенами города ценой одного экипажа.
Взмах, и на ладонь убийцы лёг слой чёрной краски. Печать тут же сменила цвет на светло-серый, снова выделившись на фоне кожи. Кирион попробовал ещё несколько способов проверки, и каждый подтвердил подлинность печати. Эльф что-то неразборчиво проворчал и опустил руки.
— Подчинить сказочное существо? Почему бы и нет, — Кирион пожал плечами. — Это будет не первым моим столкновением с живым мифом.
— Я бы рассказал, но это будет очень скучная история, — сказал он, а затем вдруг встрепенулся. — Эй, просыпаемся!
— Печать на месте, — не отступил от своих слов Летар.
Глава 11
Летар едва разлепил глаза спросонья и осмотрел сегодняшнее убранство хижины эльфа. Ему потребовались годы, чтобы полностью свыкнуться с тем, что каждую ночь хижина меняет свой вид на что-то новое. Бывало Летар не засыпал всю ночь, чтобы увидеть момент превращения, но из раза в раз метаморфозы хижины избегали внимания юнца.
Как бы то ни было, сейчас она стала бревенчатым одноэтажным домом. Обустроенным аскетично, а значит сегодня наставник собирается провести большую часть дня снаружи. Скорее всего, предаваясь какому-нибудь бессмысленному занятию вроде наблюдения за облаками или рыбалки. Летар не мог его винить. Волосы эльфа поредели, лицо и руки покрылись морщинами. Он всё реже обучал Летара на практике и всё чаще участвовал в тренировках вербально. А потому юному магу приходилось осваивать стихийную магию почти что в одиночестве. Сразу всю. Никаких полумер, никаких ограничений. Если любимое дело не старит тебя раньше времени — занимайся им с рассвета и до заката, с заката и до рассвета. Хватай сразу все возможности и выворачивайся наизнанку в стремлении стать лучше. Рассуждая в таком ключе, Летар уже освоил всё, что эльф мог поведать ему об исцелении. Теперь на очереди вся остальная магия в мире!
— Жители Фьерилана! Если среди вас есть достойный лекарь, граф Дитр Каас требует вашего присутствия во дворце!
Шло время, а огонь мести не угасал в душе Летара. Тушить внутренний пожар было решительно нечем, и Летар день изо дня обдумывал свою затею. А по ночам он погружался в череду кошмарных снов. Стоило закрыть глаза, и вот, наставник снова оказывался жив. Улыбался Летару. Пока его зубы и волосы не начинали стремительно выпадать, а взгляд не выцветал.
Потративший монету в никуда стражник нахмурился и замахнулся, чтобы дать Летару затрещину за глупые розыгрыши. Юный маг вскинул руки быстрее. Резкая вспышка белого света озарила весь двор. Стражники отпрянули и похватались за глаза.
Пара шаров нашла свои цели. Один из стражников страдал от мигрени. Второй… Летар напрягся. У второго на печени расположилась узловатая опухоль, пустившая корни в диафрагму и лёгкие.
Раздался глухой голос Найррула по ту сторону кареты:
— Страшилки, — кашлянул Летар. — Всё было чуть менее драматично… — он краем глаза глянул на снова подавшегося вперёд эльфа. — Но и твоя версия достаточно близка к истине.
— Так тащи целителя сразу к нему! Чего ты медлишь?! Пошёл, пошёл!
Ведь не деньги были проблемой.
На этот раз стражники оказались бдительнее. Один из стоявших у входа во дворец стражников завидев Летара прищурился, а стоило подойти ближе, вытянул меч и направил юному магу в грудь.
Юный маг ухмыльнулся во весь рот и прибавил шаг. Следующим пунктом он прошёлся по бедняцким кварталам, направо-налево размахивая руками и излечивая всем нищим на пути зубы, ноги и кишки. Увеличится ли уровень счастья, если снизится уровень горя? Летару было наплевать. Это был его чистый и незамутнённый лишними рассуждениями вклад в торжество жизни над болезнью.