По другую сторону от Летара разгоралась пьяная драка. Судя по крикам, причиной ссоры стало то, что кто-то отказывается верить в существование драконов, а кто-то видит их прямо сейчас. Рядом подначивает и смеётся великовозрастная шпана, а их мелкие сородичи увлеклись рассуждениями о том, что, когда они вырастут, будут сражаться за империю всяко лучше этих неуклюжих пьяниц.
И действительно, в спровоцированных кошмарами мыслях о возвращении магии, Летар нашёл своё утешение и к вечеру приобрёл здоровый оттенок лица. Даже огонёк, который он периодически стряхивал с кончиков перчаток словно бы стал ярче. Нэйприс — и не она одна — с опаской косилась на ходячий источник пламени вблизи с легко воспламеняемой поклажей отряда инженеров. Летар парировал тем, что ему нужна постоянная тренировка пальцев и ума. На этом спор и закончился, других желающих высказывать критику двухметровому магу огня среди инженеров не нашлось.
Летар с болезненным стоном прикрыл лицо ладонью. Во Фьерилане ему не повезло попасться. Но в Вионе это уже стало пугающей закономерностью. Чего стоит желание победить случайность, если глупость убивает не хуже?
— Во-первых… — Летар повысил тон, но тут же словно споткнулся, и запал, с которым он начал было речь, истаял на глазах. Продолжил тише, словно открыв для себя нечто новое, и оттого сокровенное: — Во-первых, я несколько ошеломлён тем, насколько меня задело твоё предположение. Серьёзно. Во-вторых, твоей доли в этих деньгах нет. Пока что.
— Вот оно что, — произнёс он, будто уличив девушку в чём-то непотребном. — Я было подумал, что ты испугалась дракона.
Летар выслушал этот всплеск с непроницаемым лицом.
— Лошадь нуждается во сне вдвое меньше человека, — Летар взмахнул руками, и животное проснулось, тут же поднявшись с земли. — И с чуткостью сна я ей помог.
Летар отметил непомерное любопытство спутницы и даже позволил себе короткую усмешку. Двумя пальцами выудил из кармана запечатанный конверт и помахал в воздухе.
— Будем честны, тебе эта посмертная амнистия не слишком нужна… Если ты не решишь ещё чью-нибудь дочку обрюхатить.
Нэйприс не выдержала давления и отвела взгляд куда-то в сторону. Сухие губы с запозданием пришли в движение, извергая яд, терзавший душу девушки на протяжении всей последней недели.
— Драконы! Древние чудища вышли из спячки, чтобы уничтожить предательскую западную змею!
— Тебе стало его жаль, — голос Нэйприс выдал щедрую долю удивления.
— Извини, не хотела обидеть наёмного убийцу допущением, что он может убивать из-за денег. В любом случае, от золота я, пожалуй, откажусь. А то мало ли.
— Ты шутишь! — в голосе Нэйприс прорезалась злоба, словно она восприняла слова убийцы за издёвку. — Так просто?! Просто пожмёшь плечами будто и не слушал меня? Да с чего мне присоединяться к тебе? Я призналась тебе во грехах! Скажи что-нибудь по делу!
Перемена темы ударила внезапно, и на язык Летару без раздумий попросился самый циничный ответ из возможных:
«Рассчитывал ли он, что я все равно убью архимага раньше?»
Летар хлопнул Нэйприс по бедру и помог слезть с лошади. Вместо того чтобы нестись в неопределённом направлении, пара подошла к горстке людей, сгрудившихся вокруг невысокого помоста, на котором вышагивал глашатай в жёлтых цветах императорского рода.
— Вот как, — убийца закатил глаза. Для него справедливость не была пустым звуком, и подобные фразы его раздражали.
— А как же гонец? Он ведь тоже стоял на пути побега.
Стоявший на помосте глашатай снисходительно посмотрел на Летара сверху вниз, пускай разница в росте и шла на миллиметры:
При упоминании драконов страх волной мурашек прошёлся по всем кроме Летара и Нэйприс.
Вытряхнув мешающуюся мысль из головы, Летар щёлкнул звонкой монетой по стойке и купил еды в дорогу. Вместо того чтобы завтракать в давящей атмосфере тревоги, убийца вытянул инженерку на улицу, и они наспех позавтракали снаружи. После трапезы, они заглянули в стойла, где накануне оставили лошадь. Животное мирно спало лёжа, подобрав под себя ноги, едва умещавшиеся в узком пространстве.
— А Дерас изъявлял желание использовать дракона против тебя?
Поездка выдалась недолгой. Летар напряжённо смотрел в небо, будто ожидая увидеть очередного дракона, однако на голубом просторе раскинули крылья хищники поменьше. Редкие ястребы планировали в стороне от дороги, высматривая внизу добычу по вкусу и издавая пронзительный крик при виде людей. Птички эти всегда казались убийце удобным инструментом для разведки, но он не слышал о магах, которые смогли бы наладить с ними связь. Размышляя над искусственными пределами магии, которые были печальным следствием образа человеческого мышления, Летар не заметил, как пролетело время. Солнце взобралось на свою пиковую высоту и теперь напекало неосторожным путникам макушку, а за увенчанным смотровой башней холмом возник Ремальн.
— Её неизменный итог, — сказал Летар, не соглашаясь, но и не возражая. — Не стоит приравнивать эти два слова.
— В особняке с чернёнными стенами. А что, вы знакомы?
— Я целитель, — огрызнулся Летар. — Прежде чем пробовать свои умения на людях, разумно отточить навык на животных.
— Хм… — задумчиво протянула девушка.
— Для моего спокойствия есть причины, — сказал он, сдерживая волнение.
— Мало ли, что ему взбредёт в голову, — взвилась Нэйприс. — Возьмёт и захочет власти. Захочет, чтобы империя преклонила колено перед магом, и добьётся этого.