— Это, — Летар помолчал, подбирая слова, — поможет тебе определиться. Там действительно очень много. Чтобы забрать награду, мне понадобится тяжеловоз-другой.
— Я не вижу, как изменилась ситуация. Что насильник, что вор, всё одно — враг. Мне тебя пожурить за то, что ты расправилась с врагом? Ты точно понимаешь, кто я? Тебе напомнить?
— Мечтай, — отмахнулась девушка.
— И все равно, ты много умеешь для сопляка.
— Там что, взаправду так много, что это изменит моё мнение?
Выглядел окружающий паноптикум, как зашедшее слишком далеко празднование дня города. Не хватало украшений на стенах домов, а в остальном очень похоже, даже атмосфера вокруг витала какая-то свирепо-радостная. Окончательная победа над Краем, а? Мечта любого имперского патриота и отличный повод превратиться в животное, посторонних глаз-то скоро не останется, некому будет вынуждать народ вести себя подобающе.
— Но что если бы я отдала чертежи, и он отвязался от меня? Может быть, я зря его обезобразила? Может быть, стоило стиснуть зубы и… — она не смогла договорить. Мысль о том, чтобы добровольно отдать чертежи претила ей настолько, что она не раздумывая уничтожила их в прошлом и поступила бы сейчас так же. Ей пришлось облечь мысль в другие слова: — Стоило выплатить долг.
Летар очнулся от беспокойного сна, пока лагерь ещё спал. Убийцу насторожила удивительная тишина, пришедшая на смену гулу, под который пришлось засыпать и который ещё долго эхом прокатывался от уха до уха. Проявились прелести разрозненных и разобщённых войск — при должной организации даже ночью были бы слышны периодические переклички часовых. Однако сколько Летар ни лежал, уставившись в потолок палатки, так ничего и не услышал кроме сонного бормотания Нэйприс. Видимо, барон не слишком переживал о своей безопасности, находясь в окружении целой армии, в паре километров от своего города.
«Нет, Краю роль заказчика подходит лучше».
Лошадь фыркнула, и Летар невольно усмехнулся. Животина явно прочла его мысли.
— А твои заказы? Твои жертвы, они…
— Я кое-что утаила, — заявила она поперёк слов Летара.
Нэйприс же с беспокойством смотрела за трансформацией убийцы в лекаря и обратно. Зрелище было не столько настораживающим, сколько удручающим.
— По размеру награды.
— Испугалась? — закинул Летар наживку.
— Не напоминай о вчерашнем дне, и я останусь в том же расположении духа. Даже не заговаривай о нём. Не думай о нём… Дьявол. Ну всё, я вспомнила о драконе.
Сон не принёс забвения, обернувшись чередой кошмаров, в которых исчезли остатки его магии. Раз за разом он вскидывал руки, но ничего не происходило, лишь разрасталась печать, захватывая не только его ладонь, но и всё тело.
Короткая речь преобразила Летара. Расчётливый убийца пропал, уступив штурвал целителю. Его привыкшие к мечу и кинжалу руки не находили себе места, желая творить магию. Маска безразличия раскололась, обнажив истинное лицо.
— Заказ зовёт меня, — сказал Летар. — Я запишусь в армию этого барона и подберусь к Дерасу вплотную. Так что наши с тобой пути разойдутся раньше Фьерилана.
«Магия. Я понятия не имею о свойствах драконьей крови и плоти, и вообще есть ли у этих тварей привычная нам кровь и плоть. Но если существует шанс, что хоть что-то из драконьих внутренностей может вернуть мне магию, то я выверну дракона наизнанку».
Летар вынырнул из палатки и полной грудью втянул в себя воздух с примесью характерных для лагеря запахов. Небо на востоке уже светлело. Скоро солнце поднимет всех этих людей, и через сутки-другие они наводнят предместья Фьерилана, расположенного строго к северу отсюда. А дальше Альмун, ожидание войск остальных баронов и графов, погрузка этой многочисленной орды на корабли и двухнедельное путешествие в Край. Или даже меньше, если маги будут без устали наполнять паруса магическим ветром.
По окончанию разговора голова Летара перешла к решению насущных проблем. Он запустил руку во внутренний карман плаща, ухватил там лицензию столичного мага и вытянул на свет, разглядывая получше. Печати и вензеля на дорогой непромокаемой бумаге дюжиной глаз посмотрели на своего нового владельца. Лицензия действительна только до конца месяца, но, чтобы попасть на тёплое место в армии, этого хватит с лихвой. Что касается Нэйприс, ей светит зачисление в артиллерийский отряд. Но стоит ли разделяться?
— И всё? — сникла Нэйприс. — Дело в деньгах?
«Боевой маг средней квалификации. Боевой маг, боевой маг…»
И впрямь, о цели Летара во всём мире знали три человека: сам Летар, его заказчик и Нэйприс, попавшая в этот список только из-за беспрецедентного доверия убийцы. Даже Киль — негласный координатор наёмных убийц из Альмуна, согласовавший встречу Летара и заказчика — и тот вряд ли выпытал, про чью смерть вскоре объявят глашатаи. В интересах Летара было сохранять секретность. Безопасность прежде золота, как бы иронично это ни звучало для человека с крестом на руке.
— Всё потому, — продолжил Летар, то ли читая Нэйприс как раскрытую книгу, то ли не желая услышать из её уст очередной вопрос, — что мою жизнь определила смерть родителей. Смерть от болезни. И меня всю жизнь гнетёт осознание, что болезнь — это хаос. Речь не об эльфской чахотке как таковой, нет. Болезнь как противоположность слову «здоровье». Беспорядочная тварь, постоянно находящая лазейки в человеческом организме, впускающая туда клыки и когти, рвущая привычную жизнь на части.
— Куда теперь? — уточнила инженерка.
Летар посмотрел на обтянутую перчаткой ладонь. Вероятность того, что ему заплатят, едва тянула на один к трём. В голове мелькнула сумасшедшая мысль подстраховаться и поискать ещё заказчиков по душу Дераса, чтобы хоть с кого-то снять сливки, раз уж печать с руки все равно не смыть.
— О драконе под человеческим контролем. Его можно использовать, помнишь? Преодолей свой наследственный страх, это всего лишь животное вроде собаки. Даже приручаемое.
— Ещё бы, ты же и сам маг. Что может быть страшнее мага?!